Попаданка за пять монет (СИ) - Миленина Лидия

— А драконы? — изумилась я. — Вы же самая сильная раса…

— Видишь ли, жена моя Анечка, — умехнулся Гадор. — В те времена в нашем мире еще не было драконов…

— Как это не было?!

— Слушай дальше — поймешь. Завоевав весь наш мир, Император не успокоился. Он захотел подмять под свою руку и другие миры. Хотя бы соседние. Это ведь весьма выгодно — сразу дает доступ к ресурсам, которых нет в нашем мире. Физическим и магическим. И еще больше рабов, которые платят дань. И прочее, прочее, прочее… Он был достаточно сильным магом… кстати, я так и не нашел упоминаний о том, к какой расе он принадлежал, может, человек, а, может, эльф, не знаю. Его окружали и другие сильные маги-приспешники. Вместе они смогли разработать методику, как расширить порталы, чтобы провести целую армию. Опасная технология, дестабилизирует границу, но Император не собирался «убивать» наш мир, у него все было под контролем. Нужно отдать ему должное — магом он был гениальным.

— И поэтому жители соседних миров закрыли наш мир? Узнали про опасность и закрыли? — ужаснулась я. — Его закрыли из вне, чтобы эта мерзость не просочилась? Жителей этого мира заперли здесь наедине с ужасным Императором?

— Я тоже сначала так подумал, — усмехнулся Гадор. — Но на самом деле все было не так… Ведь, напомню, в наш мир еще должны были как-то попасть драконы. Иначе мы с тобой сейчас бы не разговаривали. Логика, милая моя жена, логика…

— Согласна, тут не сходится… — ответила я.

С логикой и у меня проблем нет, так что Гадор прав.

— Так вот, конечно, Император не смог уничтожить всю оппозицию. Многие сильные маги укрылись в нашем и в соседних мирах. Они поддерживали связь, предупредили жителей других миров об опасности. Но ни в одном из этих миров не было силы, способной противостоять армии Императора. Но, когда армия уже готовилась выступить на иномировые завоевания, один из старых магов вспомнил, что в одном мире неподалеку — туда вполне можно найти портал — живет раса крылатых. Это он о драконах, разумеется. Что они хранят свой мир и, возможно, согласятся помочь. Оппозиционеры собрали делегацию, добрались до портала и перешли в тот мир. Потребовалось время, чтобы найти драконов, потом — чтобы пробиться «на прием» к Правителю и донести до него информацию. Сперва драконы и думать не хотели о том, чтобы покинуть свой мир и отправиться защищать чужие. Но в итоге сообразили, что рано или поздно Император со своей армией доберется и до их мира. И воевать с ними все равно придется. В общем, драконы согласились. Еще какое-то время понадобилось, чтобы они добрались до нашего мира. Конечно, драконов отправилось не так много. Ты сама понимаешь, что при желании несколько десятков драконов могут уничтожить любую наземную армию. Но в порталы им приходилось проникать по одному, так что операция была непростая, — Гадор невесело хмыкнул. — Да, в те времена драконы были настоящими Хранителями. По крайней мере, свой мир и живущих в нем были готовы защищать любой ценой.

— И что, они успели? — спросила я

— Как видишь — да. Успели как раз к тому моменту, когда Император начал переводить армию в соседний мир. Как раз говорил воодушевляющую речь… Дальше… Дальше, Анечка, все было бы просто, — Гадор задумчиво подпер подбородок двумя пальцами, — если бы не одно «но». Конечно, драконы очень быстро и эффективно уничтожили армию Императора. Огнем — магическим и просто драконьим, которого вы все боитесь. Самого Императора тоже убили. По преданию Правитель драконов — благородный, похоже, был мужик — спустился на землю, принял человеческую ипостась и победил его на поединке. Но как только Император и его маги, что держали порталы расширенными, но неподвижными, погибли, начался «конец света». Расшатанные порталы, лишившись филигранной регулировки, начали разрастаться беспрепятственно. И началось то, чего мы боимся — только «в другую сторону». Наш мир начал проваливаться в другие. Гибли и жители нашего, и соседних миров…

— И тогда драконы запечатали мир на «выход». Не было другого выхода? — напряженно спросила я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А по спине пробежали нехорошие холодные мурашки. Я поняла, что мы подобрались к самому важному и самому страшному.

