Поворот под Москвой - Клаус Рейнгардт

3. Назначение Шпеера имперским министром вооружений

Назначение 9 февраля 1942 года генерального инспектора по строительству столицы рейха Альберта Шпеера имперским министром вооружения, генеральным инспектором по германскому дорожному строительству и генеральным инспектором по вопросам водных ресурсов и электроэнергии вряд ли означало замедление в перестройке военного производства, так как Шпеер очень быстро освоился со своими новыми обязанностями. На первом заседании руководителей военной промышленности и германской экономики 13 февраля 1942 года, на которое Мильх пригласил Шпеера, было высказано требование, чтобы вопросами вооружения наконец-то руководил один человек, полностью за это отвечающий и имеющий право принимать решения. Когда Милъх предложил на этот пост кандидатуру Функа, Шпеер опротестовал это предложение и потребовал, чтобы на этот пост назначили его. Гитлер, выступивший на заседании, однако, не коснулся проблемы обеспечения единого руководства всей военной промышленностью. Он говорил только о вооружениях для сухопутных сил и военно-морского флота, оставляя сознательно за рамками обсуждения вопрос о военно-воздушных силах.

Несмотря на общность мнений руководства вермахта и промышленности о едином руководстве всем военным производством, Гитлер и после назначения Шпеера не принял определенного решения. Вероятно, он не хотел вступать в спор с Герингом, который и без того был ущемлен тем, что в рамках четырехлетнего плана вопросы вооружения стали компетенцией Шпеера, который был назначен генеральным уполномоченным по вопросам вооружения в четырехлетием плане и имел теперь на практике полномочия использовать всю экономику в интересах военной промышленности. И все же Гитлер не дал Шпееру полномочий в отношении вооружения для военно-воздушных сил.

19 февраля 1942 года Гитлер постановил, что планирование и развитие производства мирной продукции всеми фирмами начиная с этого времени приостанавливается, приказал совершенствовать план Шпеера о самоуправлении промышленности и распространить его на все остальные отрасли вооружения, а Шпееру дал полномочия по руководству всей военной промышленностью. Но так продолжалось только до 21 марта 1942 года, когда Гитлер официально согласился с требованиями о подчинении всей германской промышленности интересам военной промышленности. В постановлении о защите военной промышленности, в частности, говорилось: "Германская промышленность должна служить интересам и нуждам военной промышлености и быть им подчинена... При использовании рабочей силы потребности военных отраслей промышленности должны иметь непременное преимущество. То же относится и к распределению важнейшего сырья".

В случае представления администрацией промышленности неверных данных о потребностях в рабочей силе и сырье Гитлер угрожал заключением в концлагерь, а в особо тяжелых случаях, наносящих вред военной промышленности, и смертной казнью.

И все же задачи Шпеера не были четко определены. Новый министр вооружений мог, имея тесные доверительные отношения с Гитлером, значительно глубже и шире провести реорганизацию военной промышленности, чем это было возможно при Тодте.

Концепция Шпеера. Цель Шпеера с самого начала состояла в том, чтобы заменить систему широкого вооружения системой "глубокого" вооружения. Для этого он планировал превратить систему самоуправления промышленности в четко ограниченную сеть комитетов и рингов по всем отраслям вооружения.

Шпеер заявил: "Я составлю организационный план, вертикальная линия которого будет охватывать отдельные виды готовой продукции, например танки, самолеты или подводные лодки, то есть вооружение трех видов вооруженных сил. Эти вертикально стоящие колонны будут окружены многочисленными рингами, из которых каждый должен представлять собой группу для производства всех орудий, танков, самолетов и других предметов вооружения... Мы создадим главные комитеты для различных видов вооружения, хауптринги для поставок сырья. Тринадцать главных комитетов образуют, наконец, вертикальные опоры моей организации производства вооружения. Они будут поддерживать такое же количество хауптрингов... Задачей руководителей главных комитетов и хаупт-рингов будет забота о том, чтобы на каждом предприятии изготавливался один вид вооружения в возможно большем количестве".

