Побратим смерти - Дмитрий Силлов

Их было много, очень много — злобных, вечно голодных тварей, мечтающих лишь о плоти теплокровных существ, населяющих материк. И Ингар послал им четкий мысленный образ-указатель, который на человеческий язык можно было перевести однозначно: «Еда — там!» Образ был объемным, завлекательным, щекочущим скудное воображение мертвых: множество сильных, откормленных, вкусных людей, вставших лагерем возле города-крепости. И еще больше еды — там, за стенами города, где, помимо воинов, было немало нежных, мягких женщин и крохотных детей, тающих во рту…

Толпа утопленников, хлынувшая на берег, даже не взглянула ни на Ингара, от которого все еще пахло опасной магией Земли, ни на трех человек и демона, роющих могилу возле оплавленной груды металла — от этих еще более страшной магией Огня разило за версту. Когда впереди ждет роскошное угощение, вряд ли кто позарится на жалкую, заплесневелую хлебную корку, которой можно неслабо отравиться с непредсказуемыми последствиями для жизни.

— Дело сделано, — задумчиво произнес Ингар, глядя, как морские волны, накатываясь на земляной мост, растаскивают его на фрагменты. Менее чем через полчаса кусок суши с одиноким маяком, построенным сестрой мага, снова станет островом. И новые утопленники полезут на него… А может, и нет. Может, после того, как мертвецы уничтожат пиратов, а после — жителей города вместе со служителями Высших, которые убили Эмму, заклятие спадет. Чувство мести привело Ингара в Стоунхенд, чувство мести, переполнявшее дух мертвой сестры, вызвало из воды утопленников… Может, после того, как больше некому будет мстить, и он сам, и мятущийся дух Эммы успокоятся? И что потом? Когда цель достигнута, обязательно наступает чувство пустоты. И чем его заполнит маг Земли, который один на этом свете и абсолютно никому нет до него дела?

— Просто будешь жить — и всё, — раздался голос за его спиной. — Таким, как мы, всегда найдется чем заняться в любом из девяти миров. Например, копать могилы — в том числе и для собственных воспоминаний.

Ингар невольно вздрогнул и обернулся.

Позади него, стряхивая с ладоней землю, стоял пришелец из иномирья.

— Я, кажется, начал думать вслух, — немного смущенно пробормотал маг Земли.

— Бывает, — невозмутимо отозвался Снайпер. — Но цель еще не достигнута. Пойдем. Думаю, стоит посмотреть, на что способны водяные зомби.

Быстрые кони, спрятанные Снайпером в лесу, позволили всадникам обогнать мертвецов и занять неплохую позицию для наблюдения. Теперь они стояли на возвышенности возле подножия Клыков Дракона и смотрели вниз — туда, где в вечерних сумерках тонул осажденный Стоунхенд.

…Это было страшно.

Черная волна мертвецов захлестнула осаждающих, словно цунами, сметающее все на своем пути. Люди пытались бежать, но водяные монстры оказались на удивление быстрыми — видимо, перепончатые конечности, привыкшие к сопротивлению воды, оказались лучше приспособлены к нагрузкам, чем ноги живых. Утопленники настигали людей, прыгали им на плечи, словно гигантские лягушки, валили жертвы на землю и тут же вцеплялись в шеи. Огромные пасти чудовищ порой начисто откусывали головы людей, после чего мертвые жадно припадали к кровоточащим ранам, на глазах раздуваясь от высосанной крови.

— Когда люди убивают людей — это нормально, — задумчиво произнес Тестомес. — Но никак не могу привыкнуть к виду того, как мертвые убивают живых. Есть в этом что-то противоестественное.

— Любое убийство противоестественно, — отозвался Снайпер. — Но, к сожалению, это закон жизни. Или ты, или тебя. И кто этого не понимает, рано или поздно становится жертвой. Неважно кого — врага, обстоятельств или собственной глупости.

— Ты говориишь, как вооин, хоомо, — уважительно протянул кутруб. — Как муудрый вооин.

— Не подлизывайся, — отмахнулся от демона Снайпер. — Я вообще не понимаю, зачем живу на этом свете.

— Ты другим помогаешь, — заметил Тестомес. — А это, кутруб меня побери, очень неплохое предназначение.

— Кстати, о помощи, — заметил Лис. — Ну ладно, пожрут сейчас утопленники пиратов, недолго осталось. А что потом?

— Думаю, потом они полезут на стены города, — ничего не выражающим голосом произнес маг Земли. — Те, кто после смерти ничего не пил, кроме соленой воды, еще более жадны до крови, чем их сухопутные собратья.

Все повернулись к Ингару.

— Ты же повелитель стихии Земли, — произнес Тестомес. — Уверен, тебе несложно будет похоронить эту свору под стенами города. Или просто приказать им убраться обратно в море — маги твоей квалификации способны управлять мертвыми, словно куклами.

Ингар покачал головой.

— Сейчас я бессилен что-либо сделать. Во-первых, тебе ли не знать, Тестомес, что даже великим магам после серьезных дел необходимо восстановление. Создание земляного моста выпило все мои силы без остатка, и теперь мне нужно не менее суток, чтобы прийти в себя. Но даже если б я был полон магии по самое горло, я бы не смог управлять теми, кто умер в воде. Не моя стихия. И даже Никс, который сейчас сидит в Стоунхенде, ничего не сможет сделать с такой толпой живых трупов. Чисто силенок не хватит.

— Ты заранее все просчитал, да?! — воскликнул Лис.

— И сознательно нарушил данное слово… — задумчиво добавил Снайпер.

Ингар пожал плечами.

— Да, — равнодушно ответил он. — Слова ничего не значат, когда есть цель. Если хотите, можете убить меня. Я спокойно пойду по Серой дороге, зная, что мертвые сожрали тех служителей Высших, что убили мою сестру, а потом изгнали меня из графства.

— Но вместе с ними погибнут невинные…

— Что мне до них? — пожал плечами Ингар. — Мне так же плевать на тех, кого я не знаю, как и им на меня. Если я умру, никто из этих людей даже не почешется. Обратная связь аналогична. Думаю, со временем вы меня пойме…

Договорить маг не успел.

Демон прыгнул молча. Черное, гибкое тело снесло с коня мага Земли, и не успел кто-либо из присутствующих что-то сказать или сделать, как откушенная голова Ингара покатилась по земле, рефлекторно шевеля губами. Только слов уже слышно не было — когда воздух не проходит через голосовые связки, даже самые мудрые речи оказываются недосказанными.

— Нехорошо убивать пленных, — заметил Снайпер, впрочем, без особых эмоций в голосе.

— Этоот хоомо… взбесиит коого угоодно, — слегка виновато произнес демон, не прекращая чавкать. — К тоому же… Октоо оочень нужноо свежее мясооо…

— Им — тоже, — задумчиво произнес стрелок, глядя на битву, происходящую в долине. Вернее, на избиение.

Пираты, поняв, что убежать не удастся, рубились отчаянно. Но толку от этого было мало. Абордажные сабли и мечи с трудом пробивали толстую чешую мертвецов, покрывающую их тела подобно доспехам. Но если живой человек после проникающего ранения в сердце, легкие или печень падал на землю, то живым трупам такие повреждения были что слону дробина. Трудно убить того, кто уже мертв.