Незваная гостья - Синди Холбрук

– Но разве подобные вещи могут интересовать настоящую леди? – ехидно заметил он.

Capa прикусила губу. Он, как всегда, был прав.

Какое ей дело до сена и видов на урожай? Было время, когда он пытался рассказывать ей о подобных вещах, но она никогда не вникала в них.

– Ты прав, – согласилась Capa и сделала глоток чая.

В этот момент в гостиную вернулись Мелани и Кендалл.

Они вошли, держась за руки. Глаза Мелани сияли ярче звезд, щеки украсил нежный румянец.

– Capa и Джеффри, – торжественно начал Кендалл, – рад сообщить вам, что Мелани дала согласие стать моей женой.

– Что?! – Чашка выскользнула и упала Саре на колени, но она даже не обратила на это внимания. Отец! Ее отец женится на Мелани! Она была потрясена.

– Поздравляю, – сказал Джеффри и быстро встал со стула. Он достал из кармана носовой платок и протянул его Саре.

Сияние в глазах Мелани пропало, она озабоченно бросилась к Саре.

– С тобой все в порядке?

– С ней все в порядке, – заверил Джеффри и взял с ее колен опустевшую чашку. – Правда, Capa?

Capa растерянно посмотрела на него. Джеффри ответил ей твердым, ободряющим и поддерживающим взглядом.

Скомканным платком она попыталась стереть чайное пятно на юбке, но безуспешно.

– Да… Конечно… Все в порядке… – заговорила она невнятным, срывающимся голосом. – Боже, все насквозь мокрое! Я должна пойти поменять платье. Обедайте без меня.

Кендалл сочувственно посмотрел на дочь, а Мелани заметно побледнела.

Capa вскочила и выбежала из гостиной. Стремглав ворвавшись в свою спальню, она бросилась на кровать и уставилась в потолок. Отец женится на Мелани!

Никогда прежде Capa не задумывалась о том, что Кендалл может вторично жениться. И никогда прежде не понимала, что в ее жизни значит отец. Сейчас он ускользал от нее, а значит, рушилась вся жизнь Сары, словно лишенная самой главной опоры.

Она заморгала, чувствуя подступающие к глазам слезы. Никто не имеет права занять место ее покойной матери. Саре всегда было хорошо рядом с отцом. Между ними существовала крепкая невидимая связь. Они, по сути, были не просто дочерью и отцом. Они были близкими, верными друзьями. И им никто больше не был нужен.

Сегодня все это рухнуло. Отец полюбил другую женщину. Полюбил ее так же сильно, как всегда любил только Сару. Как, когда это все случилось? Впрочем, не это важно. Важно другое – рвутся нити, связывающие их с отцом. Вот это – настоящая трагедия.

В дверь постучали. Скосив глаза, Capa увидела стоящего в дверном проеме Джеффри.

– Что тебе здесь нужно? – спросила Capa. – Прошу тебя, уходи.

Джеффри внимательно осмотрел спальню Сары.

– Горничную ты до сих пор не позвала, как я вижу, – заметил он.

– Сейчас позову, – недовольно пробурчала Capa и отвернулась.

– Поторопись, – сказал Джеффри. – Микум говорит, что обед уже можно подавать.

Он подошел к одному из платяных шкафов Сары и открыл его.

– Великолепная коллекция! – сказал Джеффри и вытащил одно из платьев, богато расшитое золотом. – Вот это подойдет, я думаю.

Capa озадаченно наблюдала за Джеффри.

– Что ты делаешь? – спросила она. Джеффри обернулся, держа в руках платье.

Серые глаза его были спокойными и внимательными.

– Хочу помочь тебе выбрать платье, пока не остыл обед. Сама-то ты еще целый час прокопаешься.

– Какое тебе дело? – сердито спросила Capa, спрыгивая с кровати.

– Не заставляй себя так долго ждать, – твердо сказал Джеффри. – Пойми, что каждая минута твоего опоздания заставляет страдать и Кендалла, и Мелани. Ты так стремительно убежала из гостиной, даже не поздравила их!

– Они страдают, вот как? – сердито спросила Capa и отвернулась. – А что тогда обо мне говорить?

– А что, собственно, с тобой? – удивился Джеффри. – Ты должна быть рада за своего отца. Ведь он нашел наконец женщину, которую полюбил и которая полюбила его.

Capa резко обернулась.

– И вы так спокойно говорите об этом, милорд? И для вас неважно, что женщина, которую любит мой отец и которая любит его, – ваша невеста?

Джеффри покачал головой:

– Уже неважно. Когда твой отец заговорил со мной о Мелани, мне неожиданно открылась вся правда. Я понял, что никогда по-настоящему не любил Мелани, как, впрочем, и она меня.

– Отец говорил с тобой? – удивилась Capa, и сердце опять заныло. – Тебя он спросил. Почему же он не спросил меня?

– Не знал, чего от тебя ожидать. Не осуждай его.

Capa опустила голову.

– Уйди, Джеффри, – попросила она его.

– Нет, – ответил он. – Я пришел, чтобы помочь тебе одеться. И не оставлю тебя одну в таком настроении. Будешь тут дуться…

– Я не дуюсь, – Capa величественно подняла голову и одарила Джеффри ледяным взглядом.

– А как же тогда назвать твое поведение? – спросил он.

– Просто я не могу сейчас вернуться в гостиную. Не могу!

– Можешь, – настаивал Джеффри.

– Оставь меня в конце концов, – огрызнулась Capa и беспомощно махнула рукой. – Как ты не понимаешь? Впрочем, что ты можешь понимать!

Джеффри подошел ближе, заглянул Саре в глаза.

– Я все понимаю, – сказал он. – Я и сам не люблю перемен, особенно неожиданных. Впрочем, ты и сама знаешь.

– Знаю, – раздраженно ответила Capa. – Только это гораздо серьезней, чем переставленная с места на место мебель в твоей гостиной! Не правда ли?

– Конечно, – согласился Джеффри. – Речь идет о счастье твоего отца.

Capa молча смотрела в глаза Джеффри.

– Надо быть выше обид, Capa, – продолжал Джеффри. – Ты умеешь это, я знаю. Не раз видел, как ты преодолевала разные обстоятельства. К тому же на сей раз эти обстоятельства могут оказаться счастливыми и для тебя самой.

– Я часто разочаровывала тебя, правда? – сухо спросила Capa.

– Раньше – да, но это все в прошлом, – мягко сказал Джеффри. – Согласись, твой отец и Мелани идеально подходят друг другу.

Взгляд Джеффри, теплый и нежный, немного успокоил Сару. Остались только усталость и легкая грусть.

Не в силах больше выдержать этот взгляд, Capa опустила глаза и отвернулась.

– Возможно, – прошептала она.

– Не возможно, а точно, – рассмеялся Джеффри. – Черт побери, твой отец увел у меня из-под носа невесту, и то я не расстраиваюсь. А ты что грустишь? Ведь Мелани у тебя отца не отбирает!

– Не знаю, – с сомнением ответила Capa.

– Они оба любят тебя, Capa, – сказал Джеффри. – И я…

– Что? – спросила Capa, чувствуя, как бешено колотится в груди сердце.

Джеффри задумался.

– Я… твой друг, – сказал он. Capa разочарованно вздохнула:

– Я знаю…

– Я не оставлю тебя, – чуть тише добавил Джеффри. – Обещаю тебе.

Capa кивнула и проглотила подступившие слезы. В конце концов, где ее гордость?! Хватит ныть. Она через силу улыбнулась.