Тьма в её глазах (СИ) - Ани Ре

тогда? Не ради секса, на меня ведь твой дар не действует, а значит и ты своей эйфории не испытаешь, так?

— Нет… то есть, я не знаю. Я же никогда не делал этого с теми, кто закрывается от моего влияния.

— Проверить хочешь?

— Да нет же… дело вообще не в сексе.

— А в чём тогда?

Рем вздохнул и закрыл глаза.

— Я…

— Что ты мямлишь? Это простой вопрос, — зло заметила Ди, и замерла в предвкушении. Сердце отчаянно билось в груди, и девушка понимала, как абсурдно с её стороны было ждать признания в том, что она ему интересна. Но она всё равно ждала. Чёрные глаза наградили её пристальным взглядом, и парень ответил.

— Сначала я хотел убедиться, что ты не впутаешь Рами в дело с изнасилованием. Потом искал работу, и решил — чем чёрт не шутит, может ты мне поможешь. Но увидел какие преступления распутываешь, и зацепился за эту возможность делать хоть что-то стоящее. Не поверишь, мне впервые в жизни кажется, что я поступаю правильно, что не зря прожигаю кислород. Может мне это зачтётся…

— Грехи хочешь искупить? — грустно поинтересовалась она.

— Осуждаешь? — смущённо спросил Рем.

— Нет. Вовсе нет. Я понимаю о чём ты, — пробормотала Ди, отворачиваясь и пряча от него своё разочарование.

— Ты словно не того ответа ждала. Всё же надеялась, что я жертва?

— Нет. Я просила правды, и рада, что наконец её услышала, — ответила девушка, делая вид, что ей очень интересно, чем там заняты оставшиеся снаружи вампиры.

— Поехали по домам? Мне бы поспать, — попросил Рем.

— Езжай. Возьми мою машину, пригонишь, когда выспишься, — Ди протянула ему ключи, всё ещё стараясь не смотреть в сторону парня.

— А ты что?

— Клим просил вычислить того, кто обратил Всадника.

— Я не оставлю тебя с ним наедине.

— Ну, во-первых, не наедине. Мы в Совет поедем, поверь, там он так себя вести не сможет. А во-вторых, он правду сказал, он не садист, а приказать мне не чувствовать боль не может. Он меня не тронет, не переживай.

— Ди…

— Уезжай, — отрезала она, отходя от него в сторону и надеясь, что разочарование от происходящего не слишком очевидно написано на её лице.

Поездка в совет оказалась на удивление необременительной. Вампиры сделали большую часть работы сами, и к тому времени, как её туда привезли, осталось лишь прочитать воспоминания трёх подозреваемых. Виновник — невысокий вампир лет тридцати на вид, пытался всё отрицать даже после того, как она подтвердила, что это он обратил Всадника. Сразу после этого её попросили удалиться — кое-что по-прежнему оставалось неизменным, людям здесь не доверяли и общения с ними сторонились.

Клим вызвался её подвезти, и Ди напряжённо смотрела в его спину, пока топала по коридору к выходу из здания. Соврать Рему о том, что она чувствует себя в безопасности было просто, а вот поверить в это самой — гораздо сложнее.

Вампир молчал, утонув в своих мыслях, и её это полностью устраивало. Ди искренне надеялась, что он отвлечётся на происходящие сейчас события и забудет о желании с ней поиграть.

— Дядя Клим! — послышался тоненький детский голосок, и он вздрогнул, поворачивая голову в сторону одной из комнат. Из приоткрытой двери на него смотрела маленькая девочка, красивая, словно фарфоровая куколка. Выглядела она как пятилетний ребёнок, но эта невероятная осмысленность взгляда… длинные каштановые волосы завиты в крупные локоны, изящное кружевное платьице, ожерелье с огромным красным камнем на шее и да, клыки.

— Тебя же просили не высовываться, — укоризненно покачал головой вампир, но было видно, что злиться на неё он не может. Клим оглянулся вокруг, словно хотел убедиться, что в коридоре больше никого нет, и раскинул руки, приглашая её в объятия. Девочка широко улыбнулась и побежала вперёд, высоко прыгнула и повисла на его шее.

— Папа сказал, что он должен работать и оставил меня с тётей Бир, а она только и занимается тем, что наряжает меня в куклу. Это скучно. Я не хочу платья, я хочу форму, как у тебя и папы, — пожаловалась девчонка, и вампир рассмеялся в ответ на эти слова. — Ты приедешь сегодня?

— Извини, Мари, у меня много дел. Я загляну через пару дней, хорошо?

— Ладно, — насупилась девочка, когда он опустил её на пол. Мари подняла на Ди свои огромные голубые глаза, и у девушки дыхание перехватило — копия Мира, один в один, только глаза как у Клима до полного обращения. — Она что, человек?

— Да. Иди в комнату, не зли отца.

— Пока, дядя Клим, — помахала она ручкой и скрылась за дверью.

Ди молчала до самой машины. Села на переднее пассажирское сидение, покосилась на вампира, напряжённо сжимавшего руль, и не удержалась.

— Дядя? — тихо спросила она.

— Скажешь кому-нибудь, и я тебя убью, — прорычал он таким тоном, что внутренности сжались от страха.

— Зачем мне болтать, Клим? — выдавила девушка. — Она тоже не знает, что ты её отец?

— Нет. Это часть сделки.

— Но…

— Я не смогу вырастить её без ковена! — прокричал он, и зажмурился, пытаясь успокоиться. — Камень видела?

— Эльнир? И что?

— Он нужен, чтобы она росла. Взрослела. И без совета мне его не достать, а значит она пройдёт через полное обращение, станет бессмертным ребёнком. Знаешь какого это, вечно жить в теле пятилетки? Взрослеть лишь разумом? Я не могу так с ней поступить.

— Но ты расскажешь ей, однажды?

— Рассказать, что все близкие врали ей всю её жизнь? Кому от этого станет легче?

— Клим…

— Поехали. Хватит болтать впустую.

Глава 16

Просыпаться в двенадцать часов ночи — это, конечно, клиника. Мозг окончательно переставал понимать, когда ему надо работать, а когда отдыхать, и нагло отказывался функционировать. Голова раскалывалась так сильно, что пришлось выпить обезболивающее, и спустя минут двадцать до организма наконец дошло, что неплохо было бы ещё и поесть. Ди поморщилась, обнаружив в холодильнике лишь подсохший кусок пиццы и банку ананасовой консервы, перевязанную красной лентой, собралась было зайти на любимый сайт доставки, но в дверь позвонили, мешая этим жизнеутверждающим планам.

Заглянув в глазок и обнаружив на лестничной площадке черноглазого инкуба, девушка недовольно вздохнула. Она, конечно, говорила заехать, когда он выспится, но мог бы догадаться, что тащиться среди ночи не стоит. Девушка долго искала ключи, которые вчера от усталости умудрилась зашвырнуть в совершенно нелогичное место — на верхнюю полку, где лежали шапки и её шляпа — и за это время парень успел позвонить ещё трижды, чем знатно её разозлил.

— Что ты жмёшь то на него! У меня уже в ушах звенит! —