Сага о Ласке Сэме и его друзьях - Владислав Григорьянц

- Все. И кто сказал, что вы должны победить? Вы должны сдерживать противника. Сдерживать. До последнего стрелка.

- Благодарю вас, млорд Тобрук. Более героического завершения карьеры вы с Сеймаком придумать для меня не могли.

Темница. Замковая гора. Магеллон. Вольные баронаты. Спорная территория.

В Магллоне крепкие темницы. В Магеллоне самая бдительная стража. А Замковая гора - самое неприступное место в городе, где стража бдит с особой тщательностью. Ведь тут, на Замковой горе, расположился Сеймак. Видимо, для большего удобства, господа бароны устроили темницу тоже на Замковой горе, так сказать, недалеко от непосредственного места работы. Не один человек отправился в темницу приямо из зала Сеймака, где ему оглашали строгий приговор вршителей судеб-баронов. Говорили, что попавшему в подвалы тюрьмы наверх пути нет. Правосудие в баронатствах Сеймака было простым и бесхитростным: ворам тут же, на месте отсекали руку и драли ноздри, за иные повинности стража тут же секла провинившегося и отпускала восвояси. А вот настоящего преступника уже держали в тюрьме. И попасть туд было самым последним делом для любого жителя баронатов.

Золото открывает двери и смазывает калитки. Это абсолютно верно. Истину этого древнего изречения Сэм проверил на себе, когда глухой ночью, как раз в третью стражу его со товарищи пустили в замок-крепость Магеллона через неприметную калитку, как раз для секретных посетителей предназначавшуюся. Ночь выдалась порочно-облачной. Ни луна, ни звезды не сверкали на небосводе. Моросил дождик, заставляя кутаться в плащи замерзших стражников. Стражи почти переставали нести охрану, выискивая места, где можно было бы хоть как-то укрыться от дождя и пронизывающего ветра. Темница оказалась неприметным одноэтажным зданием на окраине замка, к тому же сильно напоминающим обычную казарму. И действительно, на первом этаже была казарма. А сама темница уходила на пять этажей под землю, вырубленная в гранитной толще скалы.

Шесть теней мелькнули в кромешной тьме.

Открылась дверь привратницкой.

Шестеро проскользнули в здание темницы, так и незамеченные бдительными стражниками.

На первом этаже все спали мертвецким сном. Спал и караул, охранявший вход в подземелья. Встретивший и открывший двери проныра указал путь вниз и тут же выпил снотворного зелья и пошел спать в общий зал. Там он предпочел рухнуть на пол и свернулся калачиком как раз подле начальника караула.

Эти подземелья существовали еще до того, как на Замковом холме выстроили первое укрепление. Говорят, тут был какой-то подземный храм. Возможно, тут приносились человеческие жертвы. В любом случае, твердая энергия зла буквально пропитывала каждый сантиметр тюремных стен. Начальство не слишком беспокоилось о состоянии темницы: сюда помещали тех, кто уже прошел и пытки, и допросы. Отсюда не было выхода, и никто еще сам не смог бежать: железная цепь, кандалы и отвратительное питание быстро ломали даже самых сильных и стойких людей.

Почему-то первый строитель замка именно в этом месте воздвигнул первую темницу. Сначала подземелья не использовались и темница имела три этажа с двумя башенками охранников, которые должны были предупредить побег по крыше. Но через полтора столетия кто-то умный предложил использовать подземные ходы для застенков. Тогда снесли два верхних этажа с тонкостенными башенками, в которых раньше мерзли и простуживались от постоянных сквозняков стражники, расширили коридоры, вырубили новые камеры, установили новые двери. Так темница получила современный вид. И было в этом что-то абсолютно завершенное, злобное, чужое, настолько чужое, что даже самый сильный духом не выдерживал в этом месте долго... А что еще надо было тюремщикам? Чтобы поток заключенных не ослабевал, да в камерах народу не скапливалось много - так спокойнее будет.

