Каисса - Чижков Виталий Алексеевич

И вот как вышло все.

Чего она тогда могла ждать от Богдана? Он был готов пустить пулю в Матвея еще тогда, на вершине кургана, и если бы она не вмешалась… А как он улыбался тогда, в операционной, когда события накалялись!..

Кларе стало дико, страшно стыдно. Она было сделала несколько быстрых шагов к дому Богдана. Но потом вдруг осознала: да гори оно огнем! Что она предпримет, если Карпова убили? Против вооруженного бывшего силовика с нездоровой психикой – чего только стоят эти его разговоры с пустым местом?

Она ускорила шаг, и две минуты спустя ей встретились трое полицейских. Они стояли метрах в пятидесяти. Клара подняла руки и сбавила шаг. Ее заметили. Один, в шлеме с зеркальным забралом, отражающим огни обительских фонарей, что-то оживленно начал говорить соседу – молодому и смешному пареньку, чье лицо было открыто, а балаклава задрана и напоминала чепчик. Он выглядел напуганным.

Паренек вскинул оружие. Was zur Hölle?![55]

В уши задувал ветер, пригоняющий фиолетовые тучи. Знакомый цвет неба. Как знакомы люди, которых бы лучше не знать. Вроде Богдана. Били воздух лопасти вертолетов, устремивших вниз лучи прожекторов.

Гремели колокола. Им-то было весело. Смотреть сверху вниз с часовен на возню людишек… У колоколов железное сердце.

Клара не услышала щелчок затвора. Зато увидела движение: потянул… отпустил.

Паренек направил ствол прямо на нее!

Сердце упало куда-то вниз. Клара почувствовала его быстрые толчки где-то внизу живота. Оно звенело, как пятый по счету будильник утром заведомо тяжелого дня, купалось и бурлило во внутренностях, погруженное в ледяную газировку, которую Клара выпила незадолго до… Да она буквально ощущала на своем сердце щекочущие пузырьки – вот как ей было жутко!

Все замедлилось. Сначала она увидела столп пламени из ствола. Затем, как будто через десять минут, услышала оглушительный рокот. А еще через час – щелчок пули в метре от себя, словно удар хлыста, поднявший с дорожки столбик песка. Хотя все это не заняло и секунды.

Мальчик сосредоточился, нахмурился. Начал целиться тщательнее.

Течение времени вернуло свою скорость. Более того, стало еще быстрее. Клара метнулась за угол дома – тут везде были углы домов – и скрылась дворами.

Страха не было. Она понимала, что никто ее не догонит, не отследит без дронов. Но было обидно. Дико, страшно обидно. Как должно быть обидно неизлечимому, который находится на смертном одре и слышит новость, что завтра в продажу поступит лекарство от его болезни. Полиция была единственным спасением. Зачем они стреляли?

Времени раздумывать не было. Клара на автопилоте донеслась до дома Богдана. Потому что, как бы опасно там ни было, безопаснее точно не будет нигде.

Богдан.

13 августа 2035, понедельник, поздний вечер

Богдан услышал за окном выстрел из АК-103. Вздрогнул.

Матвей, сидящий в перепачканном больничном халате в углу комнаты, тоже вздрогнул.

Богдан успел дать ему горсть обезболивающих и сейчас перевязывал правую руку бинтами, обработав предварительно зеленкой. Выстрел был филигранным. Пройдя по касательной, он вспорол мышцу. Половинка чипа торчала из раны – Богдан не решился извлечь ее и просто залил той же зеленкой, – а вторая половинка ускакала вместе с гильзой куда-то под кровать.

В дверь дома начали барабанить.

Богдан прошел по коридору. Он увидел лицо соседа, выглядывающего из смежной комнаты. Но тот, сделав испуганную гримасу, тотчас же юркнул в свое обиталище. Богдан уловил звуки закрываемого на все возможные обороты замка.

– Ты что, убил его?! Зачем?!

Опять Клара. Опять ворвалась в дом и забежала в комнату. Богдан вздохнул и поплелся следом. Эта девушка до добра не доведет. Шлепнуть бы ее прямо здесь – так греха не оберешься. Непонятно, как Владыка отнесется к такой самодеятельности. Но руки чесались. Пистолет, заткнутый за пояс пижамных брюк, холодил поясницу.

А ведь Богдан планировал поспать. Ромашка в кружке на прикроватной тумбочке уже остыла и подернулась радужной пленкой.

