Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

— Не забывайте, он из сектора, — пояснил Вейс. — Возможно, какие-то остатки магии у него были, и он ею воспользовался. Может, он запустил фаербол. Огненный шар. Есть такое заклинание.

— Но магия вне сектора не действует. Это знают все, — не поверил офицер.

— Видимо, не все, — отозвался второй офицер. — Парень этого не знал.

— Ты думаешь? — переспросил первый.

Они оба посмотрели на Вейса. Но тот только пожал плечами и спросил:

— Там есть еще что интересное?

— Нет. Он не отбивался, сидя в оружейке. Не от кого было. А когда его нашли, просто сдался. Единственное, что нас заинтересовало, это что объект ушел от него в вентиляцию и исчез. Дроны прошли весь путь. Там вынесены все перемычки и люки. Ни один человек без защиты там не выжил бы. А он был в одних штанах. Но и следов размазанной плоти нет. Хотя при такой температуре, что там была, он мог сгореть дотла.

Вейс встал, поблагодарил офицеров и пошел прочь. Поднялся на свой уровень и прошел мимо вентиляционной камеры. Двери были открыты, и он услышал громкие удивленные голоса.

— Ты смотри, что тут творится! Это чем надо так крушить, чтобы нанести такие повреждения?

— Может, это огонь? Или последствия взрыва? — неуверенно ответил другой голос.

— Как же, взрыв или огонь! Смотри, следов гари нет, оборудование почти цело. Только обшивку стены порушили. — Затем голос стал тише. — Это тот одержимый, за которым спецназ гонялся. Рассвирепел, видимо, и выместил свою ярость на стенах. Дикарь, одно слово. А нам чинить. Чтоб ему на том свете пропасть!

— А если он тут где-то прячется? — так же тихо спросил второй голос. — И сейчас вылезет. Представляешь, что он сможете нами сделать?

Вейс заглянул в камеру и удивленно покачал головой. Действительно впечатляет. Обшивка стен была разодрана и висела клочьями. Ее куски везде валялись на полу, словно здесь бесновалось чудовище, способное рвать и крушить металл и бронепластик.

«Чем дальше, тем страннее, — подумал Вейс. — Этот парень сплошная загадка. Упускать такого из поля зрения никак нельзя. Ну, одну ниточку я к нему протянул. Барон, как все дикари, любит золото. Найдем еще чем зацепить его».

Повеселев, он пошел дальше. Подошел к своей каюте, возле которой топтался командир взвода силовой поддержки.

— Мишель, пошли к тебе, — обратился к нему Вейс. — Есть разговор.

Когда они очутились в каюте взводного, Вейс перешел к сути:

— Мишель, слушай внимательно. Объект, которого все ищут, находится у меня в каюте. — Увидев, как взметнулись брови удивленного офицера, поспешил успокоить: — Он там прячется. Его нужно завтра переправить на корвет и отвезти в сектор, туда, откуда мы его забрали. Подготовь двоих самых верных парней, одень их в тяжелые штурмовые скафандры, и приходите ко мне. Один из них отдаст скафандр нашему подопечному, и мы его проводим на корвет. — Вейс внимательно посмотрел на Мишеля. — Все понял?

Тот кивнул.

— Хорошо, что понимаешь, — сурово отметил Вейс. — Напомню, Мишель, если мы дадим промашку и парня засекут корабельные, то нам с тобой по прибытии домой не сносить головы. Иди готовь людей и подбери корвет из трех, что есть на крейсере. Я к объекту.

План у Вейса был, осталось продумать детали. Еще ему нужно было записать признание парня, что ему помогали флотские. Блюм продумывал, как убедить юношу признаться. Когда он подошел к двери своей каюты, из соседней каюты вышли четверо бойцов спецназа во главе со вторым помощником капитана.

— Сэр, — обратился флотский к Блюму, — у меня приказ проверить вашу каюту.

Вейс помедлил, мысленно обругав подозрительного капитана, но спорить не стал. Его могут арестовать и проникнут в каюту сами, это будет еще хуже. Он скрепя сердце открыл двери и вошел первым. Бойцы распределились по помещению, заглянули в шкаф, в санузел, пожали плечами и вышли. Объекта нигде не было. Вейс, пряча свое сильнейшее удивление, рассеянно выслушал извинения офицера, закрыл за ним дверь и устало опустился на диван. Парень опять исчез.

Нить, связывающая меня с Генри, не оборвалась, значит, он жив. Боевые действия закончились, и, как сообщил Брык, помещения, подвергшиеся атаке, ремонтируют.