Теперь Сэму, Рутти и Гербу предстояло пройти еще два вооруженных поста: один на входе в пятый подземный этаж, который установили тогда, когда в подземелье поместили неизвестного пленника, скорее всего, картографа. На этом посту стояли два стражника из тюремной охраны, которые опасности особой не представляли, а еще оставался пост в коридоре непосредственно около камеры заключенного. Там находилось четверо людей морда Тобрука с более серьезной подготовкой.

В любом случае, церемониться уже никто не собирался. Сэм одел кирасу стражника и натянул шлем поглубже на голову, так, чтобы скрывало лицо. Фонарь он нес прямо перед собой, окошком от себя, чтобы его вообще сложно было распознать.

- Эй, кто идет! Пароль!

- Леви, Парчак, вы меня не узнаете?

Сэм знал имена стражников и этим на мгновение сбил их с толку. Они не знали как поступить, а Сэм стремительно сокращал дистанцию.

- Нет... Это ты, Флинг?

- Нет, это не я. - сказал Сэм, резко вогнав кинжал в глазницу первого стража. Второй, ошалевший от ужаса какое-то мгновение пребывал в оцепенении, а этого хватило Сэму, чтобы выхватить и метнуть в горло зазевавшегося стражника метательный нож. Хорошо было то, что до второго поста было достаточное расстояние и никто ничего не заподозрил. Ни секундного сожаления от убийства Сэм не испытал. На войне, как на войне. Тем более, войне тайной. На поле боя проще: рядом товарищи, есть командиры и ты действуешь вместе с другими. А сейчас ты действуешь на свой страх и риск, без подстраховки и полагаться должен не на мудрость командиров и силы всей армии, а только на себя и немногих верных товарищей.

Нужная камера находилась в конце длинного тупикового поворота. Пост у камеры располагался как раз в метрах десяти от поворота. Этим обстоятельствам и решили воспользоваться пр нападении наши герои. Рутти тащил с собой чуть тлеющую гнилушку, минутным делом стало соорудить небольшой костерок из гнилушек и мха, который стал отчаянно чадить. Пожар в подземельях - вещь крайне неприятная. Особенно если не получал приказа сохранять жизнь заключенного, так почему бы тогда не позаботиться о сохранности собственной жизни?

- Марк, посмотри, что там твориться, может надо делать ноги?

- Есть, кэп...

Как только долговязый охранник появился за поворотом, как в него воткнулись три арбалетных болта. Рутти подкинул гнилушек в костерок, который сразу же выдал густые клубы дыма.

- Марк, что там?

- Уже иду. - крикнул Сэм, выкатываясь из-за поворота. Еще один самострел в его руке быстро нашел цель. Болт пробил горло ближайшего стражника. Пока остальных два хватались за оружие, выкатившиеся Герб и Рутти завершили дело: теперь стражники были утыканы самыми разными острыми предметами. Но вот камера оказалась закрытой. И ключей ни у кого из стражников не оказалось. Интересненько. Рутти уже затушил костер, а то, не дай боги, задохнется господин картограф ненароком. Сэм попытался взглянуть в глазок камеры. Но глазок был плотно заклепан. Ничего себе новости. Даже не рассмотреть заключенного. В камере же ни шороха. Он что, спит? Рутти занялся непокорным замком. Благо, отмычки были на месте. Через три долгих минуты, казавшиеся Сэму вечностью, Рутти открыл несложный замок. Дверь камеры заскрипела. Сэм услышал приглушенный стон. Он от неожиданности поперхнулся. В камере стояла жуткая вонь и валялось несколько груд тряпья. На одной из груд шевелился кусок мяса. Ничем иным это бывшее подобие человека назвать было невозможно. Неужели это был картограф? Но его не могли пытать! Это противоречило Кармильскому кодексу. У заключенного не было глаз, кожа с тела местами свисала - обрезанная лоскутами и уже начинала гнить, ссохшиеся тряпки кое-как прикрывали раны и следы пыток. Сэм на мгновение опешил. Тут он расслышал еле слышный стон. Зашевелилась еще одна груда тряпья, а в шевелении угадывалось движение иссохшей руки.