Бытие неигрового персонажа - Анастасия Епифанова

Уф, наконец-то тихо стало. Я посмотрела на сообщение системы, где говорилось о присуждении мне +2 к Духу за проведение обряда с участием игрока.

- Знаешь, Маруся, - задумчиво сказала мне в этот момент Снежа, - Ты, когда впервые в нашей деревне появилась, очень на Джессику поведением была похожа. Может ты тоже в рабстве побывала?

Я сказала, что не помню подобного. А сама задумалась, что же такого с прежней Марусей произошло, раз Шиве пришлось нового персонажа на ее место создавать. Эх, тайны - тайны, а справка вообще бесполезной книжкой на поверку оказалась, где половина вранье написано.

Всю дальнейшую дорогу мы молчали, утомившись за день, проведенный в городе. А дом встретил меня пустотой и холодом. И зачем, спрашивается, я сюда так торопилась, если тут меня никто не ждет. И день сегодня какой-то непонятный был... Вроде и приобрела все, что хотела и даже больше, и деньги хорошие заработала, и обряд провела, девушку воскресила... А все оно как-то не так было, все неправильно. И за Джессику теперь тревожно, как она с этим паршивцем, у которого никто так и не удосужился имени узнать, теперь отношения налаживать будет. Одно дело - послушная кукла, которая все твои команды выполняет, а совсем другое - живая девушка со своим характером и мнением. И кто бы мне самой помог прийти в гармонию с собой, когда одна, более звериная и дикая часть меня, утверждает, что за обиды надо платить по заслугам, и никакой жалости и снисхождения к обидчикам, а другая, более сознательная, часть просто очень не хочет жить в таком жестоком мире и еще на что-то надеется. На что-то светлое и доброе...

***

А ночью опять приснился сон. Развалины уже знакомого мне спального района города, бывшего когда-то родным для меня, на этот раз были погружены в ночную мглу и освещались лишь призрачным светом огромной полной луны, на фоне которой четко прослеживался темный силуэт Смерти в развевающемся балахоне и с косой в руках. И дела мои в этом сне были просто катастрофическими. Я в зверином обличье всеми четырьмя лапами пыталась уцепиться за сколькую пластиковую поверхность громадного рекламного щита, нижняя часть которого еще, каким-то чудом. крепилась к обломку стены многоэтажной высотки на уровне этажа так 30-35-ого, а верхняя, на которой я как раз и балансировала, опасно накренилась под собственной тяжестью над темной пропастью. И стоило мне немножко пошевелиться, как щит начинал искрить электрическими разрядами, противно скрипеть и крениться еще больше.

- Кар, - черная тень сделала круг надо мной, обдав меня потоком свежего ночного воздуха и приземлилась рядышком на пластик, принявшись увлеченно долбать по нему своим длинным мощным клювом, озаряя при этом всю округу снопом электрических разрядов и грозя в любой момент обрушить, и без того опасно провисший, щит.

- Вран, - закричала я ему, - Ты что делаешь? Так нельзя...

- Почему? - ворон склонил свою черную голову на бок, - Можно, вообще-то, все. Вопрос в том, каков будет твой выбор при этом.

И опять ударил своим клювом по оптоволоконному пластику. Всю округу озарил мощный электрический разряд, а щит вместе со мной полетел в пропасть.

Проснувшись посреди ночи, я погрозила кулаком в тот угол, где Вран устроил себе насест.

- Ты меня так больше не пугай.

Но ворон на мою угрозу никак не прореагировал, продолжая то ли притворяться, что спит, то ли действительно спать.

Глава 24. Дети подземелья

Следующих два дня прошли спокойно. Я усиленно тренировалась и ломала голову над тем, как мне расширить свой арсенал лечебных навыков и оказывать целительскую помощь на расстоянии. Наставнице-то хорошо, ей помогали в этом ее духи, а вот как быть мне? Единственное, что я надумала, это использование плевательной трубки хмырей и иголок. Если ими можно травить, то почему ими нельзя лечить. Сами по себе физический урон иголки наносили незначительный, если только ими в глаз, конечно, не попасть.

Как истинному ученому, все эксперименты с иголками и зельями на восстановление жизни мне довелось проводить на себе. Сначала я хотела привлечь в качестве подопытного Врана, но тот категорически отказался, поэтому пришлось самой сначала заниматься членовредительством, а потом еще и иголки в себя втыкать. Эффект был, но слабый. Поэтому я обратилась за помощью к Наставнице, та посоветовала попробовать сосредоточиться не на единовременном эффекте восстановления очков жизни, а совместить его с отсроченным, за счет ускорения регенерации, как это бывает с ядами.

Кроме Веды я к своим исследованиям подключила и Сева, притащив к нему уже зачитанный до дыр свиток с целительными рунами, и попросила сделать мне костяные иглы с вырезанными на них рунами "Усиление" и "Жизнь", ускоряющими регенерацию, и "Плотина" и "Кровь", останавливающими кровотечения. Сев меня выслушал, задумчиво потеребил себя за мохнатое ухо и ушел с головой в изучение свитка, отдав мне при этом мой предыдущий заказ: набор метательных ножей, усиливающих негативные эффекты от нанесенных на них ядов на 30% и дающих +5 к меткости, и тонкие шестигранные стилеты длиной сантиметров 12, рукоятки которых были искусство вырезаны в виде тел лисицы и соболя, так, по мнению Сева, должны выглядеть палочки доя волос. Но косы, которые я тут же свернула в тугие бублики за ушами, они держали хорошо, можно вообще из волос подушку для иголок сделать, поэтому от Сева я убежала довольная.

Шаман, выслушав мои сбивчивые объяснения и махания руками, мне тоже помог и научил руне "Разрушения зла", которая в сочетании с руной "Воды" давала эффект противоядия, а в сочетании с "Мана" снимала эффекты от проклятий.

Дело оставалось за малым - за меткостью и уменьем попадать всякими колюще-режущими предметами в движущуюся цель, которое за счет тренировок развивалось очень медленно.

Полностью погруженная в исследования, я не то чтобы забыла о Лурри и снежных барсах, просто не верила, что легкомысленный кошак всерьез возьмется за это дело. Но тот мои верования по поводу своей персоны не оправдал, заявившись в деревне под вечер второго дня и, перехватив меня на подходе к дому, громко объявил на всеуслышание, что у него все готово для "Ограбления века". Дядя, как назло, в тот момент был дома, поэтому пришлось в быстром темпе зажимать шумному Пришлому рот и тащить его в ближайшие кусты за пределами деревни.

- Маруся, я, конечно, не против, когда девушки хотят со мной уединиться, - заявил мне Лурри, выдергивая колючие шипы из своих ушей и поудобней устраиваясь в сугробе, - Я очень даже "За", но предпочитаю менее экстремальную обстановку. Может лучше в трактир пойдем, там номер снимем?