Нариса Карди: Жизнь на Грани - Елена Подплутова

— Отвечаю по порядку, — слегка улыбнулась мне предводительница, но глаза смотрели цепко. Я выдавила из себя ответную улыбку. — Пока ты будешь подкрепляться с дороги, я отзову с патрулирования Кифару и прикажу ей показать тебе наше поселение, представить если не всех, то многих наших воительниц, да и вообще помогать тебе во всём, пока ты наша гостья. Обычаи у нас есть, но ни один тебя не коснётся, можешь по этому поводу не волноваться. Правил тоже немного, в основном те, что касаются дисциплины. Ты сама воин, прекрасно знаешь, насколько она важна.

Единственное, у нас не принято открыто оскорблять друг друга. Если тебе показалось, что кто-то из воительниц имеет что-то против тебя, ты можешь вызвать её на поединок. Это может быть простой поединок, так сказать, подрались, спустили пар и разошлись. Или поединок чести — при свидетелях и судье в моём лице. Второй вид поединка мы предпочитаем в действительно серьёзных спорах и распрях.

Что касается твоего имущества, то оно твоё, хотя может случится такое, что кому-нибудь из сестёр понравится какой-то из твоих рабов. В таком случае она подойдёт к тебе и прямо заявит о своих намерениях, попросив твоего разрешения. Если ты согласна их удовлетворить, то всё нормально, если нет, сразу откажи. Возможно, в некоторых случаях тебе придется отстаивать своё с мечом в руках. Впрочем, я думаю, что ничего такого не случится.

— Спасибо, Лимара, за разъяснение, — небольшой намёк на поклон и я плавно поднялась со стула. — Простите, мне хотелось бы немного отдохнуть, если вы не против.

— Конечно, — она тоже поднялась и, проводив меня до двери, приказала стражнице проводить меня в дом для гостей. — Мне было очень приятно поговорить с тобой, Нариса.

— И для меня наша беседа оказалась познавательной, — в том же тоне ответствовала я, слегка улыбнувшись.

Проводив меня в дом для гостей, находившийся в самом центре поселения и ничем от других домов не отличавшийся, моя провожатая вернулась на свой пост. Я же под любопытными взглядами ближайших ко мне воительниц вошла в дом. Обстановка в нём была очень аскетичной: две комнаты, настолько маленькие, что в них помещались только узкие кровати, застеленные тонким матрасом и небольшие окошки в стене у изголовья, затянутые бычьим пузырём. В последней комнате находилась небольшая печь, видимо, для нагрева воды и обогрева зимой, деревянная лохань в углу комнаты и пара вёдер. Где находился не менее нужный домик на заднем дворе, я пока не знала.

Ян и Дар тоже находились в доме, хотя я, честно говоря, думала, что их куда-то уведут. Нет, ребята тихо сидели на одной из кроватей, негромко переговариваясь. Знаками спросив, нет ли тут каких-либо лишних ушей и получив отрицательный ответ, я повесила полог тишины, и устало плюхнулась рядом с ними. Краткий пересказ моего разговора с предводительницей занял пару минут, и, поздравив меня с прекрасно проведённым первым раундом, ребята посоветовали не расслабляться.

Едва я сняла полог, как в дверь дома постучали. Это оказалась Кифара, каким-то неведомым способом вернувшаяся с патрулирования, куда (я это точно помню) её снова отправила Лимара. Как можно было так быстро сходить туда и вернуться обратно, я не знала. Но намеревалась выяснить.

— Здравствуй, сестра. Предводительница послала меня быть твоим проводником и помощником на то время, пока ты находишься у нас в гостях, — улыбаясь, чётко сказала она. Угу, и соглядатай в одном лице. — Может, у тебя уже есть какие-то пожелания?

— Знаешь, я не прочь перекусить. Да и рабов моих надо покормить. Где тут у вас можно найти еду? — начала я с самой, пожалуй, нетривиальной темы.

— Пойдём, покажу. У нас общая кухня на всех, там мы готовим по очереди. Конечно, часть работы делают наши рабы, но само приготовление пищи мы им не доверяем, — пока мы шли к кухне, рассказывала Кифара. — Некоторые из них всё ещё не смирились со своей судьбой и могут попытаться сделать что-то нехорошее. А перед предводительницей потом отвечать никому не хочется.

Дойдя до места общей кухни, располагавшееся на соседней к главной площади полянке, я не увидела ни столов, ни стульев, только несколько костров с подвешенными над ними вёдрами и котелками, да пятерых женщин и двух мужчин, находившихся возле низ. Подойдя к одной из воительниц, Кифара указала на меня и что-то ей сказала. Та кивнула и вскоре я оказалась обладательницей большой съедобной лепёшки, на которой лежали куски мяса, что-то типа салата и гречневая каша. Сказав, что один из рабов отнесёт еду для Яна и Дара в гостевой дом, мы с Кифарой сели под осину, росшую на краю поляны. Пока я частично руками, а частично кусая прямо вместе с лепёшкой, поглощала кашу и мясо, Кифара, оказавшаяся моей ровесницей, рассказывала о порядках среди воительниц, тренировках, патрулях, шитье доспехов и вообще о жизни в посёлке. То ли по натуре была болтушкой, то ли зубы мне заговаривала, чтобы лишнего не спросила.

Доев свой завтрако-обед, я вытерла руки о траву и спросила Кифару о детях. Часто ли рожают воительницы? Оказалось, что право на ребёнка надо заслужить, во-первых, показав свою доблесть в бою, а во-вторых, привезя на остров раба как будущего отца своих детей. Поскольку с каждым новым заплывом на материк привезти раба становится всё сложнее, то и детей в последнее время рождается всё меньше и меньше.

Например сейчас в посёлке проживает всего около пятидесяти малышей до трёх лет, сотня от трёх до десяти и около двухсот подростков разного возраста.

Решив немного отвлечь её от хоть и волнующего меня вопроса, но хорошего понемножку, я попросила немного больше показать мне посёлок. Оказалось, что он неровными кругами расходился от центра леса к окраинам. Точное число воительниц Кифара мне так и не назвала, да я и не настаивала, но прикинув по числу детей и количеству домов, предположила, что их не меньше одной — полторы тысячи. М-да.

Ещё мне было очень интересно узнать, где живут те самые рабы, которых воительницы увозят из Веранодеры. Оказалось, что в основном те из них, кто уже давно попал сюда, смирился со своей участью и даже успел дать потомство с кем-то из воительниц, живут с ними в одном доме и даже частично имеют возможность воспитывать своих детей. Этакая своеобразная семья. Иные, те, кто либо только недавно на острове, либо те, кого никто из воительниц не выбрал, или такие, кто не зачал детей, жили отдельно, в одном доме. Их использовали как рабочую силу, не особо жалея. Мне даже показали этот дом. Честно говоря, конюшня дяди Карада и та выглядела получше.

Ещё немного погуляв, мы вернулись на главную площадь. Спросив, хочу ли я с кем то знакомится и получив утвердительный ответ, Кифара привела меня к своим подругам и представила их. Якира, Марека и Нала были её ровесницами и надеялись в следующий раз войти в команду корабля, курсирующего между материком и островом. Причина была банальна: девочки хотели доказать предводительнице, что они уже умелые воины и привезти новых рабов, своих личных. Кроме этого, их разговоры ходили вокруг оружия, тренировок и того, кто что нового видел на патрулировании. Мне стало скучно минут через пять.