Пульт времени (СИ) - Владимир Алексеевич Абрамов

Догнать их в нынешних условиях можно только с помощью остановки времени. На лодке это сделать не получится, поскольку во время остановки времени вода становится кисельной. Лодка просто будет стоять на месте. Остаётся только идти пешком.

Воронцов нашёл Тагари.

— Друг, пожалуйста, отвези меня в Ласточку.

Цыган, не спавший почти сутки, выглядел уставшим и еле держался на ногах.

— Алексей, я отвезу тебя. Только доем, — поднял он на него усталые глаза, под которыми залегли темные круги.

— Конечно, ешь.

Тагари продолжил хлебать варево. Как только он поужинал, они отправились в дорогу.

Обратный путь был не таким быстрым. Конь спокойно бежал трусцой. Примерно через час привез Воронцова и цыгана в посёлок.

— Спасибо, Тагари, — слез с коня Алексей. — Отдыхай, а я сейчас соберу вещи. Мне нужно будет вернуться обратно в посёлок красноармейцев.

— Э-э-э, брат, я к тебе извозчиком не нанимался! — возмутился парень. — Слушай, я уже сплю на ходу, а ты предлагаешь мне обратно скакать.

— Тагари, дорогой ты мой, прости, но на кону жизнь почти всего посёлка и моей супруги с дочерью. И только ты можешь сейчас помочь.

— Эх… — тяжко вздохнул он. — Ладно. Я пока посплю. Разбудишь меня, как будешь готов, — цыган завалился на лавку у дома главы общины.

Алексей побежал в баню и умылся в холодной воде. Смыв с себя чужую кровь и сажу, перемешанную с потом, он вернулся в дом. Оделся в плотные льняные штаны, намотал на ноги портянки и обул походные сапоги из выделанной кожи. Поверх свежей льняной рубахи он накинул свою видавшую виды спецовку. За год она была заштопана в разных местах и застирана настолько, что потеряла свой первоначальный синий цвет. Светоотражающие элементы отвалились, а надпись УК «ЭВК» почти стёрлась и выцвела.

Всё это дело он прикрыл разгрузкой, честно добытой в бою с чистильщиками. Туда он сложил четыре магазина от автомата, пару гранат, две обоймы его любимого ТТ и свой охотничий нож. В вещмешок отправились пара бутылок с водой, вяленое мясо, спички, кусок ткани, немного овощей и небольшой котелок. Идти придётся примерно неделю при наилучшем раскладе. Проверив всё, Алексей взял автомат, закинул вещмешок на спину и вышел на улицу.

— Тагари вставай! — потряс он за плечо спящего цыгана.

Парень кое-как открыл глаза, и посмотрел одурманенным взором на главу общины.

— Ты что, серьёзно собрался в погоню за ними? — широко распахнул он глаза и удивлённо уставился он на Воронцова.

— Да, Тагари, я должен их спасти, и выбора у нас нет.

— Ладно, не мне тебя отговаривать. Зная тебя и твой дар, я верю в то, что у тебя получится.

Тагари отвязал коня и подвёл его к воротам. Воронцов дал команду, после чего тяжёлые ворота со скрипом открылись.

— Запрыгивай, и поехали, — забрался в седло цыган.

Воронцов забрался на спину коня, и они отправились обратно.

В посёлке красноармейцев кипела работа. Народу заметно прибавилось. Люди дружно разгребали завалы и хоронили мёртвых. Что интересно, всех своих мертвых товарищей пираты забрали с собой, видимо, чтобы похоронить на родине с почестями.

Воронцов нашёл Татьяну и попросил у неё одну лодку, которую не жалко, для переправы на правый берег. Он решил, что пойдёт по правому берегу реки, поскольку там больше шансов найти уцелевшую дорогу. Идти по хоть какой-то дороге лучше, чем пробираться по левому берегу через чащу.

Женщина молча выделила ему деревянный кулас — узкую длинную лодку, с плоским дном, которая идеально подходила для того, чтобы плыть одному.

Алексей нашёл среди толпы, Мишаню и Тимура, с которыми горячо попрощался и отдал борозды правления в руки Михаила на момент его отсутствия. Тимур порвался отправиться с ним, но Воронцов его резко отсёк.

— Помнишь, я говорил тебе про мой дар?

— Помню.

— Так вот, я не хочу, чтобы ты погиб из-за него.

Тимур расстроился, но лишь молча кивнул.

Товарищи проводили Алексея до лодки, после чего молча наблюдали за тем, как он гребёт на середину реки. Лодку подхватило теченье и понесло вниз по реке.

Алексей ударно работал веслами. Спустя несколько минут остров остался у него за спиной. Он прикинул скорость, и понял, что если будет плыть без остановки, то есть шанс догнать, корабль пиратов по воде. Средняя скорость течения Волги составляет шесть километров в час, плюс вёсла. Получается больше десяти километров в час. Стояла тихая безветренная погода, и это играло ему на руку. Штиль сковывал парусное судно и давал преимущество Воронцову.

Спустя два часа гребли он достиг огромного затона в Райгороде. Поднялся встречный ветер дующий с юга. Сильные волны так и норовили накрыть кулас и отправить его на дно. Пришлось причалить к берегу.

После того, как лодка была вытащена на правый берег, Алексей задумался. Пока он здесь, корабль уходит дальше вниз по течению. Если остановить хронопоток, то и плыть он не сможет. До Каменного яра осталось примерно пятьдесят километров.

Перстень сделал свое дело, и время остановилось. Волны замерли, так и не разбившись о песчаный берег.

— Дальше ножками, Воронцов, ножками! — обречённо выдохнул он, поднял вещмешок и накинул его на плечи.

Он подобрал себе палку и побрёл по песчаному берегу. Идя вдоль кромки воды по мокрому песку он то дело всматривался вдаль, пытаясь узреть паруса, но его взору представали лишь водная гладь и бушующая зелень на берегу.

Через полчаса он достиг речки Сарма, которая находилась на границе Волгоградской области. На противоположном берегу речушки начиналась Астраханская область. В своё время он часто ездил в эти места с кумом на рыбалку.

Подойдя к устью реки, он наступил в воду, которая, словно густая сметана, постепенно уходила из-под его ног. Ещё шаг, и он стоял на воде, медленно погружаясь в неё. Стоять было нельзя. Воронцов быстро пошёл по воде, словно бог.

После того, как перешёл через реку, он посмотрел назад с восхищением в смеси с восторгом. Уже второй год он носил волшебный перстень и совершенно не думал о таком способе перемещения.

Через некоторое время Воронцов удобно расположился на огромном поваленном ветром стволе тополя и жевал вяленое мясо. На левом берегу был виден Булгаковский ерик. Берег сильно изменился с последнего посещения Воронцова, что неудивительного, поскольку прошло больше ста лет. Отсутствие ГЭС накладывало свой отпечаток на русло реки.

Ноги болели так, что идти дальше желания не было. Поэтому решено было устроить привал. После обеда мужчина развалился на сухой траве и уснул. Сон лучшее лекарство в данной ситуации. А опоздать и не