Попаданка за пять монет (СИ) - Миленина Лидия

Камбезик на стуле испуганно вздрогнул. Потом оскалился в его сторону, собираясь защищать меня до последней капли своей камбезиковой крови.

Я машинально взяла его на руки и рухнула на стул.

— Во-первых, я не верю в твою недомагию-псевдонауку психологию, которой ты периодически меня пугаешь, — спокойно продолжил Гадор. — А во-вторых, я вовсе не мечтаю пожертвовать собой. И жизнь моя мне вполне дорога, уж поверь, — новая усмешка. Кстати, почти убедил. — Я всего лишь думаю о том, что в крайнем случае кому-то из драконов придется это сделать. И не исключено, что мне — если именно я окажусь в ситуации подобной той, что была у Габера. Ни в каком другом случае.

— В любом случае, даже том самом — Баба Яга против! — парировала я.

— Кто против? — удивился Гадор.

— Такая могущественная волшебница из моего мира. Колдунья. Любила есть маленьких детей, а добрых молодцев парить в бане. И просто парить…

— Чего? А она-то тут причем. К тому же, ты говорила, в вашем мире магия почти не развита.

— Да это выражение такое! — насупилась я, хоть где-то в уголках губ притаилась улыбка. — Баба Яга — это я. Я против.

— Ты ешь маленьких детей и паришь добрых молодцев? Это что еще за молодцы позволяют себе ходить в баню с моей женой?!

— Гадор, прекрати! Не получится отвлечь меня. Ты прекрасно понял, что я имею в виду. Мы будем искать другой способ. Ты не пожертвуешь собой ради спасения мира. Ни в каком случае.

— Ладно… Успокойся, — Гадор задумчиво поглядел на меня, и в его глазах я увидела такое понимающее, почти радостное чувство. Ему нравилось, что мне не все равно. Что мне не наплевать на его жизнь, и я даже готова поругаться с ним из-за этого. — Ни я, ни кто другой не сделает этого без крайней необходимости. А такая необходимость еще может и не возникнуть. Кроме того, я думаю еще и о том, что если наши догадки верны, и эти тайные гады хотят открыть портал наружу в разгар конца света, чтобы получить невиданную энергетическую мощь, то им ведь тоже… потребуется принести в жертву дракона. Механизм практически тот же, как для открытия или закрытия мира. Просто локальный, узконаправленный портал… Вот и интересно мне, на кого из драконов они нацелились…

— Думаешь, на тебя? — ужаснулась я.

— Не думаю. Я для них, как кость в горле. Мешаю их планам, мешаю добраться до тебя. Мешаю во всем… Меня они планируют устранить заранее. Вот и вопрос, кто их потенциальная жертва. Скорее всего это какой-то глупый дракон, который попался на их посулы величайшей власти и не знает, что он всего лишь жертвенное животное в их руках…

— Хотела бы я знать, кто это… — пробурчала я.

Растерянно погладила мягкую шерстку успокоившегося Гарри.

И тут кое-что начало проясняться у меня в голове.

Я понимала, что Гадор не лжет. Он не собирается жертвовать собой по странному душевному порыву. Из самоубийственных комплексов. У него нет такой цели. Но понимала и то, что подобные ему действительно совершат такое в крайней ситуации. Вот эти легенды про драконов-Хранителей… Все из-за них!

В его крови живет это самое хранительство. Он просто такой от природы. Почему-то именно в нем проявилось столь сильно это свойство драконов.

— Скажи, пожалуйста, — я подняла на него глаза. — А точно, если мы перед концом света перекинем в другой мир хотя бы одну попаданку, ну или кого-то, то процесс остановится?

— Да, — кивнул Гадор серьезно. — Конечно, в самый разгар конца света, может помочь лишь «жертвоприношение» дракона. Но в самом начале еще можно просто открыть маленький портал. Или отправить в другой мир кого-то… и сдвиг баланса «вход-выход» сделает маленький шаг назад. Все замрет в шатком равновесии, в ожидании, что будет дальше. И у нас будет время, чтоб разрешить ситуацию. оэтому ты и пьешь напиток по вечерам. Поэтому мы помним про твой возможный спонтанный портал обратно…

— Вот! О нем! — я подняла палец вверх. — Он может открыться, а может — нет. Мы не знаем, сможет ли воздействие, которое произвел тот ученый… Эйнштейн… победить свойства вашего мира. Поэтому… Слушай, я думаю, там, где не может помочь магия, может помочь наука!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ох, как же мне не хотелось этим заниматься! Еще и с неизвестным результатом. Но теперь, похоже, придется.

