Дрянной Мир. Книга первая. - Илья Городчиков

окну и выглянул наружу. Под мною было метров этак двадцать чистого падения и зелёная травка внизу. Падать было равно самоубийству, но ничего лучшего придумать мне не удалось. Заперев дверь при помощи меча Пиявки, сунув его на манер щеколды, после чего рванулся к кровати истекающего кровью Брома. Стянув оттуда все лежащие перины, я быстро перевязал их пристанью, сделав себе небольшое подобие подушки. Помолившись всем богам, я просто прыгнул из окна, отсчитывая секунды до падения. Математиком я был не лучшим, но даже меньше, чем через секунду обеими руками создал воздушный удар о газон. Это погасило мою скорость, создав большую яму под собой. Перины немного смягчили падение, но даже так я почувствовал силу притяжения во всей красе каждой косточкой, но главное было в том, что выжить мне всё же удалось.

Радуясь такому дерзкому побегу, я поднялся на ноги, после чего поковылял в сторону нашего жилья во дворце.

Глава 30

- Убили! Убили барона! Сектанты уже во дворце! – кричали со всех сторон императорского дворца.

Паника развернулась нешуточная, вызывая хитрую улыбку на тонких губах Агнара. Безземельный Король определённо не ожидал такой успешности нашего скрытого убийства. Меня так никто не смог заметить, из-за чего убийства обсидиановым кинжалом, как-то и было запланировано, было сброшено на сектантов-тиринитов. Удивительно, но в тот же день нам определённо повезло. Тириниты в ту ночь обрушились на ночные улицы города, устраивая кровавую резню. Под их обсидиановые ножи попадали вообще все, кто рискнули выйти на ночные улицы столицы или обладали недостаточно крепкими дверьми. Сектанты нападали на стражу, врывались в дома обычных горожан и богатых купцов, резали ночных разбойников. Дворцовая прислуга активно перешёптывалась между собой, указывая друг другу на то, что тириниты рубили головы каждой своей жертве и потом складывали их в большую пирамиду перед главными воротами. Пирамида из отрубленных голов была настолько большой, что по ней легко можно было писать новую версию «Апофеоза Войны» с учётом местного калорита. Естественно, что такие массовые убийства не могли не вызвать внутри столицы тотальную панику, передающуюся от человека к человеку словано страшная болезнь. Впрочем, паника на короткой временной дистанции и была болезнью. Люди просто переставали отдавать отчёт своим действия, логика отключалась в пользу страха, который захлёстывал умы людей.

Горожане после нападения тиринитов боялись своих соседей, членов семей и любых встречных, ведь кто-то запускал сектантов внутрь города. Из-за этого убийство Пиявки и нескольких дворцовых стражников легко ложилась на версию проникновению сектантов внутрь императорского дворца. Весь дворец в тот день хотели закрыть на своеобразный карантин, но слишком много высокородных гостей горячо желали оказаться где угодно, но вне стен столичной крепости. Кто-то даже был готов напасть на стражников и прорываться из Дамскрона с боем, а потому пришлось императору Валену издавать специальный указ, который разрешал свободное покидание города любым желающим за внесение определённой платы в государственную казну.

С нашего большого отряда также желали взять плату и весьма немаленькую, но тут появление Вилфирда моментально решило все проблемы. Оказалось, что часть городских стражников, охраняющих центральные столичные ворота, были не просто прихожанами Белого Двора, но последователями такого божества как Горбар, старшим инквизитором которого Вилфирд и был. Едва лишь только привратники увидели эту татуированную гору, как моментально расступились, спокойно расступаясь перед нами. Они даже принялись раскланиваться перед нами, шепча при этом молитвы, слов которых сложно было мне не разобрать. Как потом оказалось, то это был не общеимперский язык, а один из диалектов Империи, распространённый всё больше на севере государства ближе к границе кочевников.

Из столицы тянулась длинная вереница беженцев. Бежали из столицы все: ремесленники и земледельцы, купцы и религиозные деятели, аристократы и авантюристы. Многие спешно продавали всё своё недвижимое или другое массивное имущество в Дамскроне, радуя этим самых предприимчивых столичных жителей. Прожжённые столичные торговцы прекрасно понимали, что рано или поздно большая часть бежащих совершенно точно вернуться в столицу, а тогда цена на недвижимость подскочит просто до небес, а значит навар будет значительным. Нам же продавать было просто нечего, а потому удавалось двигаться налегке.

Сначала нам пришлось заглянуть в замок почившего Либана, который со смертью Пиявки полностью перешёл в законное владение графа Генри Аетернуса. Пусть баронство было достаточно маленьким территориальным приобретением для Генри Веского, но здесь он был намерен во всю развернуть торговую деятельность. Всё-таки, рядом с замком пролегал старый тракт, идущий с юга в столицу. Этот трактат шёл от самых Свободных Земель до столицы, являясь первой и самой грандиозной торговой артерией всех тех земель. Фактически, всего лишь одно баронство может значительно улучшить экономическое положение графа, приподняв его экономику раза этак в полтора.

После посещения крепости мы двинулись на север. Пусть мы и значительно удалялись от границы с Фронтиром, но на севере Империи мы могли чувствовать себя значительно лучше. Всё же, там были большие земли графа Аетернуса, где нам было дозволено свободно набирать, обучать и снаряжать войска, содействуя при этом сражениям графа. Для Генри Высокого наше расположение на территориях его феодов было большим плюсом. Дело было в том, что граф Аетернус готовился к чему-то страшному. Он не мог нормально объяснить причину своего беспокойства, но вечно утверждал то, что грядёт страшная война. Неизвестно с кем, но сражение предполагалось тяжёлым. Вполне возможно, что граф, будучи прожжённым политиком и полководцем, понимал действующую ситуацию в Дамскронской Империи. Всё же, как показала ситуация в столице, император не может контролировать ситуацию даже в пределах своего главного города, а что уж тогда говорить о других землях? Немалая часть феодалов уже открыто плевала на власть императора Валена, действуя исключительно согласно собственным интересам. Особенно ярко это прослеживалось на юге страны, где пиратские вожди уже в открытую нападали с моря на других феодалов, деля при этом Сигийское море по зонам влияния с Муравьиным Королём. Впрочем, не отставал от пиратских капитанов ещё и новоиспечённый Янтарный Союз. Он фактически существовал и ранее, но только недавно свободные города на берегу Сигийского Моря подписали соглашение, по которому создавался военно-торговый союз. Всё же, каждый из вольных городов не желал терять собственной независимости и если сейчас они были защищены имперской «Грамотой Вольных Городов», подписанной ещё Пурпурным Императором, в которой подтверждалась независимость вольных городов от посягательства любых других субъектов Империи, то в будущем всё могло измениться. Города Янтарного Союза были достаточно богатыми, чтобы содержать под своим управлением целые армии наёмников, но даже так отдельный город