Война и миръ - Пантелей

британцы быстро давили собирающиеся банды, зато начался массовый террор, а террористов так просто не передавишь.

ЧВК Гриппенберга получила контракт на подавление мятежа в Бенгалии. Контракт с очень хорошей оплатой, да ещё и с премией от Рамы Пятого, которого уже достали, постоянно вторгающиеся в Таиландскую Империю, отморозки с запада. Были у генерала Ворожцова предложения из Латинской Америки – от Бразилии и Колумбии, причём, даже более выгодные. Но наши «ландскнехты» ведь не только за деньги воюют, а ещё и за Родину, а Российской Империи занимать чью-либо сторону во внутри католическом конфликте не выгодно. Там все и так наши, все и так против янки и британцев.

Бенгальский же мятеж британцы подавили бы и без нас, на пару лет позже, но подавили обязательно, при этом и деньги бы сэкономили, и боевой опыт получили, а это не в наших интересах. Пусть молодое поколение подлых джентльменов занимается факельными шествиями, насаждением нацистской идеологии в Метрополии и доминионах и полицейскими операциями в северо-западной (преимущественно мусульманской) Индии.

Британия уже оправилась от последствий поражения в Великой войне. Экономика её росла не быстро, по два – два с половиной процента в год, но это была по-прежнему крупнейшая экономика мира, а крупные быстро не растут. Зато доходы бюджета уже превысили довоенные. Общество жаждало реванша и с пониманием приняло значительное повышение налогов, таможенных пошлин и разнообразных акцизов. Причём, приняло и в доминионах. Пятипроцентный налог на строительство флота теперь платила вся Империя, и недовольства при этом не высказывала. Целеустремлённый всё-таки народ англосаксы, целеустремлённый, очень патриотичный и дисциплинированный. Опасный враг, смертельно опасный.

В феврале 1917 года, на Парад Победы в Берлине прибыл только Николай, как ни в чём не бывало, поддаваться глупым обидам он не собирался. Друг Вилли по-прежнему грезил победами над САСШ и Британией, а то, что он считал себя пупом Земли и центром Вселенной – так это всегда было, в этом плане ничего не поменялось.

Если всё тщательно взвесить, больше всего вреда своими выходками Кайзер наносит именно Рейху. Рейх для него теперь не любимый Фатерланд, населённый трудолюбивыми, но несправедливо обделёнными на колонии немцами. Немцам он дал намного больше жизненного пространства, чем они могли мечтать в начале, но ожидаемой благодарности так и не получил.

Германцы оказались такими-же неблагодарными швайнехундами, как и унтерменши, одного пространства им оказалось мало, захотелось власти и снижения налогов, чтобы жиреть в излишней роскоши, за счёт армии и флота, конечно. Да не просто захотели, а попытались бунтовать. Вилли, естественно, обиделся и загнал неблагодарных швайнехундов в стойло. Нет больше для него народа победителя, победители теперь только флот и армия, с ним самим во главе.

Рейхом теперь управляют военные, даже Германией, как будто и она оккупированная территория. Видимый порядок поддерживается, но именно, что видимый. Немцы уезжают из Рейха. В Россию, Китай, Испанию, собственные колонии они осваивать не хотят. Немцы не доверяют рейхсмарке и перекладываются в рубли. Немцы не ждут от Вильгельма Второго ничего хорошего, они видят подготовку к новой войне и не понимают – зачем? Европа не освоена, Африка не освоена, зачем?

Русские вон и без объявления своей зоны ответственности в Африке колонией, строят там железную дорогу, а дорогу Камерунштадт – Йоханнесбург, тем временем, поглотили джунгли, только рельсы снять и успели. Дорогущий Кильский канал используется одними военными, коммерсантам он не интересен, а ведь его содержание стоит немалых денег, не вспоминая уже про строительство. Как-то глупо всё получается, нерачительно, не по-немецки. Похоже, Кайзер считает, что на его век хватит, а вместе с ним закончится и Рейх.

В общем, поддержка добрым словом Вилли не помешает, а уж слов-то нам не жалко. Выпили за здоровье Величайшего Германца, за Победу, за Флот Открытого моря и Рейхсвер.

– Ники, скажи, только честно, мы всё ещё союзники?

– Конечно. Почему этот вопрос возник, разве я давал повод?

– Ты не строишь флот. Я имею ввиду флот, достойный такой великой державы, как Россия.

– Я не строю избыточный флот, Вилли, и тебе не советую. Все наши военно-морские базы и порты дешевле защищать авиацией и минными полями. В САСШ мы можем войти через Аляску и Калифорнию, а в Британию можно перебраться даже на шлюпках, если у нас будет господство в воздухе. Для этого линкоры не нужны. Их век прошёл.

– Глупости! Если бы мы в прошлый раз не установили морскую блокаду Проклятого острова, до сих пор бы воевали.

– Может быть. Только блокаду мы не линкорами держали, а крейсерами. Не вижу причин, по которым это нельзя будет повторить. Не будут же они конвои линейными эскадрами сопровождать.

– А если будут?

– Тогда они идиоты. Это получится гораздо дороже, чем терять половину грузов. Но мы найдём, чем их удивить даже в этом случае.

– Не поделишься?

– Обязательно. Как только сами примем на вооружение, предложим и Рейху. Даю тебе слово. Пока всё очень сырое.

Николай не врал. Ни одной подводной лодки наш флот на вооружение ещё не принял и примет только в конце девятнадцатого – начале двадцатого года. Всё, что сейчас испытывается в Байкале – экспериментальные образцы. Мы ещё сами не определились – что именно запускать в серию, моряки до сих пор спорят. Управляемая бомба для стратегического бомбардировщика тоже не готова, а потому у нас всё ещё нет стратегов на вооружении. Как только – так сразу.

– Спасибо, Ники.

– Пустое. Одно дело делаем, Вилли.

В апреле у Николая родился первый внук – Фёдор Олегович Дубасов-Босфорский. Маман дождалась правнука, а ведь она всё ещё иногда летает, в без малого-то семьдесят лет… Впрочем, происходит это теперь довольно редко, только в Новгороде и не для славы, а для воодушевления своего маленького, но дружного творческого коллектива. Слава Маман больше не нужна, она теперь от славы прячется.

Игорь Иванович Сикорский (уже надворный советник, в двадцать девять лет от роду) доводит до серии свой первый вертолёт. По характеристикам ничем не хуже S-58/H-34, служившего в армии янки с 1955 по 1974 год другой истории. Трудно даже представить себе, что создаст этот гениальный авиаконструктор в истории этой, имея фору в больше, чем тридцать лет.

В июне 1917 года сменилось руководство министерством Военно-морского флота. Адмирал, князь Григорий Павлович Чухнин фон Мемель подал в отставку по состоянию здоровья, его прихватило инфарктом во время инспекции базы в Исландии. Что-ж, без малого семьдесят – это и двадцать первом веке возраст солидный. Князю Чухнину Николай жаловал новенький роскошный Ханский дворец