Бастиано Романо (ЛП) - Хантингтон Паркер С.

Хуже всего было то, что я знал: несмотря на весь доступ, который она получила с тех пор, как я ее нанял, она не воспользуется полученной информацией.

Не сейчас.

Не после нас.

Юпитер и Ганимед, как она нас называла.

С почтением.

Как будто она действительно в это верила.

— Мы на месте, сэр. — Мой водитель держал лицо впереди, пока говорил.

Городской автомобиль остановился рядом с машиной Дамиана. Стоянка перед кампусом университета Уилтона была забита европейскими машинами, но мы заняли два места для преподавателей впереди, не заботясь о правилах. Мой водитель не сводил глаз с дороги, пока я сидел на заднем сиденье и листал составленный ранее контракт.

Дамиан открыл дверь и сел рядом со мной, его лицо было безучастным. Я тоже опустил глаза, сделав глоток зеленого коктейля, который Луна приготовила сегодня утром по приказу Тесси.

— Ты слышал что-нибудь о Ренате Витали?

Его горло дрогнуло, и я понял, что она — его слабое место.

— Да.

Мы сидели в тишине.

Семья Витали могла бы преследовать Ариану, и она была бы мертва. Убита. Просто исчезла. Как будто ее никогда и не было.

Я переключился.

— …И?

— И она согласилась на свободу действий при условии, что с твоей стороны все будет улажено.

Я ждал оговорки, но когда ее не последовало, спросил:

— Что подразумевается под «улажено»?

— Это значит, что информация о встрече будет передана в архив Витали, и пока не будет привлечено внимание к этим выходным, ни у кого не должно быть причин для расследования.

Перевод: держи рот на замке и не привлекай к этому внимания.

— Что она хочет взамен?

Ренату было трудно вычислить. Она исчезла с мафиозной сцены много лет назад, и я никак не мог ее вычислить.

— Я позаботился об этом.

— В обмен на что?

Он не торопился с ответом, и его голова, расслабившись в кожаном кресле, ударилась о подголовник.

— Однажды, возможно, скоро, ты возглавишь семью Романо. Когда у тебя будет власть, ты используешь ее, чтобы вернуть семью Де Лука во внутренний круг синдиката.

У меня не было планов возглавить семью Романо. Да, я был следующим в очереди, но трон мне был не нужен. Это было последнее, чего я хотел, но я хотел, чтобы Ариана была в безопасности… и я понял, что, даже несмотря на то, что она предала меня, я пойду на эту жертву.

— А если я не приму власть над семьей Романо?

— Примешь. — Он повернулся ко мне лицом. — Твой дядя умер, а твой отец и остальные дяди приближаются к пенсионному возрасту. Ты следующий в родословной. Или ты забыл об этом?

Мое лицо оставалось пустым, но челюсть слегка дрогнула. Он меня разозлил.

— Твое благоразумие и благоразумие Витали в обмен на место за столом?

— Да.

— Отлично. — Я достал ручку и плотную бумагу для договора с бланком Романо и печатью в верхней части. — Если станет известно, это соглашение будет аннулировано, и наступит возмездие.

— Понятно. — Он наблюдал за тем, как мое перо движется по странице. — Ты слышал о «The Benefactor»?

— А что? — Моя ручка замерла, а я не поднимал глаз от бумаги. Мне не нравилась мысль о том, что в этом соглашении участвует еще одна сторона. Здесь уже были Де Лука и Витали. — Ты вносишь изменения в соглашение?

— Нет.

Я продолжил писать.

— Тогда нам нечего обсуждать, Де Лука.

— Твоя семья хотела, чтобы я был здесь. — Он задрал ногу на мини-холодильник, высокомерный маленький засранец. — С таким же успехом ты можешь относиться ко мне как к гостю.

У меня свело челюсти, раздражение захлестнуло кровь.

— Уверяю тебя, нам абсолютно наплевать, здесь ты или нет.

— О, нам есть что обсудить, Романо. Я получил рукописное приглашение на похороны Винсента, присланное с твоей территории. Винсент — твой капо. — Он кивнул на бумагу, которую я держал в руках. — Бланк и печать на приглашении принадлежат твоей семье. — Я, наконец, поднял на него глаза, и он продолжил. — Насколько я знаю, Хэмптон — твоя территория. Это касается тебя, а если нет, то на твоей территории больше утечек, чем в использованном презервативе. Так что же, Романо? Ты вовлечен или ты использованный презерватив?