– Фуф! Господи, Богдан, я думала, ты его убил! – Взмыленная Клара смотрела на почти целого Матвея и не могла отдышаться, на ее лице читалось явное облегчение. – Теперь чипа нет?

– Отстрелил, – процедил Богдан. – Все с Карповым в порядке. Напуган немного только.

– Мальчики, я пойду с вами в курган, – сказала девушка, успокоившись. – Пока ничего не понимаю, но – пойду.

Карпов сидел, морщился и теребил повязку.

– Да ладно тебе, вон у меня вообще руки нет, – продемонстрировал культю Богдан. – И что мне с вами теперь делать? Клара, я думаю, нужно идти к Льву Ивановичу. Он милостив. Он разберется. Полиция в общине – не к добру.

– Тут такое дело… – произнес Матвей. – Она… мы… напали на Пистолетова. Это была самооборона! Я не знаю, что с ним, но у нас реальные проблемы. В курган нужно уходить.

Клара замотала головой и зашикала на Карпова. Потом посмотрела на Богдана в ужасе. Молитвенно сложила руки.

– Богдан, ты всегда нас выручал! – затараторила Клара. – Не губи нас. Это правда защита была. Пойдем в курган! Bitte![56]

Богдан кусал губы. Новость о нападении на Владыку ошарашила его. За эти четыре дня в Обители он уже привык к тому, что Лев Иванович – непоколебимая глыба, колосс. А тут какая-то Блудница и Демон самим фактом нападения – Богдан даже боялся представить, что там случилось, в каком состоянии сейчас батюшка, жив ли он вообще и если жив, то какой силы гнев может обрушить, – осквернили все в этом месте! Рука сама потянулась за спину…

Не здесь. Не при соседях. Пока вокруг полиция – шум ни к чему. Да и данные о местоположении чипа Карпова обрываются в этой комнате. Это значит, вот-вот пожалуют бывшие коллеги. Удивительно, что их до сих пор нет.

Богдан полез в ящик и достал ключ. Красивый, тяжелый, фигурный.

– Мы идем в библиотеку, – сказал Богдан.

– В библиотеку? – переспросили Матвей и Клара хором.

– Да, черт побери! В библиотеку! – рявкнул Богдан неожиданно для себя самого. – В это кладбище мыслей.

– Но зачем? Как же курган? – спросила Клара.

Богдан зажмурил глаза и досчитал до пяти, успокаиваясь. После попробовал максимально доходчиво и медленно объяснить:

– Через северный пропускной сейчас идти опасно. Насколько я понял, тут намечается штурм, большая буча. А вас не ждут ни по одну, ни по другую сторону. Вообще, выставить бы вас на улицу – и крутитесь сами. Но могут же приплести и меня! – Богдан ткнул в свою грудь стволом ярыгина, как-то оказавшимся в руке. И Матвей, и Клара были напуганы, смотрели на пистолет не отрываясь. Особенно Карпов, успевший познакомиться с оружием поближе. – А я просто делаю свою работу. И ни в чем, ни в чем не виноват! Знать не хочу, что вы натворили. Но последним указанием батюшки было следить за вами. Это я и продолжу делать… Вы мне не нравитесь, оба. Но спасение даже тех, кто не нравится, – не это ли подлинная человеческая добродетель?

Богдан указал оружием на выход. Матвей и Клара послушно попятились к двери.

– Библиотека – место глухое, тихое. На двери сломан сканер отпечатков, поэтому повесили замок. Ключ от него Владыка подарил мне в знак признательности. Какого человека огорчили! – выкрикнул последнюю фразу Богдан, на миг повысив голос. – В библиотеке можно укрыться, запремся изнутри, зайдем в подвал… Ни жители, ни полиция нас не найдут. Чипа-то нет больше. Дроны не летают тут. И рядом она – здание напротив. Поспешим же!

Пока они шли по коридору, любопытный сосед опять приоткрыл дверь.

– Доброй ночи, брат, – сказал ему Богдан, ехидно улыбнувшись.

Сосед опять в панике скрылся в комнате.

Оказавшись в библиотеке, Богдан выглянул в окно и убедился, что полиции рядом нет. На площади неподалеку собиралась толпа. Врач, оттяпавший руку Богдану, разглагольствовал с крыльца. Колокольный перезвон утих до редких ударов. Вертолеты летали туда и сюда, освещая непроницаемую черепицу крыш. Толку-то…