Фактор фуры - Александр Гаррос

Я без энтузиазма сел в кресло и принялся напрягать свой английский.

Анонимный британский контрразведчик публично стучал на собственное начальство. Он утверждал, что ряд высокопоставленных чинов МИ-5, включая руководство его отдела, замешаны в истории с Европейским фондом социальных исследований, независимой научной организацией, занимающейся всевозможного рода социальной аналитикой и прогностикой в рамках нынешних и потенциальных членов ЕС. По словам Стукача, независимость организации была сугубой фикцией - ЕФСИ плотно опекался британскими спецслужбами и исследования вел в их интересах. В первую очередь это касалось кризисной прогностики: оценки вероятности и опасности внутренних конфликтов, моделирования их хода и последствий. Только делалось это якобы с целью отнюдь не предотвращения означенных кризисов - а инициирования их и направления в нужное русло.

Исследования финансировались весьма щедро, и научные методики использовались самые передовые - некоторые как раз по ходу дела и «обкатывались». Именно ЕФСИ финансировал «эксперимент в области гуманитарного моделирования», затеянный Артуром Беляниным, чья смерть 13 октября в центре Лондона от руки киллера наделала столько шуму. Эксперимент был действительно революционен: Белянин хотел протестировать собственную уникальную разработку, компьютерную программу, теоретически позволяющую делать разного рода прогнозы (в т. ч. социальные, в т. ч. кризисные) с невиданной ранее степенью точности - этим он и соблазнил лиц, ведавших финансированием Фонда. Только вряд ли сам Белянин представлял себе в полной мере реальные цели этих лиц. Каковые лица якобы стремились получить в свои руки некий инструмент управления кризисами, «машину провокаций». Всегдашняя проблема любых провокаций - непредсказуемость их последствий: здесь же (казалось лицам) брезжила возможность стопроцентного манипулирования…

Но еще более сенсационными были откровения Стукача касательно тех самых лиц. По его словам, в Европе существует некий неофициальный и вообще никак не оформленный Клуб, куда входят разные люди из разных структур разных (в основном, конечно, «старых», наиболее могущественных) членов ЕС, объединенные реальным влиянием на политику своих стран и ЕС в целом. Политики, высокие армейские, спецслужбистские и полицейские чины, крупные бизнесмены и общественные деятели. «Клуб» в данном случае определение сугубо условное - имеется в виду система неофициальных консультаций, координации действий и принятия общих решений в обход громоздких и зачастую малоэффективных государственных и надгосударственных структур. Соответственно и цели членов Клуба зачастую далеки от официально декларированных целей правительств. Так вот, именно Клуб интересовался работоспособностью белянинской программы и дал ему карт-бланш.

Эксперимент, конечно, не был тайным (слишком широкий круг людей в нем участвовал), но и излишней огласке не предавался. Естественно, тщательно скрывались его конечные и истинные цели, связь с Клубом и само наличие Клуба. Но именно на почве этой связи и этой секретности и начались в какой-то момент неувязки. Об эксперименте узнали некие силы, играющие против Клуба. Возможно, влиятельные люди, не вошедшие в Клуб; возможно, недовольные своим положением в Клубе. Целенаправленным вмешательством в эксперимент они стали - косвенно, через лаборантов, Белянина, руководителей Фонда, - провоцировать стоящих за ним, экспериментом, членов Клуба, намекая на возможность предания широкой огласке всего, что скрывалось.

Затея закончилась стопроцентным успехом: члены Клуба перепугались, начали подозревать друг друга и всех окружающих в ведении двойной игры (тем более что многие из членов всю жизнь проработали в спецслужбах и привыкли мыслить в категориях заговоров и провокаций), сводить между собой счеты и подставлять кого получится.

(«Заметьте, - говорил мне потом Альто, - никакого РЕАЛЬНОГО криминала ни в чьих действиях не было. На практике пока осуществлялась только сугубо научная затея, пусть сколь угодно нетривиальная, но сама по себе совершенно безобидная! Но в том-то и суть любой негласности, секретности, любых закулисных игр и тайных операций - говорю вам как человек, связанный с ними всю профессиональную жизнь, - что секретность очень быстро делается самоценной, самодовлеющей и самовоспроизводящейся, порождающей паранойю и криминал. Совершенно неважно, что именно засекретить - но угроза нарушения секретности приводит к повышенным мерам по сохранению секретности и созданию все новых структур: с одной стороны, по разоблачению секретности, с другой - по ее сохранению. Объяви гостайной рецепт мороженого - и моментально вокруг начнутся коррупционные скандалы, сенсационные разоблачения, войны спецслужб, и трупы станут выносить пачками…»)