— Да, — кивнул Гадор. — Другого выхода не было. Чтобы сразу несколько миров не превратились в руины, драконы могли лишь запечатать наш мир на «выход» — до тех пор, пока структура границы не выздоровеет, не залечит раны. Для этого, — грустная усмешка, — понадобилась вся сила, вся энергия, вся жизнь одного дракона. И один из них пожертвовал собой. Не смея просить соратников о подобной жертве… да и разыскивать добровольца, полагаю, было некогда… это сделал сам Правитель. Кстати, его имя в легендах сохранилось — его звали Габор.

Новая волна нехороших мурашек, холод по коже… Мерзкий могильный холод. Слишком уж созвучным было имя древнего благородного дракона имени моего мужа. Гарри ощутил мое состояние, прижался ко мне и принялся лизать руку. Поднимал на меня щенячью мордочку и с тревогой смотрел мне в глаза.

— Все хорошо, маленький… — инстинктивно прошептала я.

Хоть все было далеко не хорошо! Я ведь уже поняла, откуда ветер дует!

— Он пожертвовал собой, чтобы закрыть мир? — переспросила я осторожно. — Никто его не остановил?

— Думаю, когда происходил конец света, — усмехнулся Гадор. — Было не до размышлений о том, чья жизнь дороже. Если вообще можно рассуждать о таких вещах…. Габор знал, что делать, командовал своим соратникам — и они совершали то, что он говорил. Как солдаты должны подчиняться своему командиру в бою. На войне, как на войне, Анечка… Конечно, эти драконы остались в нашем мире, отрезанные от родственников, оставшихся на родине. Но зато спасли множество миров от угрозы порабощения. И от конца света… В общем, это подтверждает, что для открытия им закрытия мира нужна жизнь одного дракона. Одного, не нескольких. Это радует!

— Радует?! Это же кошмар! — ужаснулась я.

Хотя вообще-то он прав. Например, было бы хуже, если бы для открытия понадобилось сделать жертвенными агнцами всю популяцию драконов. Но все равно, разве нельзя как-то по-другому, более гуманными способами?

— Мы уже предполагали это, — пожал плечами Гадор. — После я слетал к озадаченным мною специалистам с Общего факультета. И они подтвердили эту гипотезу. К тому же теперь ясно, каким образом эти гады устраивают разжижения. Вероятно, они примерно знают методику Императора для расширения порталов. Выявляют точки нестабильности, где должен в перспективе образовать обычный новый портал «на вход». И расширяют его. Ничего нового они не делают. Причем, полагаю, это может быть какая-то древняя организация, возможно — потомки уцелевших сторонников Императора, которые хотят продолжить его дело с использованием старых и новых методологических подходов. В общем, завтра я лечу к Правителю. Далее мы проводим операцию «подставиться под удар» и пытаемся вычислить их. Если не выйдет, то… — Гадор задумчиво опустил глаза.

Я встала. Положила Гарри на стул и подошла вплотную к Гадору.

Остановилась, глядя на него, сидящего, сверху вниз.

— Даже не думай об этом! — рявкнула я.

…И мой голос разнесся по гостиной, эхом отразился от стен.

Уфф! Получилось почти, как у мужа — грозно, сердито. И спорить не хочется.

В смысле, мне бы не захотелось. Но я и не Гадор.

Услышу сейчас в ответ драконий рык — буду знать! Но я не собиралась потворствовать его самоубийственным наклонностям!

Однако, к моему удивлению, Гадор не взвился в ответ на мое заявление.

— А кто сказал, что я об этом думаю? — хмыкнул он насмешливо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А что, нет? Да у тебя на лице написано, что ты готов положить свою жизнь на «алтарь отечества». Вот скажи, мне, дорогой супруг, что у тебя за комплексы такие? Что за травма были у тебя такая в детстве, что ты хочешь пожертвовать собой ради всеобщего блага? Это что, такое самоутверждение? Хочется имя свое оставить в веках, иначе и «не мужик»?

— Да сядь ты! — вот теперь дракон рявкнул.