Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

Рауль поднялся парой этажей выше, дошел до двери офиса Крея, спокойно вошел — они давно ходили друг к другу без предупреждения, как добрые приятели, — но тут же вылетел обратно, как ошпаренный.

Нет, ничего увидеть он не успел, но из глубины офиса доносились такие сладкие стоны и прочие весьма недвусмысленные звуки, что… Конечно, Рауль не просто подозревал, он совершенно точно знал, что Себастьяна Крея связывают с его «элитной пет» весьма своеобразные отношения, но чтобы так?! На рабочем месте?!

Слегка придя в себя от такого вопиющего факта манкирования служебными обязанностями, Рауль выждал минут пятнадцать — он счел, что этого времени Себастьяну должно хватить, — и набрал его номер.

— Да-а?… — после некоторой паузы отозвался загадочным голосом начальник транспортной системы.

— Себастьян… — начал было Рауль, но завершить фразу не успел.

— Вы не туда попали, — нахально ответил Себастьян и бросил трубку.

Рауль едва не зарычал и снова набрал номер.

— Да-а?… — услышал он ответ после такой же паузы.

— Это Рауль! — успел выкрикнуть Рауль.

— Да? — с некоторым огорчением в голосе произнес Себастьян. — И что?…

— Мне необходимо с тобой поговорить, — строго сказал Рауль.

— Заходи, — милостиво разрешил Себастьян. — Я освобожусь через двадцать минут.

И он снова бросил трубку.

Рауль с трудом сдержался, чтобы не швырнуть телефоном в стену, и сел в кресло (раньше такие приступы злости были ему не свойственны, Рауль всегда славился самообладанием; впрочем, Себастьян Крей был способен вывести из себя кого угодно).

…Ровно через двадцать минут Рауль снова вошел в офис Себастьяна. На сей раз всё было вполне благопристойно, разве что наблюдался некоторый красноречивый беспорядок на заваленном распечатками столе.

— О чем ты хотел со мной поговорить? — миролюбиво осведомился Себастьян. Выглядел он, как кот, обожравшийся сметаны (впрочем, Раулю в голову пришло иное сравнение: «как монгрел, забравшийся в лучший гарем Амои»).

— Ты ехал в лифте с одним Блонди… — начал Рауль, но Себастьян перебил:

— Подожди, это когда?

— Сегодня утром, — терпеливо пояснил Рауль. — Ты ехал в лифте…

— Я ехал в лифте? — неподдельно изумился Себастьян.

— Ты издеваешься? — не выдержал Рауль, зная за приятелем такую привычку.

— Ничего подобного, — оскорбился Себастьян. — Да, очевидно, я всё же ехал в лифте, иначе как я сюда попал?

— Ты был очень увлечен какими-то бумагами, — смирившись, произнес Рауль.

— Точно! — обрадовался Себастьян. — А кто там со мной ехал?

— Об этом я и хотел тебя спросить, — устало сказал Рауль. — Не знаешь ли ты, кто это такой и откуда он взялся?

— Прости, Рауль, я даже не обратил на него внимания. Мне очень жаль… — вздохнул Себастьян. Видно было, что на самом деле ему ни капельки не жаль. — А почему он тебя так интересует?

Рауль уныло изложил все свои соображения по поводу незнакомца и воззрился на Себастьяна, ожидая комментариев. Комментарии не замедлили последовать.

— Рауль, я считаю тебя своим другом… — Себастьян начал издалека, и Рауля это насторожило. — Поэтому я должен тебе это сказать. Тебе не кажется, что ты заразился паранойей у Вернера?

Рауль так опешил, что даже не сразу обиделся.

— Это почему же? — спросил он сухо.

— Тебе тоже мерещится заговор, — пояснил Себастьян. — Даже если ты не знаешь этого Блонди лично, это ещё не значит, что он… ну, скажем, шпион Федерации. Или ты хотел сказать, что это может оказаться переодетый человек?

— Ну… примерно это я и имел в виду… — пробормотал Рауль. — Ладно, Себастьян, мне пора…

В крайне расстроенных чувствах Рауль отправился в собственный офис. Признаться, о том, что незнакомый Блонди мог оказаться переодетым человеком, он даже не помышлял (спрашивается, и у кого большая паранойя?), но после слов Себастьяна задумался о такой возможности всерьёз. В принципе… Последняя проверка всего штата Эоса состоялась аккурат два дня назад. До следующей ещё уйма времени. Люди Федерации в последнее время настолько обнаглели, что вполне могли предпринять какую-нибудь авантюру. Рауль ощутил непреодолимое желание закатить внеплановую проверку.