В какой-то момент процесс вышел из-под контроля, его участники запаниковали и принялись «зачищать территорию». Жертвами такой панической зачистки стали несколько человек (и членов Клуба, и просто тех, кто «слишком много знал»), включая Белянина. И чуть было не стал Стукач - решившийся максимально широко разгласить все, ему известное, именно затем, чтобы перестать быть носителем опасной тайны…

- Послушайте, добрый следователь, - я бросил газету, - у вас тут закурить не водится?

- Извините, не курю… - Голос Альто из кухни тотчас заглушила кофеварка.

Я хрустнул пальцами, поднялся, подковылял (коленка, тварь, еще болела) к балкону, встал в дверях, привалившись плечом (правым, понятно) к косяку, щурясь. Утреннее солнце грело почти по-летнему, облака растащило, небо отливало совершенно рекламной спектральной голубизной. В соседнем садике полно было зеленых деревьев - что-то, по-моему, даже плодоносило.

Я спохватился и перестал мять собственные кисти. Без курева хоть вешайся…

Маленький особнячок где-то на окраине Барселоны, несколько запущенный с виду. Он делился на две половины - одна из них стояла запертой. А в тех комнатах, куда вселились мы с итальянским гэбэшником, было, видимо, что-то вроде «нычки», «лежки», некоей берлоги, предоставленной (полудогадался, полузаключил я из намеков Альто) его испанским приятелем.

- Ознакомились?

Я обернулся. Гэбэшник в рубашке с закатанными рукавами выставлял на столик разноразмерные и разноцветные кружки. Мускулистые предплечья следака были коричнево-загорелы и черно-волосаты.

Я вернулся в кресло, взял кружку и бессмысленно в нее вытаращился. Перевел взгляд на газету. На Альто (он наблюдал за мной).

- Вы это серьезно? - спрашиваю.

- Я? Я пока ничего не говорю…

- Но… - Я не знал, что хотел сказать. На что возражать, что отметать с порога…

- Не спешите. - Глядя на меня, он откинулся на спинку и принялся массировать обеими руками шею. - Просто подумайте. Спокойно. Сами.

7 июля текущего 2005 года от нескольких взрывов, устроенных на лондонском общественном транспорте арабскими отморозками, погибли 52 человека. Шоком для англичан стало еще и то, что убивают их не «свежие» иммигранты, а мусульмане, родившиеся в Британии. При том, что деcятилетиями Британия была главным не только в Европе, но и вообще на Западе центром cбора денег и вербовки рекрутов для исламских террористических организаций, что там открыто велась самая агрессивная и ублюдочная исламская пропаганда, что туда с безусловного попустительства и даже при официальном поощрении британского правительства стекались озверевшие исламисты из Северной Африки, Ближнего Востока и Кавказа. Британские мусульмане воевали в Афганистане, взрывали евреев в Израиле, а власти Соединенного Королевства тем временем давали политическое убежище бородатым чеченским эмиссарам…

Еще в апреле 2005-го британские спецслужбы направили правительству аналитический докдад, где утверждалось, что 26 % британских мусульман не считают, что следует быть лояльным к стране проживания, 13 % оправдывают терроризм, а 1 % готов лично участвовать в терактах (между прочим, процент от 1, 6 млн - это 16 тысяч). Тем не менеее в середине июня правительство даже снизило уровень террористической «тревоги»…

А всего через неделю после гибели от рук исламских выродков полусотни лондонцев советник тамошнего МИДа по мусульманским вопросам порекомендовал РАЗРЕШИТЬ въезд в Соединенное Королевство катарскому шейху Юсуфу аль-Карадави, многажды приветствовавшему террор во имя Аллаха. На том основании, что, мол, если шейху отказать в визе, то британские исламисты обидятся и будут взрывать еще больше…

Подборку на эту тему в каком-то англоязычном журнале давал мне почитать еще в Гамбурге политически подкованный Мишка Попов - и мне оставалось лишь согласиться, что европейцы не только повернулись раком к заезжим отморозкам, но и жопу навазелинили.

- Все равно не понимаю, - спросил я его. - Не совсем же идиоты там сидят, в британских, вообще европейских правительствах и госбезопасностях. Не самоубийцы же. На хрена они сами себе могилу роют?