Плач феникса - Дмитрий Шебалин

борт и начали давить. Повозка, скрипя и плача, сдвинулась с места и поползла в гору. А за ней двинулись и мы, не забыв подобрать припасы. Уже скоро необходимость в помощи солдат исчезла, так как добравшись до середины моста, оставшийся путь телега проделала самостоятельно, сама подгоняя лошадей и нерасторопных горожан, ещё недавно перелазивших через это препятствие. Зато, въехав в ворота, она едва прокатила ещё метров двадцать, после чего её передняя часть рухнула на землю, отбросив оба колеса в стороны. Что тут скажешь, повезло.

Тысяча наёмников начала втягиваться следом, но прямо за их плотными рядами скопилось ещё немало мирных фельсцев, ожидающих теперь своей очереди. В этот момент горн протяжно загудел во второй раз.

— Когда он просигналит в третий, они закроют решётку, — пояснил мне Кромвель. Он вместе со мной и другими Зайцами остался снаружи наблюдать за процессом. — Враг уже совсем близко. Нужно выиграть время, чтобы впустить как можно больше людей. Ты со мной?

Вот так просто? Пойти и рискнуть жизнью ради незнакомых тебе людей, чтобы дать им время спрятаться от опасности? Но в этом был весь Кромвель. Когда наступало время, он не терзался сомнениями, а просто делал то, что мог, оставляя все вопросы морального выбора на потом. А ещё мастер всегда выкладывался до конца и в этом нашёл свой собственный путь к величию. А к чёрту!

— Да, — односложно ответил я и по его лицу понял, что другого ответа он и не ожидал.

— Тогда идём. Бойцов своих оставь здесь. Когда будем уходить, они нас только задержат. И вот ещё…

Он сунул руку в карман и, бросив два коротких взгляда по сторонам, словно какой-то воришка вложил мне что-то в ладонь. От прокатившейся по всему телу дрожи и от того, как заворочался внутри меня Бес, я сразу понял, что это такое. Эти ощущения запертой в жертвенном кристалле энергии сложно было перепутать с чем-либо ещё.

— Тут осталось немного, но тебе оно сейчас нужнее, — добавил мастер.

Не раздумывая и не отнекиваясь, я начал втягивать в себя остатки силы, ощущая, как прохладным потоком они смывают с меня усталость и наполняют собой мой источник.

Отдав короткий приказ отряду, я последовал за Кромвелем, который уверенно побежал в сторону ближайшего проулка, ведущего на восток. Там над крышами двух- и трёхэтажных домов виднелась верхушка той самой колокольни, на которую когда-то хотел взобраться пьяный Шуст, чтобы осчастливить всех жителей Фельса. И именно оттуда с минуты на минуту появятся первые волны захватывающей город орды.

Через 200 метров петляний мы вышли к другой широкой улице, и теперь привлёкшая моё внимание башня-ориентир возвышалась прямо над нами. Я помнил это место. Тут неподалёку находилось здание гильдии, а чуть дальше — ярморочная площадь с фонтаном, который однажды шутки ради заморозил Кромвель.

Выглянув из-за угла, мы тут же снова втянули свои головы обратно. В паре сотен метров от нас топали многочисленные сапоги вражеских солдат, сплошным потоком заполнивших собой практически всю выложенную камнем мостовую.

— Я останусь здесь, тебе же нужно перебраться на ту сторону, — поделился со мной своим планом мастер. — Я постараюсь их задержать, а ты бей в толпу и уходи. Попробуем выловить рыбу покрупнее. Помнишь дорогу до моего поместья? Вот и отлично, отходи туда и не влезай в бой, пока я не подоспею. Начали!

В таком цейтноте на более подробные указания рассчитывать не приходилось, и я, укрывшись «пологом», скользнул на другую сторону улицы. Нырнув в тень одного из проулков, я оценил высоту ближайшего ко мне здания и в несколько этапов взобрался на его крышу. Стоя уже на заснеженной и обледенелой черепице, я вжался спиной в холодный камень небольшой декоративной башенки. Отсюда я хорошо видел не только продвигающееся в центр города войско, но и мастера Кромвеля, что-то колдующего возле колокольни. Он шарил руками по каменной кладке её основания, будто что-то разыскивая, а затем замирал на несколько секунд. Так повторялось снова и снова, пока времени у нас не осталось вовсе.

Когда передние ряды поравнялись с тем местом, где прятался я, мастер привёл свой план в исполнение. Раздалась череда взрывов, и осколки дроблёного камня шрапнелью ударили во фланг марширующим мимо захватчикам, а улицу заволокло поднявшейся пылью. Но это было лишь началом. В чудовищном треске, перекрывшим даже марш десятка тысяч сапог, мне послышался жалобный стон простоявшей здесь не одно столетие колокольни. Ведь теперь она падала!

Несмотря на шок от увиденного я продолжал готовиться к собственной части представления. Выбор пал на новую технику, которую я практиковал в Триеме, а отдельные её элементы тренировал по пути в Фельс. Не всё выходило гладко, но почему-то именно сейчас мне показалось, что всё должно получиться. Как там говорил Блурвель? Когда придёт время, то я это почувствую? Наверное, время пришло.

Стараясь не отвлекаться на происходящее вокруг (а это очень трудно, когда мимо тебя с оглушительным грохотом на толпу живых людей валиться 25-типятиметровая каменная башня), я выполнял одно заученное действие за другим. Собрать энергию, пропустить через узлы, создать подпитываемый контур, похожий на большой многослойный круг с симметричным узором внутри. Затем закинуть его повыше над головой и развернуть в сторону многочисленных врагов. Другой поток направить в точки преломлений круга и наполнить их до отказа. За основным диском-печатью расположить второй изоляционный, а за ним третий — с отрицательным зарядом, выполняющий функцию разгонного блока. Оставалось лишь отдать последнюю команду.

Все манипуляции заняли не больше пяти секунд, после чего я смог вынырнуть из внутреннего представления в реальное пространство, чтобы осмотреться вокруг. Последствия устроенного Кромвелем обрушения в основном затронули мостовую, завалив её крупными фрагментами и множественными осколками, почти полностью перекрывшими проход по улице. Частично задело и два дома на противоположном краю улицы, добавив и без того внушительной картине красок. И тут и там валялись сотни покорёженных и изломанных тел, частично погребённых под камнями и деревянными балками. И наверняка были те, кого и вовсе размазало или с головой присыпало обломками зданий. Ещё больше бойцов получили серьёзные ранения. Их посекло камнями, контузило или переломало конечности. Все они теперь недееспособны, а значит, не подходят на роль целей для моего заклинания. Однако на смену им уже накатывали новые, так что искать других долго не пришлось.

Над моей головой в нетерпении подрагивал созданный мной тройной слой из разного рода печатей. Движущийся до этого узор наконец встал на место и застыл.