S-T-I-K-S. Человек с котом - Артем Каменистый

Мысленно назвал себя дураком, только сейчас осознав, что на спуск следует давить не так сильно, и лучше делать это только при кратковременных выходах в обычный режим. На таких скоростях из-за пустяковой с виду нагрузки можно сломать винтовку, да и себе навредить.

Вот подпрыгнет сейчас, а выйдя в нормальный мир, врежется головой в потолок. Да, вязкая среда мешает брать настоящий разгон, но в какой-то степени Карат научился обходить ее сопротивление.

Из сверхскорости вынырнул после того, как забился в угол и ухватился за рукоять затвора. Странно, но даже не понял, была ли отдача или нет. Практически ничего не ощутил – лишь возросшую тяжесть винтовки. Ну да, там, за гранью, все странно. Теперь быстро выбросить отстрелянную гильзу, загнать новый патрон и при этом оценить ситуацию.

Ситуация была неописуемой. Элита, так бодро начав прелюдию к ужину, завершила плохо. Всей тушей смела прилавок, обрушила полки, врезалась в стену рядом с дверью, отчего по штукатурке разбежались трещины.

И на этом все – затихла, раскинув лапы в стороны. Лишь ступни неритмично подрагивали, но конвульсивные движения быстро затихали.

Из-под разгромленного прилавка выглянул кот, перепуганно покосился на Карата, снова спрятался. А тот, не опуская винтовку, краем глаза контролировал тушу у дверей, но основное внимание направил на пролом в стене.

Слишком близко к Пеклу, к Аду, к Преисподней, к Инферно. Как хочешь, так и называй Запад, суть не изменится – там нет ничего хорошего, зато плохого завались. Не самые слабые твари слишком часто рыскают поодиночке и стаями, в этом Карат уже успел неоднократно убедиться. Значит, в любой момент сюда могут ворваться новые монстры. Придется их встретить оставшимися патронами и способностью, дарованной Ульем.

И молиться, чтобы этого хватило – запасы и того и другого не бесконечны.

Шло время, но никто больше не забредал в магазин. Даже кот начал вести себя спокойнее. Выбрался из укрытия, отошел подальше от окончательно затихшей туши, начал тщательно вылизываться. То, что он так безмятежен, ничуть не радует. Этот бездельник уже проворонил приближение одной элиты и потому вышел из доверия.

Тоже мне… хваленое звериное чутье.

А элитник-то не из простых. Покрупнее Юпитера, и вид у него посерьезнее – страшнее клыки, длиннее и толще когти, роговых шипов больше, из-за несимметричных костяных наростов голова похожа на раздутую танковую башню со снятым орудием. Тело куда массивнее, перевито толстенными канатами сухожилий, кожа желтовато-серая, будто грязный картон, покрыта сетью мельчайших морщинок, местами слагающих затейливые узоры.

Такой здоровенный, что в магазине стало тесно.

И тем не менее свалился замертво от одной пули. Ну тут Карат не вслепую работал, уже имелся опыт, пусть и не столь впечатляющий. У тварей уязвим мозг и верхняя часть позвоночника с примыкающими к нему изменившимися органами. Череп со временем, при богатой пище, становится броневым, его защищают пластины из материала, похожего на кость, но куда прочнее. Такие же пластины прикрывают грудь спереди и сзади. А вот по бокам сохраняются щели, оставляющие зараженным чуток свободы в движениях. Неширокие, попасть в них непросто, тем более что монстру незачем вокруг тебя танцевать с поворотами, он прямой наводкой к добыче мчится.

Вот только с Каратом этот номер не прошел. Тот благодаря дару, полученному от Улья, легко уклонился и вбил пулю крупного калибра куда надо – между боковыми пластинами с расчетом, чтобы ушла в позвоночник, по пути покалечив прочие немаловажные для твари органы. Она большая, она много бед должна наделать.

Расчет оправдался.

Гм… Должно быть, не так уж часто крупнокалиберные снайперские винтовки используют не просто для стрельбы в упор, а вжимая стволы в тела противников. Но оригинальная тактика себя оправдала, надо взять ее на вооружение.

Хорошо бы уметь замедляться надолго. Очень надолго. Чтобы, не выходя из этого режима, перещелкать любую стаю, пробираясь от одного к другому и тыча стволом в бока. Ну, или хотя бы после уничтожения цели успевать отойти на безопасную дистанцию, взвести винтовку в нормальном режиме, не рискуя вырвать затвор от избытка скоростной дури, и повторять это до победы.

Это не так уж фантастично. Надо лишь развивать свой дар, ничего сложного тут нет. Знай себе заливайся горохом и по возможности жемчугом. А все это добывается…

Осторожно приблизившись к голове твари, Карат вбил лезвие ножа в тонкую щель спорового мешка. И странное дело, не сумел загнать даже на сантиметр. А ведь это вообще-то самая уязвимая часть тела, можно не мудрить со щелями между пластинами и стрелять прямо сюда.

Хотя нет. Рискованно. Пуля крупного калибра может повредить ценную начинку или разбросать так, что потом ничего не найдешь.

Не такой уж крепкий у твари споровый мешок, даже холодному оружию сопротивляться не может – нож его все же берет, пусть и с трудом. Правда, уязвим он только снизу, потому как поверху накрыт выпирающим наростом из того же похожего на кость материала. Такой гребень не любой ствол возьмет, а уж холодным оружием вообще делать нечего.

Хотя для человека, способного столь серьезно ускоряться, нет неприступных вершин. Просто надо работать над собой.

Нож пришлось вбивать, используя вместо молотка кусок доски, влетевший в магазин вслед за элитником. К тому же Карат старался при этом не шуметь, что значительно усложняло задачу.

Смешно сохранять тишину после такого концерта, но это только несведущий может так думать. Ведь что, в сущности, случилось? Да, случился одиночный выстрел из оружия крупного калибра, но дело происходило не в чистом поле, а в частично замкнутом помещении. Грохот, без сомнения, разнесся далеко, это ведь не глубокая шахта. Но все равно всего лишь одиночный звук, от такого твари если и заволнуются, то ненадолго. Точное направление на источник тоже не определят. Разве что находились рядом, в сотне-другой метров, но в таком случае уже должны были примчаться.

К тому же матерые элитники, а этот, возможно, именно к ним и относится, пусть и не самый крутой в их племени, зачастую страдают склонностью к индивидуализму, осложненному каннибализмом. То есть, говоря простым языком – с энтузиазмом пожирают всех, кто на пути подвернется, в том числе своих сородичей. Поедание слабых мертвяков принято даже у начинающих тварей, однако к тем, кто близок к вершине, обычно отношение куда бережнее. Но не в подобных случаях.

Монстры не очень любят держаться рядом с теми, кого они интересуют с гастрономической точки зрения. Так что есть шанс, что в округе больше нет никого опасного, то есть Карат может отдохнуть после перенесенного стресса.