«Надо уходить отсюда», — пришло ко мне внезапное озарение. Видимо, сработала интуиция Ирридара.

— Брык, мне надо уходить, открой вентиляционную решетку.

И в ответ получил ожидаемое:

— Не могу, открой сам.

Я подошел к углу, где под потолком находилась решетка, придвинул кресло и стал ее рассматривать. К моему удивлению, она закрывалась простыми болтами. Открутив их, я осторожно приподнял ее и пролез внутрь, после чего так же осторожно опустил ее.

— Брык, давай схему вентиляции.

— Не могу, — вновь получил обескураживающий ответ. — У меня ее нет.

— Твою дивизию! Как нет?! Она у тебя была.

— Она была не у меня.

— Не у тебя? А у кого?

— У моего брата.

— Так скопируй у брата и дай мне, балбес тупой!

— Сейчас, одну минуту.

Я стал ждать. Иногда мне казалось, что Брык — совершенное существо, знающее и могущее все. Но в критические минуты, как, например, сейчас, он просто тупил, как всякая программа. И только добавив нужный алгоритм, он будет дальше действовать согласно ему. Беда была еще в том, что их, братьев, много развелось, и они отличались друг от друга, так как учились порознь. Этот Брык был полным неучем.

У меня в голове возникла схема вентиляции. Я был обозначен зеленой точкой. Задав маршрут до корабельной тюрьмы, я проследил синюю линию до нужного места. «Не близко», — вздохнул я.

Жилой отсек я преодолел быстро — там были снесены все перегородки. По шахте спустился до середины первого уровня. На моем пути оказалась решетка. Ломать, как прежде, я не стал, изучил запор и увидел гнездо для электронного ключа.

— Брык, — вновь позвал я своего помощника. — Возьми под контроль один из ремонтных дронов и приведи его сюда.

Теперь Брык ответил как человек:

— Сделаю, командор.

Скоро ко мне подполз маленький паучок.

— Брык, дай дрону команду открыть решетку. — Я надеялся, что тот подчинится, и это случилось. Дрон вставил свою клешню, деактивировал сигнализацию, и решетка тихо открылась. — Пусть следует за мной, — приказал я.

Я был доволен: у меня получалось. С таким помощником можно годами жить на корабле, и тебя не найдут. Но столько времени у меня не было. Я полез по скобам вниз. Тихо гудел ветер, взлохмачивая мои волосы, дрон следовал за мной. На втором уровне, где находился спортзал, столовые и казармы спецназа, я пополз через весь корабль в хвост. Проползти мне нужно было метров двести. Здесь было грязно. Слежалая пыль сантиметровым слоем покрывала пол и стены воздуховода. Видимо, давно не проводилась очистка. Через каждые пятьдесят метров стояли решетки и фильтры. Их тихо вскрывал и закрывал за мной дрон. Самый опасный участок проходил через казарму спецназа. Насколько я знал, это были маленькие помещения, кубрики на десять человек, с низкими потолками. Еще бы, зачем делать апартаменты расходному материалу, который в полете только жрет, спит и не вылезает из спортзала. Оптимизация.

До казармы я добрался без происшествий. Пролез в первый кубрик и замер. Буквально подо мной находились четверо бойцов, лежащих на своих кроватях.

Причем лежали они очень неудобно для меня, лицом вверх, и болтали.

— …Никогда не видел ничего подобного, ребята. Я еще не вышел из-за угла, а тут такой огненный смерч пронесся, меня в стену впечатало. Поверите ли, перед забралом было так жарко, словно я находился в сгустке плазмы. Как он смог такое учудить, ума не приложу.

— Да уж. Это ты прав, Коллин, паренек не промах. Я только тому рад, что он сдох от своего огня.

Я навострил уши. Неужели меня считают погибшим?

— С чего ты взял, что этот гад погиб? — Третий боец приподнялся на локте. — Мой сержант сейчас обшаривает жилой сектор в поисках этого парня.

— Он это делает по приказу свыше. Для очистки совести, так сказать, — лениво ответил тот, кого назвали Коллином. — В том огне никто не выжил. Ребята запеклись в своих скафандрах, а они могли выдержать прямое попадание плазмы из ручного плазмомета. А наш противник, говорят, был голый, в одних лишь штанах. Его напарника взяли живым, отсиделся в оружейке. Мы, конечно, хорошо его приложили, когда подошла резервная группа, но он не сопротивлялся. Потом контрразведка пришла, забрала его. Жаль, конечно, что он не рыпнулся. Так хотелось его пристрелить.