Грешный ангел - Брук Лин

раза в неделю я прорабатываю все свои больные точки с психологом. Впервые заговорила с другим человеком об изнасиловании. И именно там, в кабинете специалиста, я недавно ощутила облегчение и отпустила эту историю. Она больше не влияет на моё сознание. Тело не сковывается от воспоминаний о том дне. Мысли о Филиппе не пугают и не вводят в состояние шока и дикой боли. Я задышала полной грудью.

По вечерам в объятиях моей Лўны я читаюкниги. А когда Римма возвращается с работы, мы чаёвничали у неё во дворе.

Через несколько месяцев после моего приезда я начала знакомиться с новыми людьми. Выходила с ними пару раз в неделю гулять, отдыхать и веселиться. Мне кажется, на родине никогда не бывает холодной погоды. И причина этому – люди. Здесь редко можно встретить хмурых и недовольных. Все живут умеренной, счастливой жизнью.

Медленно, по крупицам я собрала себя заново. Многое изменила в своём сознании. Иначе взглянула на свою семью. Когда я только сюда прилетела, я ненавидела их и была обижена. Казалось, что они просто захотели избавиться от меня. Сейчас же, понимаю – они знали, что только вдали от родного города я смогу выздороветь. И теперь я испытываю к ним безграничную любовь и благодарность.

Я многое изменила в себе. Но своих чувств к Симону изменить я не могу. Да и не хочу. Не хочу вытеснять из сердца всё то, что было между нами. Наоборот, стараюсь сохранить всё как можно дольше. Это так удивительно, но эти чувства не ломают меня. Наоборот, несмотря на всю грусть и меланхолию, любовь к нему вдохновляет и помогает идти вперёд.

Я знаю, что рано или поздно, всё пройдёт и остынет. Но сейчас я сижу на кровати, обнимаю Лўну, смотрю на наши фотографии, а с глаз стекают слёзы. Я понимаю, что история с Даяной сыграла свою роль. Уверена, не предай она его, он бы готов был меня выслушать. Но, наверное, хорошо, что не выслушал. Сейчас я понимаю, что не хотела бы всю жизнь расплачиваться за чужие грехи и изо дня в день доказывать человеку, что люблю его и верна ему.

Лўна начинает радостно гавкать, когда я перелистываю очередное фото и на экране появляется селфи Симона. Я улыбаюсь при виде его улыбки и приближаю фото. Разглядываю глаза, губы, нос… Как же я соскучилась по нему. Мой разум, моё сердце, моё тело до сих пропитаны его голосом, его улыбкой, его касаниями.

Не удержавшись, я нахожу его контакт в записной книжке и нажимаю кнопку вызова. Знаю, что не ответит на звонок. Знаю, что переведёт на автоответчик. И возможно он даже не прослушает моё сообщение, но я нуждаюсь в том, чтобы сказать ему всё, что думаю и чувствую сейчас.

– С днём рождения, лучший человек. Надеюсь, ты сегодня счастлив и много улыбаешься. Надеюсь, всё в твоей жизни хорошо. По крайней мере – именно этого я тебе желаю… – я замолкаю, подбирая слова. – Знаю, ты не услышишь всего, что я сейчас скажу, но не сказать этого вслух я просто не могу. Знаешь… сегодня я поймала себя на мысли, что мы могли бы быть вместе… – шепчу ему. – Если бы не поторопились. Если бы я сразу улетела на родину и вернулась в Россию такой, какая я сейчас. Уверена, ты бы мной гордился. Уверена, что всё у нас получилось бы… Просто если бы не поторопились. Если бы вылечились перед тем, как окунаться в омут друг друга. Жаль, что я поняла это только сейчас…

В дверь стучатся, и я вынужденно завершаю свою речь, не успев сказать самого главного. Сказать, что люблю его.

В комнату заглядывает тётя.

– Авророчка, такси приехало. Пора ехать в аэропорт, – сообщает мне.

Стерев слёзы с глаз, я улыбаюсь экрану и встаю с кровати.

Сегодня я возвращаюсь в Россию. К семье, к сестре. Через месяц они с Бруно женятся, и я не могу пропустить это событие.

Глава 32

POV Симон

Припарковав машину, откидываюсь на спинку кресла и упираюсь взглядом на стоящее впереди здание.

Не понимаю, какого хрена я сюда приехал.

Какого хрена включил сегодня автоответчик?

И какого чёрта прослушиваю эту запись уже в сотый раз?

– Уверена, что всё у нас получилось бы… Просто если бы не поторопились, – раздаётся её тихий голос из динамиков.

Виски сдавливаются от напряжения. Шесть месяцев я не слышал этот бархатный нежный голос. Её шёпот сводит с ума и пьянит моё сознание. Сколько часов прошло с момента, как я его впервые услышал? Час или пять? Я без понятия. Время как будто остановилось, когда я, не думая включил автоответчик и услышал до боли знакомый и родной голос.

Я думал меня отпустило. Был, блять, уверен, что стало легче. Но услышал её, и всё к чертям заново взорвалось внутри.

«Если бы не поторопились. Если бы вылечились перед тем, как окунаться в омут друг друга.» – отбивает в голове в который раз, и я приказываю себе не вестись на это.

Мне хочется разбить свою тупую башку об руль. Напоминаю себе, как этот гондон целовал её, а она не сопротивлялась. Она, блять, не сопротивлялась!

Я наблюдал за ними пару минут. Смотрел, как он касался её и что-то говорил. Внутри меня разгорался огонь, пока я следил за тем, как грязные руки ублюдка касались моего ангела, а она продолжала стоять рядом с ним. Её не держали на привязи. Не держали под дулом пистолета. Она могла уйти в любую секунду. Но она продолжала дышать одним воздухом с ним.

Когда он поцеловал её, перед глазами всё поплыло. Я вспоминал, как нашёл её лежащую в квартире. Какой сломанной она тогда была. Как плакала из-за него.

И вот она стояла перед ним и не шевелилась. Я ждал, что она оттолкнёт его, закричит, позовёт на помощь – даст мне повод, чтобы я разбил голову этого мудилы об асфальт. Но она не сопротивлялась ему. Была не против всего происходящего.

Я слышал, как что-то разламывается внутри меня. Мозг трещал. Ярость застилала пеленой мои глаза, а кровь вскипала от ненависти к ней.

Я не понимал: как? Как она могла позволить этому уроду касаться и целовать себя после всего того, что он сотворил с ней. Я горел от желания придушить её на месте. Но вместо этого спустил всю злость на него.

Точнее, думал, что всю.

Я долго не мог прийти в