Флейта Кришны - Раджниш Бхагаван Шри "Ошо"

Это один из фундаментальных законов жизни. Мы не можем стать тем, что нам не присуще, мы можем стать только тем, что нам присуще. Мы можем стать тем, что находится в центре нашего бытия, что спрятано в центре, а потом появляется на поверхность.

Поэтому непривязанность — это наша внутренняя природа, непривязанность, или отвращение. Вот почему иногда мы привязываемся к чему-то, а потом чувствуем отвращение.

И мы можем вернуться к непривязанности, потому что это наша сущностная природа. Можно сказать так: семя может подрасти и стать цветком.

Не следует думать, что непривязанность — это природа некоторых избранных, это природа каждого. Когда есть сознание, оно всегда выше привязанности и отвержения. Наш высший разум превосходит как привязанность, так и отвращение. То, что в своем поведении, в сознании привязывается к чему-то, это уже другой вопрос, или то, что оно отвергает что-то. Это просто один из видов поведения, это подобно глазным векам, которые открываются и закрываются, когда им это нравится.

Если меня оставить наедине с моим сознанием, привяжусь ли я к чему-то или отрекусь ли я от чего-то? Ни то и ни другое. Привязанность и отречение происходит во взаимоотношениях с другими. Если я скажу, что мистер Икс привязался к кому-то, вы немедленно спросите: «К кому?» или «К чему?» Как можно привязаться без другого? Точно так же, если я скажу, что мистер Игрек чувствует отвращение, вы снова спросите, к чему или к кому, потому что отвращение также возможно только в отношении к кому-то или к чему-то. И привязанность, и отвержение отражают взаимоотношения, они принадлежать нашему поведению, а мы — это и ни то, и ни другое внутри.

И очень важно понять, что у нашей внутренней природы есть свое собственное поведение, и так как вопрос касается этого поведения, я могу быть привязанным к какому-то человеку сегодня, и могу отвергнуть его завтра, потому что это все принадлежит к миру поведения. Если я чувствую отвращение к кому-то сегодня, я могу почувствовать привязанность к этому человеку завтра, и дело не в том, что я могу быть и привязанным, и одновременно чувствовать отвращение. Это вполне возможно, я могу одновременно быть привязанным к чему-то и чувствовать отвращение; быть привязанным к какой-то части личности и чувствовать отвращение к другой части. Мы часто находимся в противоречивых взаимоотношениях с одним и тем же человеком или с одной и той же вещью, и мы испытываем одновременно и привязанность, и отвращение, но одно определенно: привязанность и отвращение принадлежат к нашему поведению, а не внутренней природе. Поведение означает то, что мы попадаем в какие-то взаимоотношения с другим человеком, или с какой-то вещью, или с какой-то идеей, но наличие другого — это обязательное условие. Поведение невозможно без другого, невозможно это также тогда, когда вы одиноки.

Внутренняя природа означает то, что находится в уединении. Уединение — это внутреннее качество внутренней природы, внутренняя природа — это уединение. Если меня оставить полностью в уединении, если не будет рядом никаких людей, никаких вещей, никаких образов, если я буду в тотальном уединении, то разве я буду испытывать привязанность или отвращение в этом состоянии? Нет. И привязанность, и отвращение совершенно несущественны в полном уединении, потому что взаимоотношения, когда я и включаю взаимоотношения, когда я остаюсь один, я становлюсь непривязанным и неприкосновенным.

Я так длинно объясняю это для того, чтобы вы правильно поняли смысл и важность непривязанности в контексте и в связи со словами, и когда вы поймете их правильно, вы легко подойдете к непривязанности.

Но привязанность и отвращение — это те отношения, в которых нужен другой, и этот другой очень важен. Без другого эти слова будут бессмысленны, и как раз из-за этого другого и привязанность, и отвращение превращаются в зависимость, в рабство. В обоих случаях мы зависим от других, поэтому человек привязанный — это раб, человек, который чувствует отвращение — это также раб, но только противоположного типа. Отнимите сейф того, кто стремится к богатству — он может даже умереть из-за этого, но если вы поставите сейф с деньгами в комнату человека, который испытывает отвращение к богатству, он не сможет спокойно спать.

