Дрянной Мир. Книга первая. - Илья Городчиков

с нами как можно быстрее и появление Аетернуса вместе с отрядом не входило в его планы. Вполне возможно, что он вовсе был подкуплен Пиявкой, ведь правосудие здесь работало по принципу: кто первый заявил – тот и прав. Выходило, что нас ждёт судебное разбирательство, которое в наши планы вовсе не входило. Сейчас нам стоило бы отправляться на северные земли графа Генри, который обещал нас спокойную жизнь до поздней весны или даже до начала следующего лета, когда нам получится закупиться провиантом и всё же отправится на поиски Лунного Города, но нельзя было оставлять в спине такие большие проблемы в виде обозлённого императора. Всё же у нас не будет возможности легко пополнять запасы во Фронтире, а значит, что необходимо подчистить тылы.

Наконец появился одноглазый в сопровождении ближайших соратников, графа и даже Вилфирда, после чего начались длительные переговоры, в суть которых я больше не вникал и отправился готовиться к путешествию в столицу. Пусть раз мы уже там бывали, но ничего хорошего нам ожидать не стоит. Мне же было необходимо приготовится вообще ко всему, что было только возможно.

Из оружия я уже привык пользоваться фальшионом. Пусть любые аристократы меня за такой выбор бы засмеяли, поскольку они всё больше пользовались мечами-бастардами, одинаково хорошими как для конного, так и для пешего боя, тогда как фальшион оставался выбором крестьян и наёмников, но даже так такой меч оставался хорошим выбором для не самого лучшего мечника в виде меня. В дополнение к основному мечу я всегда держал за пазухой два кинжала: один треугольного сечения для ударов в уязвимые места латников и более широкий тесак, бывший оружием «последнего шанса». После сражения с Пиявкой, моя защита была вполне себе неплохо улучшена благодаря взятым нами трофеям. Если раньше мне приходилось рассчитывать только на плохонький латный панцирь и простой стальной цервельер, то сейчас трофеи значительно меня обогатили. Сейчас я позволил себе надеть на голову бациент без забрала, но с бармицей. Определённо хороший шлем, но хотелось бы отыскать подходящее забрало, ведь мне вовсе не хотелось получить шальную стрелу прямо в лицо. Такой сюрприз вполне себе мог отправить меня на свет иной, но приходилось обходится тем, что имел. Под латную кирасу я надевал стёганный поддоспешник с пришитыми к нему кольчужными рукавами, закрывающими руки и подмышки. Кираса оставалось обычной и больше подходила для снаряжения масс пехоты, а потому не отличалась особенной крепостью, но болт из не самого хорошего арбалета держала справно. Ноги приходилось закрывать простыми штанами и высокими кавалерийскими сапогами, в которые были вставлены пластины для защиты, а руки укрывать ткаными перчатками. Казалось бы, они совсем не дают необходимой в битве защиты, но мне куда была важнее другая особенность такого рода одежды – быстросъёмность. У меня просто не получилось творить заклинания, когда на моих руках было хоть что-то, хотя куда более профессиональные маги на перчатки и рукавицы совсем не обращали внимания.

- Уже готов?

В арсенал вошёл Вилфирд, который также принялся снаряжаться, но не надевая доспеха. Похоже, что он надеялся на то, что суд не придёт к сражению, хотя я на это не рассчитывал бы.

- Зачем доспех тебе?

- А если сражаться придётся? На простую магию рассчитывать я не могу – силёнок не хватает, а в доспехе мне куда спокойнее.

- Не думай, что тебе удастся сбежать из города, если начнётся битва. Император себя таким количество стражи окружил, что туда даже «жемчужникам» будет проблематично пробиться. Если решат нас обвинить, то погибнут тогда все и не посмотрят на аристократическое происхождение Агнара.

- Думаете, что император решиться на такое? Агнар человек известный.

- Власть императора держится на соплях. Многие графы и герцоги откровенно плюют на его власть, некоторые регионы даже не считают себя властью империи. На границы покушаются. Муравьиный Король спокойно грабит прибрежные земли. Дварфийские синдикаты плетут интриги и уже целые города чуть под свою власть подбирают. Эльфы едва лишь восстание не поднимают, а последний из царей бугроухих под собой держит целое герцогство. «Жемчужники» расхаживают у себя как дома. Что уж тут сказать, если под самой столицей дворяне режут друг друга? – Вилфирд попрыгал, проверяя ножны на поясе, - Виверхайн опасен для власти императора. Он один из немногих, кто действительно может претендовать на корону Фронтайна. Представляешь, что будет, если ему удастся взять власть в Лунном Городе и затем объявит поход против чёрных орков? Под его знамёна будет стекаться столько людей, что на его фоне император будет как слизень против льва. Империя вновь станет задворками человечества и будет раздираться на кусочки каждым, кто будет способен держать в руках оружие. Императору необходимо действовать быстро и жёстко. Пиявка в этом столкновении не больше, чем причина, а значит и без его участия что-то придумали бы против Агнара. Быть может, если бы он сидел тише воды и ниже травы, то его оставили бы в живых, но сейчас он принялся набирать силу и значит его необходимо устранить.

- Почему вы тогда идёте с нами? Если император в любом случае попытается убить Виверхайна, то вам нет смысла быть с нами. Это кинет грязь на вашу репутацию.

- Моя репутация столь белоснежна, что приказ императора будет никак не больше обычного плевка, который даже до меня не долетит. Агнар обладает нужными качествами, чтобы взять власть в Лунном Городе и снести патрициев под ноль. Он достаточно жесток, чтобы не оставлять своих врагов в живых. Думаешь, почему он дал тебе убить Таклина?

- Откуда вы знаете?

- Я умею говорить с людьми. – инквизитор с щелчком вставил кинжал в ножны за пазухой, - Таклин твой враг, а значит достоин смерти. Этот одноглазый аристократ позволил бы тебе убить его даже со спины. Не смотри на то, что он голубой крови. Если его предки были образцами рыцарской чести, то Виверхайн не побоится совершать даже самые грязные поступки, чтобы дойти до своей цели. Именно такой союзник мне нужен, а потому я продолжу его поддерживать.

Примерно через час мы наконец отправились в столицу в сопровождении людей императора и нескольких рыцарей Аетернуса, который вместе со своим графом двигались сзади нашего конвоя. На протяжении всего пути я продолжал следить за чиновником. Он заметно нервничал, постоянно оглядываясь на нас и переговариваясь с императорским рыцарем. Похоже, что они что-то задумывали, а потому я не убирал ладонь