Академия Грискор. Дилогия (СИ) - Минаева Анна Валерьевна

Мир пошатнулся, закружился. Рык вырвался из глотки через мгновение, а кости затрещали.

«Нет‑нет‑нет!» – она вцепилась в свою человечность изо всех сил, стараясь сохранить рассудок.

– Гвин, милая!

Обращение, которое чаще всего раздражало, раздалось совсем близко. И сейчас она вцепилась в него, как в спасительную нить. Всплыла над поверхностью своего отчаяния, резко втянув ноздрями воздух здравомыслия.

– Что с тобой? – услышала она испуганный шепот Милред.

– Таби, – хрипло позвала Гвин. – Помнишь утро той ночи? Сможешь нас прикрыть? Оно слепое.

Ответа девушка не услышала, лишь понадеялась, что подруга ответит утвердительно. А сама вновь столкнулась лицом к лицу с проклятием, которое пыталось заполучить ее тело. Монстр в ней ощущал опасность и был готов ринуться вперед, уничтожить противника.

Закусив губу, Гвин подавила вой, рвущийся из глотки. Если Табита их прикрыла так, как сделала, когда они возвращали Иглу, то все обойдется.

Все должно обойтись!

Тьма закружилась дымкой вокруг Валькирии, надавила на глазные яблоки и швырнула ослабевшее тело северянки в сторону.

Умильтен все еще была в подвалах. Но мысленно находилась в прошлом. Том прошлом, что построило для нее новую жизнь.

* * *

Хмурые мужчины столпились вокруг кровати, на которой возлежал Лорд Севера. Гвин сама не понимала, как ему удается оставаться в сознании.

Тьма под его кожей распространилась так сильно, что смотреть без ужаса было невозможно.

– Ваша дочь слишком молода для управления провинцией, – один из воинов повторял эту фразу уже в десятый раз.

И Валькирия была согласна. Она не представляла, что может стать Леди Севера. Не такой ценой. Но, как и все северянки, она знала – смерть следует за каждым по пятам. И предсказать, когда она взмахнет своим клинком, чтобы обрезать нить судьбы, попросту невозможно.

Ее отец прожил долгую жизнь. И теперь должен был подчиниться богам. Все должны им подчиняться. Вот только для Гвин это означало принять проклятие. И такой путь ее не устраивал.

– Я согласна, – она произнесла это хриплым голосом, стараясь взять себя в руки. – Нужен регент. Я не смогу заниматься севером ближайшие несколько лет. Отец, кого бы вы посоветовали на место регента?

Эти слова дались ей непросто. Но из девушки ей резко пришлось стать женщиной. Принимать решения, нести ответственность, искать выходы. На ее плечи вмиг рухнуло так много прошлого и будущего, что хребет мог не выдержать и треснуть. Но это была бы не Гвин Умильтен, если бы она сломалась под тяжестью событий.

Регента избрали довольно быстро. Им стал доверенный вояка, близкий друг Лорда Севера и один из учителей самой Гвин.

«Раз отец доверяет ему север, то и я могу», – подумала девушка в момент, когда стало известно имя человека, который временно примет на себя правление и урегулирование проблем.

А на севере этих проблем было много. Холодные земли уже давно не были той светлой стороной, о которой поется в балладах и рассказывается в легендах.

В последнюю ночь Валькирия осталась сидеть у кровати отца. Тишину нарушал только шум огня в камине и свист ветра за окнами. Лорд Севера дышал тихо и прерывисто. Они оба молчали. Не зная, что могут сказать друг другу. Все слова стали лишними и неправильными.

«Он мной гордится», – подумала девушка, бросая на отца один короткий взгляд. – «Правда или просто слова?» – Гвин, – мужчина так тихо ее позвал, что его дочь в первое мгновение даже не поняла, что это было.

– Да? Я тут.

– Иди на юг, – с хрипом произнес он. – Найди поселение меж пяти гор. И проси встречи с мудрецом. Попроси, а не потребуй, дочь.

– Хорошо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Валькирия пока не понимала, о чем он говорит. Бредит или нет. Но старательно запоминала все последние слова, что произносил Лорд Севера.