Наряду с этими комитетами и рингами действовали уже частично созданные Тодтом комиссии по развитию вооружений, в которых должны были решаться вопросы о том, какие новые конструкции следует принять, соответствуют ли данные образцы техническим нормам и имеют ли ценность в военно-промышленном отношении. Утверждением этой организационной системы Гитлер распространил компетенцию Шпеера и на области вооружений военно-воздушных и военно-морских сил, так как он согласился с созданием главного комитета по кораблестроению, который прежде всего занимался строительством подводных лодок. Несмотря на сопротивление Геринга, Гитлер выступил за включение в систему, руководимую Шпеером, производства бомб и зенитных орудий.

Дополнительное средство для оказания влияния на выполнение программы вооружения всех трех видов вооруженных сил Шпеер нашел в новой системе поставок, которая была тесно связана с организацией комитетов, рингов и комиссий. До того как Шпеер возглавил министерство по делам вооружений и боеприпасов, каждый вид вооруженных сил самостоятельно осуществлял заказы на вооружение. И когда 10 октября 1941 года ОКВ приняло меры по координации этого процесса, Кейтель одновременно заявил, что он не намерен вмешиваться в существующий ход поставок для видов вооруженных сил. Шпеер приказал докладывать ему все планы оснащения войск оружием и боеприпасами, проверял заявки и только после этого передавал их на промышленные предприятия. Тем самым получалась ясная картина о текущих потребностях в вооружениях, а также одновременно осуществлялся контроль за равномерностью загрузки отдельных предприятий и обеспечивалось оптимальное использование промышленных мощностей. Заявки на вооружение и боевую технику для вооруженных сил шли через министерство Шпеера, которое несло ответственность за своевременную поставку их войскам в достаточном количестве. Управление вооружения сухопутных сил отвечало теперь не за размещение заказов и их реализацию, а за разработку технических требований и оценку предложенных промышленностью образцов.

С помощью этой новой системы и сосредоточения усилий германской военной промышленности Шпееру удалось в относительно короткое время, опираясь на результаты проделанной его предшественником Тодтом работы, увеличить производство вооружения. Уровень производства по сравнению с самыми низкими показателями в феврале 1942 года вырос в августе на 27%, в том числе по танкам на 25%, по боеприпасам на 97%{385}. Были открыты неиспользованные резервы, которые до этого времени были скрыты в недрах производства мирного времени. Тем самым были частично возмещены потери, понесенные вермахтом на Востоке.

Несмотря на это увеличение производства вооружения, вскоре подтвердилось мнение управления военной экономики и вооружений, высказанное 3 февраля 1942 года полковником Неефом: "Если рассматривать вопрос в целом, положение с вооружением на 1942 год выглядит следующим образом: если весной 1942 года начнутся, как это предусмотрено, операции широкого масштаба, то для начальной их стадии поступление вооружения в войска будет достаточным, но в дальнейшем сохранить этот уровень будет невозможно".

При таких предпосылках ведение длительной войны явилось бы мероприятием, не имеющим под собой реальной почвы. Значит, и Шпееру не удалось создать военной промышленности, отвечающей требованиям затяжной войны.

"Решение" проблемы рабочей силы Заукелем. Уже в середине января стало ясно, что требования о бронировании специалистов, выдвинутые Гитлером 10 января 1942 года, не могут быть выполнены из-за увеличившегося призыва на военную службу. В связи с намеченным увеличением производства вооружения для сухопутных войск общие потребности военной промышленности в специалистах возросли с 500 тыс. до 1,3 млн. человек{386}. До лета эти потребности предполагалось удовлетворить за счет 700 тыс. русских военнопленных и рабочих гражданского сектора промышленности, 150 тыс. иностранных рабочих, доставленных в Германию "под нажимом" из стран Западной и Южной Европы, и 42 тыс. итальянцев{387}. Но и после принятия этих мер оставался дефицит в 400 тыс. рабочих. Наряду с этим в период с декабря 1941 года по февраль 1942 года пришлось призвать на военную службу около 700 тыс. человек, чтобы хоть в какой-то мере покрыть потери на Восточном фронте.

Так как лица 1922 года рождения составили только 270 тыс. человек (эти призывники были отправлены на фронт в период с февраля по апрель), пришлось изъять из военной промышленности в декабрьском призывном контингенте 16%, в январском 60% и в февральском даже 80%. Таким образом, в январе - феврале военная промышленность потеряла около 10% занятых в ней мужчин-немцев.