Шабаш Найтингейл - Стим Виолетта ViolettSteam

– Деметра как-то говорила, что мечтала бы провести отпуск в Эйрине, – начала Рубина, останавливаясь возле кафе с круглыми уличными столиками. – А я…

– Считаешь, что в Элизиуме красивее, чем там? Мне тоже так кажется. Понимаю, почему твоя мать предпочла прятаться в этом городе, а не на Нью-Авалоне, – одобрительно проговорил Дрейк. – И все-таки мы не можем просто так шататься по улицам. Как узнать, что здесь может быть связано с нашим миром и его историей? Нельзя же спрашивать у каждого прохожего?

Телефон, как он проверил, отлично ловил связь, но со всех онлайн-карт они попросту исчезли. Да и поиск в интернете не выдавал об Элизиуме ничего, кроме общеизвестных фактов античной мифологии.

– А мне здешние жители кажутся очень гостеприимными и дружелюбными, – возразила Рубина. – Когда все закончится, я обязательно приеду сюда еще раз. Пожалуй, стоит постараться выжить только ради этого.

И, стряхнув со своего черного пальто пару невидимых пылинок, она уверенным шагом направилась к проходящей мимо даме в берете, ведущей на поводке упитанного бульдога.

– Простите, мадам, вы не могли бы подсказать, где найти информацию об истории этого города? – лучась вежливостью, спросила Рубина.

– О, мадемуазель, – расплылась в смущенной улыбке женщина. – Вы туристы? Я не слишком хороша в английский язык. Вам нужен l'office du tourisme… Я имею в виду информационный центр. Он… на avenue des Loups-Garous. Это…

Она растерянно замялась и замолчала, явно пытаясь вспомнить нужные слова на английском. Ее пес неуклюже топтался на месте и зачем-то пытался обнюхать подол платья Руби. Дрейк пришел даме на помощь, и вместе они быстро выяснили, что информационный центр находился через две улицы от той, на которой они сейчас стояли.

Купив и выпив по пути пару стаканчиков какао, Дрейк и Рубина вышли на широкую авеню, где располагалось нечто вроде блошиного рынка. Прилавки под временными тканевыми палатками были переполнены артефактами, изготовленными мастерами со всего мира. Отовсюду слышалась не только французская речь, но и английская, и испанская, и даже китайская. В отличие от мрачного Нью-Авалона, этот мир был явно рад гостям.

Об этом свидетельствовала и большая вывеска на первом этаже одного из зданий: Le Centre d'Information des Visiteurs d'Élysium. На окнах-витринах под ней размещались стилизованные под старину рекламные плакаты с описанием музеев, достопримечательностей и экскурсионных туров по ним.

– Ну ничего себе, – удивился Дрейк. – Центр информации для посетителей Элизиума. Не хочешь сходить на экскурсию по городу?

– Очень смешно, – фыркнула Рубина. – Давай ты теперь будешь говорить? Ты хотя бы знаешь французский.

Потянув на себя тяжелую дверь со стеклянной вставкой, они зашли внутрь и оказались в толпе таких же туристов из разных стран. Разделяясь на три организованные очереди, люди подходили к информационным стойкам, за которыми стояли молодые сотрудники в голубой форме.

Стоя в ожидании своей очереди, Дрейк прислушивался к чужим разговорам. Оказалось, что такое явление, как магический туризм, существовало уже много десятилетий и было распространено едва ли не во всех скрытых магических мирах… кроме проклятого Нью-Авалона, который никого не привлекал. Он вспомнил, как однажды предлагал отправиться в такое путешествие Деметре Лоренс, и подумал, что теперь это стало бы неплохой мечтой для него самого.

Очередь двигалась быстро, и уже через несколько минут немолодая супружеская пара из Японии, стоявшая перед ними, получила свои билеты на экскурсии и несколько буклетов. Дрейка и Рубину поприветствовала симпатичная ведьма за стойкой, мгновенно распознав в них англичан.

– Добрый день! Чем могу вам помочь? – спросила она на чистом английском, с белозубой ослепительной улыбкой. – Мы предлагаем обзорные экскурсии по городу с обязательным посещением шато де Буффон и сада л'Эспуа дю Шевалье, а также экскурсии по музеям истории Элизиума, магических амулетов, парфюма и моды, и…

– Музей истории, – зашептала Рубина, сжимая локоть парня. – Кажется, нам все-таки придется сходить на экскурсию.

