Подземный Нижний - Матвей Геннадьевич Курилкин

порой случаются в этом прекрасном заведении. Но только на секунду — сначала нужно было завершить дело.

Всё было так хорошо, так удобно, но проводник что-то почувствовал в самый последний момент. Попытался ускориться, наивный, как будто это могло изменить его судьбу. Подчинённый проводника даже прикрыл цель собой — Арчера такое никогда не останавливало. Вот на это и рассчитывал Арчер, когда брался за этот заказ. На неопытность проводника. Вот что ему мешало сразу, как почувствовал опасность перейти на ту сторону? Только инерция мышления.

Выстрел чуть смазался из-за того, что в последний момент дёрнулась самоходная повозка. Самую капельку, и это не имело бы значения — в любом случае уже следующим выстрелом Арчер достал бы жертву. Вот только проводник вдруг спрыгнул с самоходки и, невероятно ускорившись, рванул вверх. Арчер выстрелил ещё дважды, но так и не попал — слишком быстрой оказалось жертва. Нечеловечески быстрой. Более того, уже через секунду убийца понял — нужно бежать, и как можно быстрее. Зелье, позволяющее ненадолго увеличить силы и скорость, всегда рядом, зашитое в воротник — даже тянуться не нужно. Арчер раскусил капсулу, и метнулся прочь с крыши. Со всей доступной скоростью убежал к перекрёстку, завернул за угол, сбросил приметный плащ, шагнул в подъезд дома, добежал до съёмной квартиры. Затаился, но обошлось — его потеряли.

Теперь никаких сомнений не осталось. Эта тварь — точно не человек, а значит, дело осложняется. Но не это раздражало Арчера. Когда спустя пару часов он осторожно, рискуя нарваться на засаду, вернулся на крышу, нашёл то, чего и боялся. Точнее, ничего не нашёл. Его винтовка. Любимая винтовка, за которую он убил не один десяток человек — обладать чем-то столь полезным из верхнего мира никогда не было дешёвым удовольствием. И вот теперь, использовав это чудо всего дважды, он его потерял! с этого момента дело перестало быть просто работой. Перешло в разряд личного. Цель может пытаться уклониться — любое создание хочет жить, и Арчер не отказывал своим жертвам этом желании. Но покуситься на его оружие…

Арчер не обманывал себя. Вернуть винтовку невозможно. Тот проклятый дух не даст, для убийцы эта территория закрыта полностью. Если только он присоединится к штурмующим, которые непременно захотят уничтожить молодой клан, как только его глава будет убит… «Позже подумаю. Возможно, так действительно будет лучше, — мистер Арчер силой заставил себя успокоиться, — сначала нужно сделать дело. И тянуть больше нельзя».

Отвратительное настроение немного скрасило появление осведомителя от заказчика, который сообщил, что уже завтра будет организовано обсуждение очередной выходки проводника. Оказывается, этот шустрый малый успел ночью сходить в набег на один из местных кланов, и теперь будет разбирательство. В другое время Арчер предпочёл бы пропустить эту информацию мимо ушей. Устраивать очередное покушение сразу же, на следующий день после неудавшегося — это дурной тон и большой риск. Необходимо дождаться, когда жертва расслабится хоть немного, и уже тогда браться за дело. Арчер это отлично знал, но… и момент очень удобный, и жажда поскорее расправиться с изворотливой тварью не давала успокоиться.

— Где будет проходить разбирательство, и как туда попасть? — спросил Арчер.

— Павильон на нижегородской ярмарке. Поскольку разбирательство официальное, оно должно проходить на нейтральной территории. Попасть можно будет в качестве зрителя…

— Не подходит, — скривился убийца. — Мне нужно заранее. Сегодня ночью.

Связной растерялся на секунду, но потом кивнул:

— Я смогу это устроить.

Глава 26

Начинается разбирательство

Если сначала бешеный энтузиазм Демьяна в приготовлении всяких зелий больше веселил, чем настораживал, то к концу ночи Валерку эта одержимость начала пугать. Не сама по себе, а тем фактом, что все эти составы, декокты, зелья и эликсиры предполагалось залить в Валерку. А было их много.

— Слушай, а ты уверен, что они внутри меня реагировать не начнут? — с опаской спросил Валерка, разглядывая батарею из пузырьков разных размеров и форм, расставленную на лабораторном столе. — Я серьёзно опасаюсь, что меня либо разорвёт, либо накроет так, что я охренею и обратно уже не выхренею!

— Валера, ты меня сейчас обидел! — Демьян поджал губы. — Я этот комплекс разрабатывал всю войну! Тестировал на пленных всех возможных рас и видов, потом на себе, и только потом давал друзьям! Поверь мне, это совершенно безвредно! Более того, если сюда добавить стандартный армейский комплекс усиления — тоже ничего не будет, всё станет действовать штатно, и даже некоторые побочные последствия государственного спаснабора будут нивелированы! Пей, и не беспокойся!

Иногда для того, чтобы не обидеть друга, приходится идти на по-настоящему серьёзные жертвы. Вот и теперь Валерка, выдохнув, опрокинул в себя пузырьки один за другим. Зажмурился, ожидая чего-то ужасного, но так и не дождался. Вкус некоторых зелий был неприятен, но эффекта не последовало ровным счётом никакого — как будто воды выпил, или чая.

— И долго они будут действовать? — спросил Птицын.

— Какие-то — сутки, другие — чуть дольше, не важно. Главное — на сегодня хватит, а завтра ты, князь, в верхний мир перейдёшь, а я на эльфа отправлюсь охотиться. И да. Если нападение всё-таки случится — сразу уходи в верхний мир. Ты, Валера, очень неправильно поступил сегодня утром. Больше так делать не нужно.

— Это почему неправильно? — опешил Птицын.

— Потому что как только заметил блик от оптики, ты должен был перейти в верхний мир. Сразу же, мгновенно. Это было бы самое разумное решение.

— И вас бросить⁈

— Убийца охотился не на нас, — пожал плечами Демьян. — Я понимаю, Валера, ты — человек чести, и не привык бросать в опасности друзей. Но честь — она для разных людей разная. Ты — князь, для тебя нет большей чести, чем победить врагов и сохранить клан. Даже если придётся кем-то из соклановцев пожертвовать, чтобы спасти остальных…

— Вот ты сейчас, Демьян, либо заткнёшься, либо я с тобой больше разговаривать не буду, — грубо ответил Валерка. — Я уже говорил, что у меня такого клана не будет. У меня — семья, а в семье другие законы. Кому не нравится — из семьи может валить, за это у нас не наказывают, мы не клан.

Помолчали немного, потом Демьян, глубоко вздохнул, опустил плечи.

— Прости, Валера, признаю, лишнего хватил. Стараюсь этого не показывать, но вчерашний случай… я очень испугался. Убийца был очень близок к тому, чтобы преуспеть, если