Анархия. Неумолимое возвышение Ост-Индской компании - William Dalrymple

фланг к Гангу недоукомплектован и не имеет поддержки, атаковали его с безрассудной храбростью, которой мало найдется аналогов".

Шуджа, не в силах поверить в неожиданную перемену судьбы, остался на месте, решив собрать свои войска. Он представлял, что уже держит в объятиях прекрасную фигуру Победы, и вдруг, словно в зеркале, увидел себя, задыхающегося в объятиях этого инкуба - Поражения. Он так и остался стоять на месте, с недоверием глядя на это ужасное и внезапное превращение". Когда ряды моголов рассыпались вокруг него, вождь нага Анупгири , хотя и сам был тяжело ранен в бедро, уговорил Шуджу уд-Даулу бежать: "Сейчас не время для невыгодной смерти!" - сказал он. Мы легко победим и отомстим в другой день". Решив жить, Шуджа поскакал к мосту из лодок, которые он перебросил через реку, а голые наги сражались за ним в яростном арьергарде. Как только Шуджа, Сумру и он переправились через мост, вождь нага приказал разрушить его за собой.

Это остановило продвижение роты, но и обрекло на гибель тех, кому не удалось переправиться, - в частности, храбрый арьергард нага. Они пытались перебраться вброд по илистому дну, где их подкарауливали сепаи Компании, выстроившиеся на берегах реки. Огромное количество людей пыталось переправиться через глубокую, грязную реку, протекавшую позади лагеря, - писал Гулам Хусейн Хан, - но они увязли в трясине и погибли от артиллерии и череды залпов, которые телинги [сепаи] бесконечно обрушивали на летящего врага...

Теперь настала очередь войск Компании обогащаться: "Все, что принадлежало визирю или его офицерам, - палатки, мебель и другое имущество - стало добычей победителей", - писал Гулам Хусейн Хан. Многочисленные лавки банкиров, полные серебряных и золотых монет, и палатки купцов, изобилующие драгоценными вещами, были разграблены в одно мгновение. Двести артиллерийских орудий были захвачены, так что английские войска получили огромную добычу... Одному Богу известно, какое богатство, должно быть, было в той армии! В том лагере были огромные богатства, такие, что могли бы соперничать с самой столицей Индостана".

Баксар был коротким и запутанным, но кровавым сражением: Войска компании потеряли 850 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести из 7000 человек, которых они вывели на поле боя, - более одной восьмой от общего числа; потери Моголов были во много раз выше, возможно, до 5000 погибших. Долгое время исход дня оставался неопределенным. Но, несмотря на все это, в конечном итоге это было одно из самых решающих сражений в истории Индии, даже более значительное, чем более известная битва при Плассее семью годами ранее.

Три великие армии Моголов собрались вместе, чтобы победить Компанию и изгнать ее из Индии. Когда вместо этого Моголы потерпели поражение, Компания осталась доминирующей военной силой на северо-востоке Индии. Буксар подтвердил контроль Компании над Бенгалией и побережьем и открыл ей путь к распространению своего влияния далеко вглубь страны на запад. Компания, начинавшая как предприятие, в котором доминировали каперы и бывшие пираты Карибского моря, уже однажды превратилась в относительно респектабельную международную торговую корпорацию, цена акций которой была настолько надежной, что ее акции рассматривались почти как форма международной валюты. Теперь компания преобразовалась во второй раз, став не просто средством торговли из нескольких индийских прибрежных анклавов, а правителем богатой и обширной территориальной империи, простирающейся по всей Южной Азии.

Ведь именно в этот момент этой корпоративной торговой организации удалось заложить основу для территориального завоевания Индии. Деловое предприятие вышло из своей куколки, превратившись в автономную имперскую державу, опирающуюся на огромную армию, которая уже превышала численность британской короны, и теперь была готова осуществлять административный контроль над 20 миллионами индийцев. Купцы превратились в фактических суверенных правителей большей части Северной Индии. Как выразился один из современных обозревателей: "В результате множества непредвиденных обстоятельств объединенное общество частных торговцев [превратилось] в кабинет азиатских принцев".65 В результате получилось то, что Адам Смит назвал бы "странной нелепостью" - государство-компания.

Когда двадцать лет спустя торговец чаем и путешественник Томас Твайнинг прервал свое путешествие на лодке вверх по Гангу, чтобы посетить ныне заброшенное место битвы при Буксаре, он записал в своем дневнике: "Здесь, можно сказать, заканчивается необыкновенная серия военных достижений, благодаря которым лучшие части Азии оказались под властью британских купцов, которые впервые появились на берегах Индии в образе нуждающихся авантюристов. В истории, пожалуй, мало событий более примечательных, чем эти сделки. Результаты, столь несоизмеримые со средствами, которые их породили, кажутся совершенно необъяснимыми".

Твайнинг был прав. Компания поставила на карту все - и выиграла. Империя Великих Моголов теперь лежала у ее ног, потерпев полное поражение, и была подготовлена почва для самого необычного корпоративного поглощения в

истории.

 

В дни, последовавшие за победой Компании при Буксаре, три конфедерата Моголов, объединивших свои силы, постигла совершенно разная судьба.

Во время стремительного бегства из Буксара Мир Касим был освобожден Шуджей из заточения. Но лишенный власти и состояния, преследуемый неумолимой Компанией за участие в резне в Патне, этот самый способный из правителей так и не нашел себе места в калейдоскопе могольской политики XVIII века. Он скитался по всему Индостану и в конце концов умер в нищете в небольшом поместье близ Агры. На его похоронах говорили, что его дети не могли позволить себе купить простыню для своего отца.

Шуджа уд-Даула, что характерно, выбрал путь военного сопротивления. По мере того как батальоны роты Мунро продвигались все глубже в Авадх, он совершил ряд конных партизанских вылазок против своих преследователей, но постепенно был оттеснен все дальше и дальше на задворки, теряя своих сторонников, а майор, теперь уже генерал Карнак присвоил особняк Шуджи в Файзабаде в качестве своей личной резиденции. В конце концов Компания загнала Шуджу в угол в большой крепости Чунар , но он сбежал во время штурма, чтобы сразиться с Компанией в последней битве под Корой 3 мая 1765 года и проиграть ее. После этого он провел несколько месяцев в бегах по своим старым владениям, а затем нашел убежище среди афганцев рохилла в Доабе.

В конце концов, именно его урбанистический французский солдат удачи Жан-Батист Жантиль в июле того года провел переговоры о его капитуляции. Жантиль указал Компании на то, что под защитой Британии побежденный Шуджа может быть восстановлен и стать полезным буферным государством между богатыми землями Бенгалии и беззаконной анархией спорных земель вокруг Дели, которые продолжали хаотично и кроваво переходить от соперничающих афганских и маратхских армий.

Получив гарантии своей жизни и свободы, Шуджа в конце концов сдался. Он неожиданно