Утекая в вечность - Taliana

Эта мини армия, вооруженная и готовая в случае чего к бою, выстроились двумя рядами от лестницы до самой железной стены. К ним навстречу двумя шеренгами вышли солдаты людей. Эти последние, тоже в своих лучших униформах. Вероятно, всей армией собирали им одежды для этой демонстрации. Поскольку финансирование последней находится просто таки в плачевном состоянии. Но сегодня, солдаты людей сверкают пуговками на темно-зеленых костюмах, как и сапогами и все равно блекнут на фоне вампиров, проигрывают и ростом и выправкой, и теми самыми уже упомянутыми одеяниями.

Военные в зеленом расположились вторым рядом для конвоирования и защиты прибывших гостей. Тем временем на лестницу по порядку ступили члены делегации, все без исключения в парадных кроваво-красных мундирах. Калина напряженно всматривалась в лица, выискивая хоть кого-то, кто был ей знаком. Напрасно.

Затем пошли штатские — сопровождение делегации. В их числе один знакомый бессмертный нашелся. Проскурина замерла, в то время как сердце ее подскочило в груди.

Амир, шагал последним. Одет в черное. Самый обычный гражданин с виду. Ничего примечательного. Не изменился, но без мундира он выглядит как-то не так. За счет цвета одежд он кажется еще выше и даже стройней. Или он похудел?.. Лицо не такое пышущее здоровьем и сытостью как она его помнила. Слегка бледный, но выглядит скорее хорошо, чем плохо. И все-таки красивый. А ей уже казалось, что память слегка приукрашала его преимущества.

Капитан с интересом осматривался. Особенно активно, когда делегаты вошли в широкий проем железной стены, настоящий тоннель, который в диаметре достигал более трех десятков метров — толстой обшивки из прочнейшей брони. В свое время на изготовление этой стены собирали все, что можно по всей стране, любой метал, уже после, постепенно заменяя его броней, которой изначально просто не было в необходимом количестве. Первая стена была каменной, после обшита железом и только через годы стала тем, что представляет собой сейчас. В то нелегкое время горожане голодали, собирая деньги всем миром на строение этой защиты. Чтобы уберечь себя от ночных кошмаров. Только и стена их не спасала. Она была скорее психологической защитой. Вампиры приходили по ночам, совершали спонтанные набеги, убивали и воровали горожан. Пока в один из дней это внезапно не прекратилось.

— Высматривает слабину, — шепнула Калина, с прищуром наблюдая за сосредоточенным лицом Амира.

— Я говорю, выискивает, где в стене брешь?

— Просто смотрит. Я бы тоже смотрел, как она выглядит изнутри, если бы увидел первый раз. Массивная вещь. Единственное, что в нашем мире сделало на совесть и внушает почтение.

— Я говорю тебе, эта сволочь разнюхивает! На черта бы сюда приезжал глава государственной службы безопасности?! Почему он в штатском, когда остальные в мундирах?!

— Так это тот самый кровосос? — присвистнул Данила и выразительно посмотрел на подругу. Калина нахмурилась, и сложили руки на груди. Смотрит трансляцию, игнорируя пристальный интерес в лице бармена.

Делегаты тем временем успели переместиться на территорию города. На посту их проверили металлоискателем на наличие оружия и изъяли все, что вызывало подозрение. В то время как вампиры делегацию людей никакому контролю не подвергали. Когда же с первичной проверкой было покончено, гостей повели улицей в сторону здания таможни. Вампиры с интересом осматривались, косили ввысь на стометровую стену, изучали лица людей. Им, если судить по виду, было интересно все. За оцеплением из плотного кольца солдат собрались репортеры и зеваки из числа простых жителей города. Время от времени доносились крики. Ничего лестного в адрес вампиров не прозвучало. Но последних это, кажется, нисколько не смутило. Когда делегаты продвигались по улице, сотрудница одного из телеканалов исхитрилась схватить ближайшего к ней гостя за руку и попросила сказать несколько слов. Лицо бессмертного тут же взяли крупным планом.

Вампир с интересом смотрел на руку женщины, которой она держала его за запястье. Кажется, ему понравилось, что женщина не боится и, невзирая на протесты официальных представителей со стороны людей, гость выразил согласие сказать несколько слов.

— Как вас зовут?

— Амир.

— Амир, что вы чувствуете? Впервые за последние десять лет вы находитесь на территории людей, — сказала журналистка.

— Радость. Я очень мечтал побывать в этом городе. Читал про вас книги и хотел увидеть достопримечательности своими глазами.

— Увидеть он хотел, — кривлялась Калина. — Жаль я не там. Я бы забросала его помидорами!

— Ты вначале дойди туда, что бы тебя саму не забросали, вампирская потаскушка, — постно комментировал Данила, приплетая для своей радости прозвище, которым Проскурину называли теперь повсюду.

— Нет, все-таки нужно было пойти, закидать эту сволочь! — горячилась она, игнорируя обидный комментарий.

Амир говорил формулируя ответы очень вежливо и не жалел обаяния улыбаясь журналистке.

Но тут произошло кое-что… Некто из толпы с воплем «подавись, сволочь!» на радость Калине воплотил ее мечты. В кадр влетел помидор, для которых был самый сезон, ударился с немалой силой о крепкую грудь вампира и прилип. Амир стряхнул его невозмутимым жестом, игнорируя лицом общественную неприязнь так лихо, словно все именно так и должно быть. А обстрел помидорами — это вообще часть радушного гостеприимства людей. Ведь он и об этом читал!

— Получил! — Калина радостно захлопала в ладоши.

Бессметный на миг исчез из кадра. Он возник в нем уже с помидором в руках.

— Это овощ семейства пасленовых. Я читал про него. Совсем как на картинке в наших учебниках… — без малейшей доли огорчения рассуждал гость, с интересом рассматривая находку.

— Ты смотри, какой милый одуванчик, — усмехнулся Данила.

— Да, эта сволочь умеет прикидываться, — прошипела Калина.

— А он не такой как я себе представлял из твоих рассказов, — скосив хитрые глаза на женщину, признался Данил. Ей кажется или он улыбается?..

— Вампир как вампир. С клыками, — буркнула она.

— Клыков не вижу. А вижу что он… Видный парень.

— Да ну, брось! Заурядный тип. Вообще не интересный, — скривилась она.

— Ну да, рожа не в шрамах. Не твой тип, — посмеивался Данил.

— Он выродок!

— Вижу. И явно никому не понравится. Журналистке вот уже не нравится, потому она его за руку так и держит, — посмеиваясь, бармен встал и дальше протирать свои стаканы. — Не понимаю только, отчего ты так горячишься, если я не прав?

— Он мне угрожал!.. Давай переключим?