Флинкс на распутье - Алан Фостер

— Правда, особых удобств не обещаю. У меня ведь не пассажирский лайнер. На судне всего три жилых помещения.

— Куда бы вы ни поместили раненых, уверен, им будет лучше, чем здесь. Наши врачи рекомендуют доставить их на Большую или Малую Толию.

— Я бы, пожалуй, отвез их на Горису. Расстояние примерно такое же.

— На Горису? Я сам там ни разу не бывал, но наслышан. Что ж, не вижу причин возражать. Да мы и не в том положении, чтобы приказывать вам.

— Верно.

— Я сообщу о вашем согласии моим коллегам. А когда вы будете готовы к отлету? Жизнь некоторых пострадавших зависит от того, как быстро удастся доставить их в клинику.

— Хоть сию минуту.

— Как вы благородны!

На самом деле благородства тут было немного. Решение Флинкса частью объяснялось его желанием сохранить защитную окраску, частью — желанием поскорее убраться с Тоннеля.

— Надеюсь, вы согласитесь передать властям наше донесение о случившемся? К сожалению, у нас даже нет описания судна, на котором прибыли бандиты.

— Я отправлю ваше донесение по лучевой связи, как только выйдем из межпространства, — пообещал Флинкс. — Сколько нужно рейсов шаттла, чтобы доставить всех на орбиту?

— Каюсь, я взял на себя смелость хорошенько рассмотреть ваш шаттл. По-моему, двух рейсов будет достаточно. Вы возьмете с собой тех, кто лишился конечностей или внутренних органов. Здесь, к сожалению, нет трансплантационных банков и регенерационной техники. Вместе с пострадавшими мы пошлем двух врачей, чтобы в пути наши товарищи не оставались без ухода. Право, я не знаю, как выразить вам мою…

— Не стоит. Любой на моем месте поступил бы точно так же.

Разумеется, это было преувеличением. Но Флинкс не любил, когда его благодарили за добрые дела, даже если он того заслуживал.

— Тем более спасибо.

Лейтенант повернулся и быстро пошел к выходу. Флинкс не сомневался, что он торопится сообщить добрую весть начальству колонии.

Юноша медленно осушил стакан и задумался.

Флинкс на распутье

▼▼▼

Глава пятнадцатая

Флинкс меньше всего ожидал увидеть Клэрити во время второго, последнего, рейса шаттла. Крошечное суденышко было набито до отказа, несмотря на заверения лейтенанта, что тяжелораненых будет немного. Но это не тревожило Флинкса — он никуда не спешил и мог сделать сколько угодно рейсов. Жилые помещения уже заполнились койками и кислородными камерами, но вокруг фонтана пока оставалось свободное пространство.

— Ты тоже ранена?

Клэрити поморщилась. Слова Флинкса прозвучали довольно резко, и он тотчас раскаялся.

— Нет, просто решено отправить официального представителя компании. Необходимо передать отчет о нанесенном ущербе, чтобы потом заказывать новое оборудование. У Эйми сейчас других забот выше головы, да к тому же рука сломана, а я временно не у дел, вот и послали меня.

— Понятно.

Он повернулся, чтобы идти.

— Извини, — торопливо добавила она. — Я постараюсь не попадаться тебе на глаза. Прости, если сделала тебе больно.

— Мне? Больно? Не смеши. Посмотри, разве я похож на убитого горем?

— Флинкс!

— Прекрати. Я знаю, что ты меня боишься. Похоже, я наговорил лишнего. А кое-что ты даже видела своими глазами. Но у меня не было выбора. Без помощи сумакреа нам бы ни за что было не выйти из диких пещер.

С плеча Флинкса спорхнул Поскребыш, устроился на шее Клэрити и затеял игру с ее косицей. В косу, заметил юноша, была вплетена золотистая нить.

— Между прочим, кое-кто рад тебя видеть. — Флинкс не сдержал улыбки, наблюдая, как Поскребыш возится с белокурыми волосами девушки. Та, хихикая, протянула руку, чтобы погладить змееныша.

— Он здорово привык к тебе. Ты могла бы позволить ему остаться с тобой.

Клэрити пристально смотрела на Флинкса. На какой-то момент страх перед этим человеком пропал.

— Спасибо тебе, — произнесла она.

— Да не за что. — И Флинкс ушел к раненым.

Ему не хотелось заводить с Клэрити серьезный разговор. Хватало более неотложных дел — впереди был долгий путь сквозь межпространство, требовалось подготовиться к полету, учесть все до последней мелочи.

Но когда все это было сделано и «Учитель» стартовал, ситуация изменилась. Находиться все время в центре управления не было никакой необходимости, и у Флинкса появилась уйма свободного времени, проводить которое на переполненном корабле было совершенно негде, кроме личной каюты. И он вовсе не был таким нелюдимым, каким себе казался. Поэтому встречи с Клэрити происходили довольно часто, и молодые люди общались подолгу, правда, уже без той игривой интимности, которая сопровождала их прежние отношения.

Несколько раз Флинксу казалось, что Клэрити вот-вот разоткровенничается, попытается объяснить причину своего страха и неуверенности, но в последний момент она спохватывалась и меняла тему разговора. Флинкс решил, что если ее тянет в чем-то признаться, она все равно это рано или поздно сделает. Но он вовсе не был уверен, что захочет выслушать.

Большая и Малая Толии были по сравнению с Горисой обжиты основательно, а население страдало скукой и пресыщенностью. Новость о вооруженном нападении на колонию ученых наверняка встряхнула бы сонных обывателей, и после высадки раненых и их сопровождающих к ним наверняка бы хлынули назойливые и дотошные репортеры вперемешку с агентами спецслужб. В отличие от обеих Толий, Гориса не испытывала недостатка сенсаций, и ее информационные агентства пекли новости круглые сутки.

Гориса служила наглядным примером быстрорастущей колонии. Ее недра изобиловали тяжелыми металлами, океаны — дарами моря, а плодородные аллювиальные почвы отменно годились для сельского хозяйства. Сама планета находилась на окраине Содружества, по соседству с выступом Империи А-аннов и довольно далеко от края Галактики.

За свою недолгую историю колония Горисы превратилась в кишащий улей с населением более ста миллионов. Львиная доля этого населения приходилась на второй по величине континент, и еще с десяток быстро развивающихся городов был разбросан по четырем другим материкам. Климат был умеренным, атмосфера богата кислородом, а сила тяжести чуть меньше земной. Поток иммигрантов не иссякал — планета рисовала им самые радужные перспективы.

На Горисе, которой прочили судьбу самого процветающего мира Содружества, соперничали сто шестьдесят информационных и развлекательных каналов.

Группа пострадавших исследователей с далекой пограничной колонии не заслуживала даже упоминания. Правда, один дотошный репортер захотел узнать, каким образом девятнадцатилетний юнец без громкого имени разжился частным космическим судном. Причина же, которая привела Флинкса на Горису, показалась репортеру не столь интригующей. Впрочем, в суматохе прибытия и прохождения таможенного досмотра Флинкс потерял журналиста из поля зрения.