Тень угасшего пламени - Павел Липский

- Ты мог бы рассказать мне больше о самих Хранителях, Гродерик? - попросил музыкант.

- Да, конечно, - с готовностью отозвался исполин. - Каждый ребенок может... мог бы. Судха - Хранитель Смерти, Привратник. Он мудр и задумчив. Его задача - провожать каждую душу умершего в ее дальнейший путь. В легендах говорится, что в груди у Судхи драгоценный Камень Предела, Гульдрим. Именно через него проходит каждая душа, направляясь за грань. Еще один важный предмет - это Валлоринг, Меч Имен. Сказывают, что на его лезвии записаны имена всех умерших.

- Почему в легендах? Разве ты не говорил, что каждый мог общаться с Хранителями? Тогда, почему никто не спросил их самих об этом?

- Есть вещи, о которых никто и никогда не говорил с ними. Не было никакого запрета, но, если вдруг что-то подобное приходило тебе в голову, ты каким-то внутренним чувством понимал, что спрашивать не стоит.

- И что, действительно за все время никто так и не спросил? - удивился Ричард. - Невероятно.

- Да, пожалуй, для тебя это звучит странно. Но для нас это было в порядке вещей.

- А Рамашад? Каков был он?

- Рамашад?... Он был самой жизнью. Ты тут говорил, что они были сверхчеловеческими сущностями, и владели особой силой... Так вот, ты прав в первом и не прав во втором. Точнее не совсем прав. Ты, наверное, думаешь, что Хранители повелевали какими-то могущественными силами, и я понимаю, о чем ты думаешь, вспоминая разносортных колдунов, с которыми нам приходилось сталкиваться во время войны. Ты думаешь, что Хранители были чем-то вроде могущественных магов, да?

- Ну, признаться, примерно так я их себе и представляю, - сказал Ричард, бросая по сторонам рассеянные взгляды.

- Значит, неправильно представляешь, - отрезал рыцарь. - Хранители - великие сущности, они олицетворение мироздания, его Старшие Дети. Они появились первые, мы пришли следом. Но только мы можем обуздать стихии, раскрыть тайны недр, ибо познание - наша участь. Они - другие. Они - сама суть вещей. Я все это говорю лишь затем, чтобы ты понял, что я подразумевал под тем, что Рамашад - и есть сама жизнь. Он был ее духом, ее олицетворением. Вечно веселый и беззаботный, он мог по собственной воле бродить среди людей, невидимый, неслышимый, незаметно помогающий и подсказывающий. Судха олицетворял величие и торжественность Смерти, Рамашад же - красочность и увлекательность Жизни. Предания рассказывают о его чудесном посохе, иначе называемом Осью Мира, или Иггдасом. Рассказывают, что этот посох он сделал из ветви первого Ясеня, когда беззаботно носился по молодому миру.

Коридор кончился, и спутники оказались в огромном, кое-где освещенном редкими светящимися точками зале. Ричард был поражен величием этого помещения. Вперед уходили ряды массивных темных колонн, верхушки которых терялись где-то на большой высоте.

- Добро пожаловать в Цитадель, Ричард, - сказал рыцарь, обводя взглядом ближайшие колонны. - Это главный зал, вон там - лестницы на все ярусы, но нам нужен вот этот проход. Он выведет нас на смежную галерею, откуда мы поднимемся в архив.

- Это потрясающе, - пораженно проговорил Ричард. - Как вы умудрились все это здесь построить?

- Цитадель - лишь оплот беженцев. До войны мы жили на поверхности. И если тебя впечатлаяет эта крепость, то я думаю, что наши города понравились тебе намного больше. Эх, все из-за войны... Впрочем, не будем терять времени. Скоро мы найдем все ответы.

Рыцарь ускорил шаг, и звон его металлических сапог по мраморному полу отдавался гулким эхом. Ричарду пришлось оторваться от созерцания колонн и сводов, чтобы поспевать за своим провожатым. Гладко отполированные плиты пола отражали неяркое освещение, создавая таинственную атмосферу. Боковой проход взял круто вверх, и спутники оказались в длинной и узкой галерее, приведшей их к массивным плотно запертым воротам.

- Это здесь, - нарушил молчание Гродерик. - Сейчас открою.

Рыцарь подошел к створкам и, проделав там какие-то махинации, отошел назад и стал ждать. Ничего не произошло.

- Кажется, механизм сломался. Это не очень хорошо, - заметил он, покачав головой. - Ладно, придется действовать по-простому. Отойди-ка, Ричард.

Стальной исполин отошел на двадцать шагов от ворот, повернулся к ним лицом и, тяжело набирая скорость, бросился назад. Раздался жуткий грохот, с которым металлическое тело впечаталось в створки. Вслед за тем послышался скрежет и какие-то натужные стоны, а потом ворота, дрогнув, медленно поползли внутрь и в стороны.

Сначала Ричард не смог ничего разглядеть, но, как только створки раскрылись полностью, раздался щелчок, и помещение впереди озарилось ярким светом. Здесь явно были исправны все светильники. Это был большой зал, размеры которого было трудно определить точнее, из-за того, что он вдоль и поперек был заставлен стеллажами. На них в огромном количестве стояли какие-то предметы, форму и внешний вид которых с такого расстояния разглядеть не удавалось. Рыцарь сделал приглашающий жест рукой, и двинулся вдоль нижних ярусов. При ближайшем рассмотрении, Ричард понял, что на полках тесно друг к другу стоят тонкие высокие цилиндры из блестящего металла.

- Что это такое, Гродерик? - спросил Ричард.

- Это летописи, банк памяти, - ответил рыцарь, останавливаясь на круглой платформе посередине зала. - Заходи сюда.

Ричард встал рядом, и тут же понял, что круглая платформа поднимается в воздухе. Мимо медленно проплывали бесконечные ряды цилиндров, напоминавших Ричарду пустые гильзы. Подъемник остановился в небольшой комнатке, находившейся под самым потолком помещения. Она была круглой, и ее опоясывала одна приборная панель. Гродерик коснулся гладкой матовой поверхности, и панель ожила, загоревшись разноцветными огоньками.

- Так, сейчас мы все узнаем..., - начал, было, рыцарь, но тут же умолк, потому что откуда-то послышался низкий, жуткий звук, а затем пол содрогнулся.

С громким лязгом Гродерик хлопнул себя по лбу рукой.

- Дурак! Я дурак! - воскликнул он. - Видимо, сон в тысячи лет все же повлиял на мою память. Как же я мог забыть про стража архива?

- Страж архива? - беспокойно переспросил Ричард. - Что еще за страж архива?

- Нет времени, нам нужно уходить сейчас же. Его поставили на случай, если мы проиграем, и мятежники ворвутся сюда.

- Но как же информация? Мы ведь так ничего и не узнали!

- Если не уберемся сейчас же, то уже никогда ничего не узнаем! Быстрее, за мной! - крикнул рыцарь и, не дожидаясь, пока платформа снова опустится на землю, спрыгнул вниз. Ричарду пришлось подождать, пока высота стала приемлемой, и он последовал примеру своего спутника.

Гродерик мчался широкими шагами, так что Ричард еле поспевал за ним. Мужчина заметил, как стала отчетливей его тень, несущаяся впереди него, словно сзади включили мощный прожектор. Может быть так и было, но оборачиваться у Ричарда не было ни малейшего желания. Оттуда, из-за череды стеллажей, снова донесся тот жуткий звук, но спутники уже выбежали из архивного зала, и неслись по галерее.