А какой еще выход? Этот — весьма гениальный. Просто опасный для моей психики.

Глава 33

Гадор смотрел на меня с интересом. Даже с восхищением.

— Новая идея? — цепко спросил он.

Да, опыт научил его уважать мои идеи. И я была безмерно рада этому.

— Да, — кивнула я. — Знаешь, я, конечно, не сдала тот экзамен. Но я ведь изучала науку Эйнштейна — квантовую физику. Я хочу попробовать сделал такой же прибор, какой сделал он. А потом, может, удастся поставить это на поток и отправлять попаданцев и попаданок по домам, как только появляются в этом мире.

— А ты сможешь? — глаза Гадора горячо блеснули. — Это решило бы всю проблему!

Я устала вздохнула.

— Не знаю, Гадор. Но я могу попробовать. Поможешь мне? Там думать нужно, а ты неплохо соображаешь.

— Разумеется. Сделаю все, что требуется.

— Хорошо, — кивнула я. — Тогда завтра начну. Вдруг все это дано мне… чтобы я в совершенстве освоила квантовую физику, которую не могла сдать. Знаешь, мне даже подумалось сейчас, — я рассмеялась, — вдруг Эйнштейн отправил меня сюда, чтобы однажды мне пришлось делать этот прибор самой. И так я точно освою его науку…

— Интересно-интересно, — Гадор подпер подбородок двумя пальцами. — А ты не думаешь, что все может быть именно так?

— Да нет, я пошутила, — снова устало вздохнула я.

Все же это слишком фантастично. Даже маразматично, я бы сказала.

Хотя… Кто его знает, этого Эйнштейна. Я уже ничему не удивляюсь.

— Хорошо, завтра приступим, — кивнул Гадор.

Потом протянул руку и взял мою усталую кисть в свою. В тот же миг я ощутила, как чувство изможденности, измученности уходит.

— Пойдем-ка полетаем, развеемся, — очень так непринужденно сказал Гадор.

— А ты помнишь, что было в прошлый раз, когда мы летали? Сможешь…эээ… устоять? — рассмеялась я.

Хотя полетать, ощутить, как ветер выдувает из головы все сложные мысли о судьбах моего нового мира, очень хотелось. Просто в голове тут же встали картинки тех страстных и нежных моментов на лоне природы…

— Хм… Могу обещать, что мы не совершим ничего самоубийственного, — усмехнулся Гадор.

— Тогда я переоденусь, подержи, пожалуйста Гарри.

— Гарри не полетит.

— Но как он без меня? — изумилась я.

— За два-три часа с ним ничего не случится. А в полете ты можешь его уронить. К тому же я не подряжался круголосуточно быть нянькой для камбезика. А еще он прекрасно понимает, что ты отлучаешься ненадолго. Он почти полностью воспринимает все твои мысли. Так что оставлять его дома можно прекрасно. Вот в зоопарке он бы знал, что ты можешь и не прийти его навестить, и загнулся бы от тоски и тревоги. Вообще, — Гадор забрал Гарри у меня, а камбезик лизнул его в руку, окончательно признавая своим. — Иди-ка ты, Гарри, в клетку и … Анечка, прикажи-ка ему охранять тут все от незнакомых. Пусть у него просто будет дело на время твоего отсутствия.

Гениально, подумала я. Чем заниматься собаке, пока нет хозяина? Конечно, охранять территорию! Правда так получается, что территория — лишь его клетка. Но тоже неплохо.

Вскоре Гарри с серьезным видом сторожевой собаки сидел в клетке. А мы с Гадором взлетели, оставляя внизу заботы и проблемы.

Ночь, звезды, ветер… С каждым взмахом его крыльев мне становилось лучше и спокойнее. Так бывает, когда найдено какое-то хотя бы промежуточное решение. Когда ты знаешь, что делать. Вот и я нашла еще один вариант — создать «призму Эйнштейна» в этом мире. Не уверена, что получится. Очень не уверена. Но это еще один шанс. А, значит, что-то должно сработать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Один из трех шансов. Или один из четырех… Я уже запуталась, сколько их у нас.

Вообще сегодня в итоге все хорошо складывается. Маргоша спасена, камбезик приручен, еще один шанс найден…