Всё в том же подавленном настроении он отправился на совещание к Первому Консулу Кристиану Норту. Вопросы обсуждались вполне рутинные и особого Раулева участия не требовалось, поэтому он по большей части хранил молчание и думал, думал…

— Рауль, о чем ты так задумался? — прервал его раздумья голос Кристиана.

Рауль огляделся и понял, что совещание давно закончилось, и в кабинете остались только он и Кристиан, взирающий на коллегу с некоторым недоумением.

— Есть одна оригинальная задумка по поводу генетически модифицированных организмов, — ловко выкрутился Рауль. На его счастье, задумка у него действительно была, хотя он приберегал её для более подходящего случая.

В течение получаса Блонди живо обсуждали Раулеву идею, а потом Кристиан спохватился:

— Кстати, Рауль… Юпитер перевела в твоё подразделение нового сотрудника. Разумеется, он ещё молод, к тому же из такой провинции… — Кристиан выразительно вскинул брови. — Однако он подает надежды. Вот, посмотри.

Рауль взглянул на монитор. Разумеется, лицо, которое он там увидел, принадлежало сегодняшнему незнакомцу. Рауль пробежал глазами текст личного дела. Звали нового сотрудника Альбертом Юнгом, у него был более чем внушительный коэффициент интеллектуального развития, а на его счету числилось несколько успешно проведенных самостоятельных исследований. Неплохо для такого юнца.

«Неужто я и впрямь начал видеть то, чего на самом деле нет? — мрачно подумал Рауль, вспоминая слова Себастьяна. — Паранойи мне вот только и недоставало!»

— Ты сегодня сам не свой, Рауль, — сказал Кристиан. — И, по-моему, ты не в восторге от нового сотрудника.

— Нет, отчего же, — равнодушно пожал плечами Рауль. — Если Юпитер решила, что его место в моём подразделении, я не могу возражать.

Раулю показалось, что Кристиан проводил его очень уж подозрительным взглядом. Ещё один признак паранойи — тебе кажется, что все тебя в чем-то подозревают.

…Альберт Юнг приступил к работе в лабораториях Рауля. Тот, решительно взяв нового сотрудника под личный контроль (Алан Грасс, первый заместитель Рауля, долго недоумевал по этому поводу и в конце концов решил обидеться), сразу понял, что Кристиан был прав, выразительно говоря «провинция!» Альберт оказался не столь уж хорош, впрочем, некоторые пробелы в его знаниях вполне компенсировались неуемной любознательностью. Рауль всё приглядывался к Альберту, пытаясь отыскать признаки чрезмерного интереса к секретным разработкам, но тщетно. Альберт интересовался только тем, чем ему было положено интересоваться, и не задавал «неправильных» или подозрительных вопросов. Молодой Блонди быстро оказался на хорошем счету, а некоторую его неуклюжесть и несообразительность относили на счет рассеянности, столь свойственной юным гениям. Себя Рауль гением отродясь не считал и ни одного из них не знал (если не считать Ясона Минка, который рассеянным отнюдь не был, скорее наоборот), поэтому относился к Альберту с определенным недоверием и осторожностью. И с большим нетерпением ждал очередной проверки.

С Себастьяном Креем Рауль старался без особой нужды не контактировать. Разумеется, он убеждал себя, что просто слишком занят, но… на самом деле он был банально обижен на Себастьяна. Впрочем, тот не делал никаких попыток загладить вину, что обижало Рауля ещё больше.

Таким образом, Рауль был очень удивлен, когда почти два месяца спустя после той памятной беседы в его офисе раздался телефонный звонок.

— Рауль? — спросил хорошо знакомый голос Крея. — Не занят?

— Как сказать, — холодно ответил Рауль. — У тебя ко мне дело?

— У меня к тебе личный разговор, — спокойно ответил Себастьян. — Прежде всего я хотел бы извиниться за то, что обозвал тебя параноиком.

Рауль не мог отрицать, что эти слова были ему приятны.