Подземный Нижний - Матвей Геннадьевич Курилкин

отчитываться за содержимое. Кажется, русалка хотела поспорить, но, покосившись на карету, не стала — поняла, что посланник от совета кланов в этот раз будет не на её стороне.

Всю дорогу Птицын провёл как на иголках — всё ждал, что сейчас опять нападут. Очень сомнительно, что опять будет обстрел из снайперской винтовки — вряд ли у этого Арчера их несколько. Однако ничто не помешало бы эльфу обзавестись местным стволом, может, не столь навороченным, но тоже вполне эффективным. Обошлось — никто так и не напал, и даже когда Валерка вышел из кареты никаких эксцессов не случилось. Перед зрителями было немного неловко идти в «коробочке» из вурдалаков — ребята обступили его так тесно, что шагать толком не получалось. Ещё и металлическую плиту над головой держали, хотя откуда в Птицына могли здесь стрелять сверху, Валерка решительно не понимал. И вообще, все эти предосторожности казались какой-то глупостью — не станет убийца повторяться. Уже ясно, что он — изобретательная сволочь. Наверняка придумает что-нибудь свеженькое, не опробованное. В павильон пришлось идти одному — членов клана обвиняемого туда не пустили, видно, из соображений безопасности.

Разбирательство началось торжественно до тошноты. Председательствовал на нём аж сам Игорь Деянович, чего Валерка как-то не ожидал. В зале были расставлены стулья — шикарные, даже позолоченные. Видимо, чтобы не умалить достоинства сидящих. Да и вообще всё было очень красиво — тяжёлые бархатные шторы на больших, сводчатых окнах, стены отделаны мрамором, на потолке — лепнина и большущая люстра. Электрическая! Валерке было очень интересно, откуда берётся энергия для её питания. Неужто генератор какой-нибудь есть, или и вовсе маленькая электростанция? До сих пор нигде, кроме собственной резиденции Птицын электрических приборов не встречал. Сам Игорь Деянович стоял за кафедрой, суровым взглядом осматривая собравшихся. Валерке среди зрителей места не было — для него по правую руку от Игоря Деяновича был установлен отдельный стул — лицом к зрителям.

— Ну что, доигрался? — сурово нахмурился берендей. На медвежьей морде суровое выражение лица выглядело очень угрожающе. «У них же вроде нет мимических мышц, у медведей!» — как всегда не вовремя подумал Валерка. Он как раз недавно где-то увидел этот интересный факт — дескать, никогда не поймёшь по лицу, будет ли тебя мишка сейчас есть или просто понюхает.

— Предупреждал ведь — не балуйся! — Продолжал князь Берендеев. — Эх, молодёжь! Ну, пеняй на себя теперь.

Отвечать Птицын не стал, только потупился демонстративно. Хотя была мысль начать сразу бычить. Не на Игоря Деяновича, конечно, а на собравшихся. Начать кричать, что балуется тут вовсе не он… не стал, конечно. Пусть им всем сюрприз будет. Вместо этого просто прошёл к своему стулу, когда все уселись — тоже сел. Оглядел собравшихся, нашёл взглядом Глеба. Тот подмигнул заговорщицки — дескать, держись, дружище, всё хорошо будет! «Интересно, он рассказал отцу, с чего мы вообще решили на недотыкомок напасть?» — задумался Птицын. После «набега» они с Глебом ещё не виделись, о результатах берендей пока не знал.

— Так, ладно, без долгих приветствий, некогда мне тут лясы точить. Все в курсе, что князь Валерий Птицын, проводник, обвиняется в нападении на клан недотыкомок и убийстве членов клана, наделённых в нём верховной властью на время отсутствия князя по прозвищу Повелитель Людей после его пропажи. Так же князя Валерия обвиняют в тяжёлом ранении русалки Василины, находившейся в тот момент в резиденции клана недотыкомок, — Игорь Деянович опустил глаза в бумагу, — так, да, ну и сопутствующие прегрешения, как то: ограбление казны клана, нарушение общественного порядка, пренебрежение традициями, и прочее недостойное упоминания. Так, Тихомира, ты сторона обвинения — давай за кафедру. Только чётко, ясно, коротко, без красочных подробностей.

Тихомира поднялась со своего места, подошла к кафедре. Дождалась, когда Игорь Денянович усядется. Обольстительно улыбнулась. Валерка эту дамочку терпеть не мог, а всё равно, проняло.

— Ещё раз хочу поприветствовать собравшихся. Игорь Деянович, я постараюсь коротко, как вы сказали, но теми самыми красочными подробностями нас обеспечил князь Валерий, поэтому я, надеюсь, вы простите меня, если я увлекусь описанием подробностей.

Русалка ещё раз обвела всех взглядом, убедилась, что все слушают, и продолжила:

— Как все вы, друзья мои знаете, позавчера ночью случилось ужасное злодеяние. Группа бандитов под руководством князя Валерия напала на клан недотыкомок. Все мы знаем, что недотыкомки — существа вредные, неприятные. Они не любят соблюдать наших правил, жадны до денег и не знают о чести. Однако их клан существовал много, много лет. Вы спросите, почему он не был уничтожен до сих пор? Я отвечу — потому что в нашем городе, в нашей стране правит закон. И как бы ни были неприятны нам эти соседи, они оставались нашими соседями. Они не устраивали неправедных нападений. Порой они нарушали закон и получали соответствующее наказание. И они никогда не шли против общества, против его законов. И вот, в городе появился проводник. Поначалу мы все обрадовались — связь с верхним миром — это очень важно. Это даёт нам всем огромные перспективы. Однако время показало, что проводник не желает соблюдать наши законы, относится пренебрежительно к нашим правилам, к нам самим. Мы пытались его образумить, пытались указать, что наши законы, наши традиции, одинаковы для всех — будь ты хоть сам государь, или последний крестьянин. Однако князь Валерий не внял. Он отвернулся от нас, показал нам своё пренебрежение. Заперся в своей резиденции, творил там свои беззаконные, бесчестные дела. Мы не трогали его, оставили его наедине с его чёрной сущностью. Да, это было очень разочаровывающе — вот он, проводник. И воспользоваться его услугами нельзя, потому что он закрылся от нас, выказывает нам пренебрежение.

Тихомира глубоко вздохнула, печально покачала головой. Валерка всё ждал, что сейчас из её глаза скатится одинокая слезинка. Не дождался, Игорь Деянович демонстративно прокашлялся.

— Ещё раз прошу прощения, Игорь Деянович, и вы, господа, тоже. Просто я искренне опечалена и даже разочарована таким положением дел. Однако моя печаль ничего не значит. Всё оставалось бы так, как есть. Однако проводник, поняв, что его поведение остаётся безнаказанным, решил пойти дальше. Он решил, что совсем неподсуден, что его никто не тронет. И тогда он напал на самых слабых из нас — на недотыкомок. Напал под покровом ночи, как тать. Учинил ужасный беспорядок, убил множество невинных жителей. Он и его подручные нанесли раны множеству разумных существ просто так. Просто из соображений личной неприязни и желания