S-T-I-K-S. Человек с котом - Артем Каменистый

Забредать в любой населенный пункт – всегда риск. Но качественные продукты питания на глухих тропах не валяются, разжиться ими можно как раз в местах компактного проживания людей. Твари не очень-то бродят по магазинам, разве что иногда курочат холодильники с мясным или по старой памяти раздавят банку-другую консервов. То есть в торговых точках соответствующего профиля всегда есть возможность пополнить запасы.

Возможно, деревня изначально была большой, вот только по этому куцему кусочку такое не скажешь. Людей с ним прилетело немного, скорее всего и понять ничего не успели, как примчались твари и устроили пир в честь прибытия вкусных новичков.

На этом новички и закончились – запад Улья к ним особенно строг.

По очевидным причинам.

Чем тварям заниматься потом? А нечем. Жизнь в деревне сама по себе скучна, а если в ней сожрали всех жителей, становится вдвойне скучнее. Так что скорее всего задерживаться не стали, подались в более перспективные места. В Улье обстановка непрерывно меняется, новые кластеры не успевают сменить старые, знай себе успевай домчаться к очередному, до шапочного разбора.

А не оставить ли винтовку в зарослях и сбегать к магазину налегке? В принципе можно, но что потом делать, если наткнешься на рубера? Попросить его подождать пару минут, пока сгоняешь за крупным калибром?

Винтовку Карат не бросил, хотя достала уже до невозможности. Ходит с ней, как бродячий арсенал из кинофильма, снятого бездарным режиссером. Тут тебе и неподъемный гибрид снайперки с малокалиберным орудием, и автомат, прилетевший из неведомых земель, и пистолет, и даже меч почти самурайский. Для завершенности образа не хватает только арбалета с серебряными болтами и парочки осиновых колов.

– Гранд, ну как по-твоему? Чисто там?

Кот, обернувшись на человеческий голос, ничего не ответил. Но особого волнения не проявляет, все в рамках среднестатистического поведения.

Хотя поди его пойми. Что взять с бессловесного бродяги?

До ограды крайнего участка пробирался по неглубокому кювету. При этом пригнулся и не разгибался до самого конца. Мало ему оставшихся позади подсолнухов, так еще и здесь приходится в неудобной позе тащить неподъемную артиллерию. Спина вечером будет ныть после всего пережитого, но утром ни намека на недомогание не останется, ведь Улей быстро лечит и зараженных, и иммунных.

Хоть за это Улью спасибо – спиной Карат уже второй год маялся, никак не оклемается после травмы. А здесь позабыл, с какой она стороны.

Пятый день не мылся, и при этом образ жизни – активнее не придумаешь. То есть благоухает куда больше обычного, и остается молиться, чтобы ветер не принес его запашок к раздутым ноздрям особо чуткой твари.

Теперь прижаться к забору, скосить взгляд вдоль улицы, не доверяя глазам, проверить увиденное в прицел. Не считая добротно обглоданных косточек какого-то бедолаги, ничего угрожающего не заметил. Теперь не слишком медленно, но и не напрягая ноги, дойти до магазина – и короткий рывок на крыльцо. Выставить винтовку стволом вперед, прогнувшись, уголком берца распахнуть дверь. Неудобно, конечно, зато можно в упор встретить прыжок затаившейся внутри твари. Отдачей самого с ног собьет, неправильно ведь стоит, но эта мелкая хитрость себя окупит.

Магазин не блистал ассортиментом, да это и снаружи понятно – маловат для звания супермаркета, но здесь есть все, что нужно неприхотливому рейдеру. Карат покопался среди консервов, выбрал пару понравившихся банок, раскрыл обе, одну щедро протянув коту:

– Рубай сколько влезет, все с собой не унесем, так что придется устраивать пир.

Быстро и приятно набил брюхо, захотелось десерта. Здешние пирожные, похоже, уже изначально были подозрительными, а длительное хранение в тепле заставило их ссохнуться и вовсе до печального состояния. Судя по всему, кластер уже далеко не одну неделю простоял, но на них при этом до сих пор не соблазнились мыши, следов коих на прилавке хватает.

Да эти ядовито-желтые изделия даже мухи игнорируют, их не иначе как на химическом заводе сварганили.

Нашел пачку зефира, но тоже забраковал. Пришлось пить сок с простыми конфетками, выбрав не тронутые грызунами.

С легким шуршанием разворачивая второй фантик, Карат вдруг заметил, что в и без того сумрачном помещении еще больше потемнело, и в тот же миг кот, до этого неотрывно лакавший из банки с водичкой, воровато шмыгнул под прилавок.

Подняв взгляд, Карат не удивился, увидев, что через неширокое окно в задней стене магазина на него таращится огромная уродливая тварь. Явно не скреббер, куда проще и узнаваемее, живо напомнила кошмарного Юпитера. Элита собственной персоной – умная, хитрая, смертоносная. Среди ее представителей нередко встречаются по-настоящему талантливые экземпляры.

Вот как этот. Несмотря на габариты, подкрался бесшумно, не выдал себя ничем до последнего мгновения. Сумел определить присутствие человека до того, как тот о нем заподозрил. Даже кота ухитрился обмануть, а уж у того чутье завидное.

Карату показалось, что тварь не просто оскаливает частокол громадных клыков, а кривится в насмешливой улыбке. Причина для радости у нее точно есть.

А вот Карату сейчас не до веселья.

Схватился за винтовку, оставленную на прилавке. В этот же миг монстр ударил всем телом, легко проломив тонкую кирпичную стену. Для живого танка, весом не меньше тонны, – смешной пустяк. Карат, оборачиваясь, напрягся, ускорившись, и, завершив движение, увидел, что сделал это очень вовремя – вытянувшаяся лапа уже почти дотянулась, до кончиков когтей осталось не более полуметра.

Элиту, в том числе, опасаются из-за скорости. Может, до скреббера ей и далековато, но все равно впечатляет.

Прыткая.

Последний раз Карат задействовал дар Улья вчерашним утром. Он восстановился, но это не значит, что можно замереть на месте, любуясь остановившимся миром.

Преодолевая сопротивление сгустившегося до состояния расплавленной смолы воздуха, Карат, пригибаясь, прошел под занесенной лапой, повернулся, ткнул стволом под мышку твари, с таким расчетом, чтобы пуля полетела в позвоночник, потянул за спусковой крючок. Здесь, в состоянии сверхскорости, изогнутый кусочек металла шел с такой натугой, будто к нему привязали самосвал. Причем торопиться нельзя, надо по чуть-чуть давить, а то недалеко и до поломки, такое тоже возможно, ведь тело разогнано до фантастических значений.

Выстрел в замедлении не впечатлил. Карат даже не понял, что это уже произошло, так и продолжал давить на спуск. А потом винтовка вдруг потяжелела, дульный тормоз вспыхнул огнем, и это было самое быстрое, что ему доводилось видеть в таком состоянии.