Дети Ангелов - Юрий Козловский

Заместитель Шевцова старший лейтенант Свирский никак не мог привыкнуть к манере Бойцова появляться прямо из воздуха, будто привидение. Вот и сейчас, только на долю секунды повернул голову на случайный треск ветки, а когда вернул ее в исходное положение – вот он, шеф, материализовался из ниоткуда. Но шефу было не до переживаний подчиненного, он лишь коротко спросил:

– Что там?

Свирский доложил обстановку и не успел глазом моргнуть, как Бойцов уже исчез за калиткой.

Сергей, увидев Степана, сразу все понял и не стал ни о чем его спрашивать. Все объяснения будут потом.

Охранник, открывший двери в подземные помещения, был уверен, что впускает дежурную смену. Когда эти люди ступили на ведущую вниз лестницу, он помахал им рукой и уставился немигающим взглядом в монитор, показывающий пустынный двор и заполненную машинами парковку. В голове у него было пусто.

Жуковский с каждым шагом чувствовал олигарха все ближе. Но он понимал, что видят его только они с Настей, остальные члены группы, включая Бойцова, не могут пробиться ментальным взглядом сквозь слой металла, которым были облицованы стены. Сидорин, судя по его поведению, тоже не подозревал о присутствии в доме посторонних. Получалось, что, отгородившись экраном от внешнего мира, он сам себя поймал в ловушку. Спустившись на несколько лестничных пролетов, пришлось нейтрализовать еще одного вооруженного охранника, который нес службу у монитора на лестничной площадке, но перед этим заставить его открыть перед ними тяжелую бронированную дверь. Причем Сергей и Бойцов, не сговариваясь, позволили сделать это Насте, что и получилось у нее в лучшем виде.

Перед ними лежал облицованный серебристыми металлическими панелями коридор с несколькими закрытыми металлическими дверями. Метрах в пятнадцати коридор делал поворот, и что скрывалось за ним, Сергею не было видно. За несколькими дверьми чувствовалось присутствие людей, число которых Жуковский определил не меньше десятка. Сидорин был где-то дальше, за поворотом коридора. Подав своим знак, чтобы шли как можно тише, Сергей медленно двинулся вперед, но неожиданно застыл на месте. Открылась одна из дверей, и оттуда вышел человек с автоматом в руках.

19

Камера давала не цветную, но вполне сносного качества картинку. Сейчас она показывала несколько групп людей, человек по двадцать в каждой, которые без всякой цели топтались по перрону станции метро «ВДНХ». В обоих направлениях прошли уже по нескольку поездов, но никто из них не торопился уезжать. Такое поведение должно было бы насторожить патрульных милиционеров, но они не обращали на сборище внимания, и столь неестественная реакция милиции убедила Сидорина, что это именно те люди, появления которых он с нетерпением ждал с раннего утра.

Его специалисты сумели вывести на компьютер не только картинку, но и управление камерами, установленными на эскалаторах и станциях метрополитена. В другое время Роберт вряд ли пошел бы на такой шаг, потому что служба безопасности могла отследить, кто влез в чужой огород. Но теперь он шел ва-банк, руководствуясь правилом – война все спишет и, если все получиться, безопасности будет не до каких-то камер в метро.

Сидорин приблизил изображение, выводя на монитор крупным планом лица этих загадочных и страстно ненавидимых им людей. Может быть, он относился к ним предвзято, но сейчас ему показалось – если поодиночке никто из них внешне не отличался от окружающих людей, то, собравшись вместе, они ничуть не напоминали обычную толпу. Даже наблюдая их на мониторе, не способном передать ничего, кроме обычного изображения, Роберту казалось, что он чувствует исходящую от этих людей мощь. Он даже поежился, подумав, что совсем не хотел бы оказаться сейчас среди них.

Водя мышкой по коврику, Сидорин переводил камеру с одного лица на другое, жадно вглядывался в глаза и с мстительным торжеством поглаживал небольшое устройство, соединенное кабелем с системным блоком компьютера. Как бы ни были вы сильны, думал он, а мне достаточно нажать кнопку, чтобы вытряхнуть из вас душу!

Вдруг он вздрогнул и отшатнулся. С экрана прямо на него смотрел тот страшный, похожий на цыгана человек, который однажды так напугал его на кольцевой дороге, вперившись из окна лимузина своими выворачивающими душу наизнанку черными глазищами. Это было так неожиданно, что Роберт чуть не нажал кнопку, не дожидаясь сбора всех обреченных. Но вовремя взял себя в руки, справедливо решив, что никуда теперь старик не денется, даже если поднимется на поверхность, потому что сигнал поступит на все антенны города и во всей Москве не найдется места, где он сможет спрятаться от возмездия.

Цыган отвел свои страшные глаза и бросил нетерпеливый взгляд на старомодные карманные часы, которые достал из жилетного кармана. Сидорин, как загипнотизированный, тоже посмотрел на строчку в правом нижнем углу экрана, показывающую время. Одиннадцать семнадцать, – машинально отметил он. Ну что же, подождем до двенадцати, пусть соберутся все…

Захар часто посматривал на часы, потому что волновался за старца Даниила и отправленного к нему Виктора. Хотя в деревне, где остановился старец, мобильный телефон показывал отсутствие сети, Захар приказал Виктору на всякий случай отвезти Даниила еще дальше от антенн сотовой связи, в большой лесной массив, куда сигнал уж точно не достанет. Отсюда, из-под земли, Захар не мог связаться с Виктором и поэтому ориентировался по часам. Судя по времени, тот должен был уже добраться до места.

Виктор вошел во двор, где постоянно дежурил кто-нибудь из двоих монахов, опекающих святого старца. На этот раз в карауле был чернобородый. Он уже знал Виктора и без лишних вопросов впустил его в дом. Старец сидел на топчане и, казалось, дремал. Но стоило Виктору перешагнуть порог крошечной комнатки, как Даниил поднял на него ясные, совершенно не замутненные сном глаза и спросил:

– С чем пожаловал, сын мой?

Виктор вкратце обрисовал ему ситуацию и предложил:

– Давайте не терять времени, святой отец, поедем…

Но Даниил жестом остановил его. Он казался встревоженным.

– Погоди, не спеши. Значит, говоришь, все в метро укрылись?

– Да, – подтвердил Виктор.

– А вспомни, сам мутант или этот его подельник, банкир немецкий, Вайсман, не встречались ли с кем-нибудь из ордена? Или, может быть, с самим Иоанном?

– С Иоанном точно нет, я бы знал. А вот с одним из членов ордена, мне Захар говорил, банкир встречался. Но этот миссионер слабенький, он у Фотиева просто на побегушках…

Но старец уже не слушал Виктора. Он прикрыл лицо руками и, покачиваясь, тихо шептал:

– Эх, Иоанн, Иоанн! Решился все-таки! А я уж, скудоумный, думал, что отведет тебя Господь…