— Американские политики и иностранные высокопоставленные лица отдыхают в Хэмптоне. Семья Романо держится подальше от Хэмптона из вежливости за работу, которую выполняют политики и высокопоставленные лица, находящиеся на нашем содержании. На самом деле единственный мафиози в Хэмптоне — это… — Мой глаз дернулся, и я сделал паузу и посмотрел на контракт, прежде чем передать его ему.

Он ждал, что я заговорю. Я не стал этого делать, позволив ему спокойно выслушать эту затянувшуюся информацию и сбить его высокомерие. Когда он понял, что я не собираюсь продолжать, он пролистал договор, взял у меня протянутую ручку и открутил колпачок с противоположного конца. На конце пера оказалось небольшое лезвие. Прижав его к большому пальцу, пока по поверхности не растекся багровый цвет, он поставил на договоре отпечаток своего большого пальца.

Еще одна кровь, чтобы связать нас вместе.

АРИАНА ДЕ ЛУКА

Я оставила свои вещи у Бастиана, но не стала их забирать. Впервые в жизни мне были нужны те немногие вещи, которыми я владела. Я хотела хранить их и дорожить воспоминаниями. О рубашке, которую я носила, пока Тесси играла мне на пианино глупые колыбельные. Об атласных трусах для сна, которые Бастиан сорвал с меня, когда взял меня в коридоре своего пентхауса. Его рубашка из Уортона, в которой я любила спать — та, что до сих пор пахнет им.

Но я не заслуживала этих воспоминаний.

Я сделала это с нами.

Я позволила нам быть вместе, зная, что дом, который построил нас, был полностью сделан из лжи.

Я ожидала, что Уилкс удивится, когда я загляну к нему в кабинет. Формально я все еще оставалась под прикрытием. Мне не следовало даже приближаться к штаб-квартире бюро. Но вот уже несколько недель я твердила себе, что должна покончить с этим. У нас с Бастиано все было кончено, но это не отменяло того факта, что я больше не могла здесь работать.

— Я увольняюсь, — сказала я Уилксу, не садясь.

Он снова не выглядел удивленным.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Да. Хорошо.

Я чуть не рассмеялась от того, как мало он в меня верил.

— Если ты всегда думал, что этот день настанет, почему ты нанял меня?

— Во-первых, тебя предложил друг. А во-вторых, я всегда в тебя верил.

— Друг предложил меня?

— Да. Общий друг.

У нас не было общих друзей.

— Я не понимаю. И… — Я выдохнула, наконец-то готовая выложить всю свою правду, включая все, что меня расстраивало. — Ты никогда не верил в меня. Я получала худшие задания, худшие дела. Мне никогда не давали шанса преуспеть здесь. А потом ты бросил меня в омут с головой с этим заданием.

— Я знал, что ты справишься.

— Как?!

Он протянул мне папку. Я никак не могла взять в толк, о чем идет речь, а когда открыла папку, все части сложились так четко, что я не могла поверить, что не видела этого раньше. Уилкс был внутренним человеком Романо. Винс был нашим общим другом. Вот откуда Винс узнал о моем прикрытии. Моя фамилия. Это он отдал меня в бюро. Он направил меня на этот путь.

А эта папка… это был прощальный подарок Винса. Его последняя просьба.

Я закрыла папку и прижала ее к груди, как щит, когда Уилкс заговорил.

— Я не давал тебе этих заданий, потому что недооценивал тебя. Я давал их тебе, потому что заботился о тебе. Мне было плевать на Симмонса. Он может умереть, и я смогу жить дальше, но мысль о том, что ты можешь пострадать… — Он покачал головой. — Я не ненавижу тебя. Я хочу для тебя лучшего.

— Мне ничего не принадлежит. У меня никого нет. И теперь у меня нет работы. Как это может быть лучше для меня?

— Я следил за тобой во время твоего прикрытия. Я не просто передал тебя доктору Клемсон и желал лучшего. Твои вещи можно заменить. Ты хорошо подготовлена. Легенда, научившаяся приспосабливаться к самым неблагоприятным обстоятельствам. Ты всегда сможешь найти работу. Что касается того, что у тебя никого нет, то сейчас не твое время.