Тот, кто очень привязан к сексу, не может жить без женщины или без мужчины, но если вы поместите человека, который яростно следует целибату, вместе с прекрасной женщиной или мужчиной, они будут испытывать хаос внутри. И те, и другие находятся в зависимости, в рабстве, они зависят от другого, и неважно, есть другой или нет — он может быть воображаемым, но другой стал неотъемлемой частью их бытия. Они не могут думать о себе в отрыве от другого. Жадные не могут думать о себе без денег, а отреченные не могут думать о себе без ассоциаций с теми же деньгами. Другой всегда присутствует, и он в центре того и другого.

Если вы понимаете этот аспект поведения, непривязанности, вы узнаете, что изменение в поведении ни к чему не приводит. Часто происходит так, что человек привязанности отдает все, что у него есть, просто потому, что реагирует очень остро на все то, к чему он привязан; подобным образом человек отреченный превращается в мирского человека и снова начинает бегать за деньгами, за властью, за положением. Люди, которые добились большого успеха в жизни, приходят ко мне и говорят: «Во мне путаница. Я бы хотел избавиться от этого». Также приходят отреченные и тоже говорят, что они совершили ошибку из-за того, что оставили этот мир. Кто знает, может быть, там действительно есть что-то достойное? А они это упускают.

Монах всегда думает, что мирские люди лучше живут, но на самом деле они понапрасну тратят свою жизнь. А мирские люди думают, что они упускают какой-то высший опыт жизни, что он им недоступен, а у монахов он есть. Но с психологической точки зрения и домохозяева, мирские люди, и монахи плывут в одной и той же лодке, потому что психологически они очень сильно зависят друг от друга, они в одной цепи. Такие люди не могут познать свободу, истину, блаженство. На самом деле, другой становится рабством для них.

Обычно отреченный думает, что он оставил другого, но он не осознает того, что он так думает по ошибке. Он все еще несет собой другого, но теперь это другой вид взаимоотношений с другим. Это взаимоотношения бегства. То, что он оставляет сзади, преследует его. Несмотря на то, что он больше не гоняется за всем этим, он боится этого. Из-за того, что он убежал, он очень боится, что это завладеет им снова. А куда вы можете убежать от другого?

Другой повсюду. Другой повсюду, кроме одного места — и это ваше внутреннее бытие, центр вашего бытия. Если вы оставляете дом, ашрам или монастырь займет его место, и вы будете привязаны к нему точно так же, как вы были привязаны к вашему дому. Если вы оставите жену, мужа или детей, мастер или ученики займут их место, и вы снова будете привязаны к ним. Вы можете оставить дворец и жить в хижине, но хижина — это такой же дом, как и дворец. Вы можете оставить богатую одежду и одеваться в лохмотья, но лохмотья также привязывают к себе, как и королевские одежды. Даже если вы будете обнажены, вы можете привязаться к своей обнаженности.

Другие повсюду. В этом мире вы не можете убежать от другого, потому что сам этот мир включает в себя другого. И куда бы вы ни убегали, мир будет всегда с вами. Вы не можете убежать от этого мира. Куда бы вы ни отправились, другой будет всегда рядом. Поэтому вы не можете убежать от другого. Конечно, этот другой может принять новые формы, но он все равно будет присутствовать. Когда вы меняете внешность, вы не можете изменить реальность.

Кроме одного места, а это пространство любви, другой есть повсюду. В глубине любви нет другого, нет, потому что другой не может войти в эту обитель, потому что в глубине даже вы исчезаете. В самом глубоком центре вашего бытия даже личность, «я» исчезает, поэтому другой там не может быть.

Теперь я расскажу вам, что до тех пор, пока вы есть, вы не можете убежать от другого. Немного раньше я сказал, что до тех пор, пока вы живете в миру, вы не можете убежать от другого, потому что он повсюду, а теперь я хочу сказать вам, что есть еще другая сторона этой истины: до тех пор, пока вы существуете как «я», как эго, другой будет присутствовать. Даже если вы закроете глаза и мир исчезнет, другой не исчезнет. Теперь другой будет существовать за вашими закрытыми глазами. В ваших желаниях, в ваших стремлениях, в ваших снах, воображении, — но он будет присутствовать. До тех пор, пока вы есть, другой неизбежно будет с вами. На самом деле, свабхава, или внутренняя природа — это состояние, в котором эго исчезает, в котором нет личности, нет «я». Внутренняя природа также принадлежит всем неудачникам, словам, которые неправильно поняли. Внутренняя природа обычно считается ощущением своего «я». Но свабхава, или внутренняя природа, как раз начинается там, где исчезает «я». Нет взаимоотношений между внутренней природой и своим «я». Внутренняя природа начинается там, где нет вашей личности, и будет там, где этой личности не будет.