– Проси совета. Узнай, как приручить монстра. Где найти лекарство. Он подскажет. Это он дал травы. Должен быть и иной способ. Но не жди прямого ответа, готовься к загадке.

– Хорошо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Ее горло сдавило спазмом. Он слышала, как всегда сильный голос отца становится все слабее и тише.

– Хорошо, – эхом повторил за дочерью Лорд Севера. А потом с трудом свесил руку с кровати, протянув ее своему ребенку.

Гвин накрыла ее своей ладонью.

– Иди своим путем, дочь, – голос затихал. – Не оборачивайся. Не горюй. И ни о чем не жалей. Ведь теперь ты Леди Севера.

Валькирия замерла, в надежде услышать что‑то еще. Но больше ни слова не слетело с его губ. Лишь последний вздох. И тишина.

Гвин с силой сжала зубы и убрала руку. По щекам стекли две крохотные слезинки.

«Не горюй», – эхом отразились слова отца.

Она встала резко. Отодвинула стул и, вскинув голову, вышла из его комнат. Ступила в коридор и твердым голосом провозгласила:

– Лорд Севера ушел к богам!

Стоящие по бокам комнаты воины склонили перед ней головы. Признавая новую хозяйку севера. Ту, что теперь за них в ответе. Ту, что не подведет память своего отца.

Гвин стояла так всего мгновение, а потом развернулась и, не сказав ни слова, ушла собирать вещи. А уже утром она покинула крепость, не желая присутствовать на церемонии прощания.

Валькирия уже попрощалась со своим отцом. И горевать по нему не должна была. Но должна была сделать кое‑что другое.

Поселение, о котором она узнала в последнюю ночь, было защищено не только горами, но и нескончаемой метелью, которая плевала на наступление лета.

Продираясь сквозь снега и лед, Валькирия рычала и стонала, но лезла все выше и выше. Пробивалась сквозь завалы, призывала магию и выхватывала меч. И лишь когда кончились силы, перед ней появилась тонкая тропка, ведущая в сторону крохотной деревушки, состоящей из десятка домов.

Повинуясь совету отца, Гвин говорила тихо и уважительно. Просила о встрече с мудрецом. И только спустя еще день ей удалось узнать, где его можно найти.

Та встреча навсегда отпечаталась в ее памяти. Стала новым столбом опоры в ее жизни.

Мудрец принял Леди Севера как старую знакомую, как добрую гостью. Но когда речь зашла о проклятии, седой старец нахмурил густые брови, сжал кулаки и качнул головой.

– Нет излечения от болезни, дитя. Нет спасения от гнева богов. Но есть лазейка, что способна помочь тебе найти свет в той тьме, в которой блуждает твоя душа.

– Что это за свет? – девушка вцепилась в его слова, как в спасительную нить. – Где мне его искать?

– Ищи его в месте, где стихии и энергии переплетаются в огромный ком, – тихо, почти на грани слышимости, произнес он. – Ищи его там, где никто бы не стал искать спасения. Ибо твое спасение – это великий страх, что может уничтожать и разрушать. Но страх этот побеждался и не единожды.

Простыми воинами и великими магами. Страх этот материален. И скрывается в таких местах, куда нет доступа без веления самой тверди. Это все, что я могу сказать.

Больше Гвин от старца ничего не услышала. Его загадка казалась такой прямой, такой простой. Но Валькирия еще долго не могла понять, где ей искать этот свет.

До тех пор, пока картинка не сложилась воедино, а ее подруга не обмолвилась о том, что намерена нарушить запрет академии Грискор и спуститься в подвалы.

«Верна ли моя догадка?» – подумала девушка, когда вызывалась помочь Табите. – «Если да, то это безумие!»

* * *

– Тише‑тише! – раздался шепот Милред.

Это было первым, что услышала Гвин, когда силой воли смогла избавиться от чересчур яркого воспоминания из недалекого прошлого.

Валькирия несколько раз моргнула и только потом осознала, что прижата к стене руками Табиты и Милред. А мимо них на жуткой скорости пролетело нечто, что даже описать было невозможно.

Длинный хвост, несколько пар лап, огромная зубастая морда.

Монстр учуял монстра. Умильтен с трудом подавила рык, призывающий к нападению.