– Подожди, – прервал ее Дрейк и обратился к работнице центра: – Нам необходимо узнать информацию об одном человеке.

– Мы не предоставляем подобную информацию, месье, – заученно ответила девушка. И вдруг вид ее стал более любопытным – по всей видимости, похожие вопросы приходилось слышать не так часто. Она спросила чуть тише: – А о ком вы хотели бы узнать?

– Его имя Тристан Найтингейл, – сказал Дрейк, бросая взгляд на Рубину. – Он мог жить здесь когда-то очень давно.

Судя по выражению лица жены, она считала эти расспросы бесполезными. Каковы были шансы того, что обычная сотрудница информационного центра слышала о каком-то безызвестном мужчине из шестнадцатого века?

Однако девушка на секунду нахмурилась, а затем вновь заулыбалась.

– Вы имеете в виду великого маэстро Тристана Россиньоля? Никто здесь не называет его по фамилии Найтингейл, потому что… ну, вы знаете… она английская, – сотрудница чуть смутилась. – Вся информация о нем и его жизни есть в музее истории.

– Выходит, Тристан Россиньоль здесь хорошо известен? – приподнял брови Дрейк и, не слушая Рубину, шептавшую ему на ухо что-то про покупку билетов, продолжил: – В Элизиуме могли остаться его потомки. Вы, случайно, не знакомы с ними?

– Вы спрашиваете из праздного интереса… или с какой-то целью? – уточнила девушка, и Дрейк различил в ее голосе нехорошие настороженные нотки.

Он запоздало сообразил, что, не зная ничего о таинственном маэстро Россиньоле и его достижениях, увековеченных в музее истории, должен был сохранять осторожность, чтобы случайно не навлечь на них неприятности. Жена, по всей видимости, посчитала так же.

– Простите, мы лучше просто прогуляемся по городу, – поспешила сказать она и уже потянула Дрейка за руку, однако перед ними возникла непреодолимая невидимая стена. Люди, стоящие в очереди позади, с недоумением переглянулись и зашептались, посмотрев на них как на внезапно пойманных преступников. А сотрудница центра, применившая чары, уже звонила кому-то по телефону.

– Пожалуйста, подождите здесь, – вежливо попросила она после короткого разговора на таком торопливом французском, что даже Дрейк не успел разобрать слов. – Сейчас вас встретят и проводят до необходимого места.

Туристы перестроились в две очереди, продолжая поглядывать искоса. Не прошло и пятнадцати минут, как за Дрейком и Рубиной действительно явился мужчина в черном костюме и, поблагодарив позвонившую ему девушку, жестами попросил выйти с ним.

Не глядя на жену, взгляд которой наверняка метал молнии, Дрейк молча повиновался. Что-то подсказывало ему, что с этим мужчиной не стоило ссориться. Пока было неясно, в чем вообще дело, оставалась надежда просто отболтаться.

Сопровождающий провел их по улице мимо палаток торговцев артефактами к стоящему на обочине дороги старинному на вид автомобилю, больше напоминающему карету без лошадей, – так они выглядели, когда только-только появились в конце девятнадцатого века. Однако этот автомобиль, в отличие от чудом сохранившихся антикварных экземпляров, казался совсем новым.

Работал он на особых чарах, как понял Дрейк чуть позже. А подобные транспортные средства успешно заменяли в Элизиуме конные экипажи, привычные по Нью-Авалону. Впрочем, даже таких автомобилей на дорогах было совсем немного – поэтому они с Рубиной не увидели их раньше. Куда популярнее среди жителей были самые обычные велосипеды.

Колеса грохотали по мостовой, и даже мягкие кожаные сиденья не уменьшали ощущений от сильной тряски. Мужчина, сидевший за рулем, развернулся и повез их в обратную сторону, к главной площади с Триумфальной аркой. Рубина заметно испугалась и сжала руку мужа – она совсем не хотела возвращаться в Эмайн без ответов. Дрейк и сам торопливо размышлял, что делать, если их выгонят обратно в Париж.

Мужчина между тем вновь повернул руль на главной площади и направил автомобиль на бульвар Шатои, ведущий к дворцу, который Дрейк с Рубиной уже видели раньше, и все стало еще непонятнее. Дрейк попытался было спросить водителя об этом, но тот лишь неопределенно покачал головой в ответ.