Гур - Валерий Сальников

Оказывается, проблема не ограничивалась одним мстительным магом. За спиной Дуала стояла целая организация. Что же, разберемся и с ней. Благо, магов разума в ней не было. И уже не будет. Узнав необходимое, с отвращением оттолкнул мага. Ну и пакостник! Тот оплывшей кучей осел на пол. Пнув мага носком сапога, чтобы тело легло как нужно, я хладнокровно наступил Дуалу на кадык. Раздался хруст хрящей. Аура угасла. Подхватил его высочество, находящегося в беспамятстве, и покинул неприятное место.

Вернувшись к отряду, я с помощью Жеки уложил мальчика на задние лавки магомобиля. Сообщил Корбину и гвардейцам о происшедшем. Тайный страж направил пятерку гвардейцев в дом мага для изъятия тела. Я посоветовал Моонгеру самостоятельно прибыть в столицу и предстать перед королевским судом. Капитан выделил двух гвардейцев в сопровождение.

Ребенок находился в плохом состоянии после магической обработки злодея, сознание было спутано несколькими заклинаниями. Я рекомендовал без промедления отправиться ко мне домой, где телесным и душевным здоровьем его высочества займутся мастер магии жизни второго дана и магистр магии разума шестого дана. Корбин согласился.

Немедленно пустились в путь. Капитан с отрядом следовал за нами, постепенно отставая.

Не заблудятся, у Корбина всегда при себе светлая голова.

Уайда. Выздоровление

Блаженство тела состоит в здоровье, а блаженство ума — в знании. Фалес

Каждый металл, каждое вещество, каждое растение обладают свойствами и элементами, которые могут ухудшить или улучшить состояние больного. Парацельс

Любимый привез еще одного ребенка. С такими темпами дом скоро превратится в питомник молодняка на птичьей ферме. Но, главное, муж опять с нами, живой, здоровый, умный, спокойный, страстный, любимый, желанный. Мы с Майтой опять счастливы. А много ли нужно для счастья двум кошкам? Любимый муж, любимые дети. Сестричка, подожди еще немного.

Аура малыша была искалечена, едва светилась. Я уплотнила ее до предела, но темные провалы остались, невозможно закрыть их немедленно. Муж сообщил, что в разуме принца еще оставались обрывки заклинаний, помещенных этим живодером-недоучкой. Разве он не знал о неразрывной связи здоровья и разума? Анниэль тоже удивлялась подобному невежеству. Если сильно терзать разум, то можно столь же серьезно подорвать здоровье. Прошло бы еще несколько дней и ребенок бы умер. В любом случае, план этого мерзавца был неосуществим. Хотя ничего не знаю об этом плане, кроме того, что он отвратительный, как и автор. Хорошо, что любимый прибил подлеца. Анниэль недавно показала полную формулу заклинания Жары, жаль, что я не опробовала его на этой твари, а лишь взорвала с десяток ни в чем не повинных кабачков и тыкв.

Взамен научила Анниэль, как улучшать кровоток вокруг плода, чтобы ребеночек подрастал более крепким. Сама подправила недочеты. И еще, как определять пол будущего младенца. У них будет девочка. Подруга благодарно моргала густыми ресницами. Рядом Майта играла с Ульмом и Ульмой в догонялки Лимы. Оунир по-взрослому смотрел на детские шалости и только удивлялся на несерьезную маму Майту. Появился Жека, по духу уже мужчина, но по стати еще не растерявший юношеской стройности. Муж рассказывал, что такого изящного сложения он никогда не имел. До восемнадцати лет рос в высоту, был мосластым и нескладным. А потом сразу стал расти в ширину, оплетая мышцами крепкие кости. А нам с сестричкой другого Гура и не надо, он — самое лучшее, что могло бы нам понравиться. Из-за живой изгороди на лужайку вышел любимый. Легок на помине. Майта тут же перенаправила игровой поток детей на него. Гур ласково улыбнулся, увидев по ребенку, вцепившемуся в каждую ногу. Приподнял их и расположил на руках. Дети стали хватать друг друга и смеяться: «Попайся!». Оунир отряхнул Лиму от налипших на одежду зимних листьев. Девочка благодарно чмокнула волчонка, тот странно посмотрел на нее, озадачился. Гур, наблюдая эту сцену, хмыкнул.

Потом, по дороге в трапезную, он пояснил нам, что, по мнению волчонка, целовать могут лишь папа или мама. И Лима опять запутала представления Оунира, кто чей папа и мама. Кстати, он, Гур, в глазах Оунира был нашим с Майтой ребенком, наряду с Ульмом и Ульмой. Мы развеселились от неизъяснимости детской логики. Майта сообщила мужу, что сегодня мы его будем кормить грудью и баюкать. А что, хлопала она черными ресницами, особенно эффектными на светлой коже лица, разве это не полезно растущему организму Гура? Тот только крякал, деланно возмущаясь нашей невоздержанностью. Анниэль, услышав подобные разговоры, сконфузилась, показывая тем самым, что они с Жекой уже не раз использовали этот метод укрепления здоровья. Я ей подмигнула, окончательно вогнав подружку в краску.

После обеда Майта и Анниэль стали укладывать детей, а мы с любимым покормили принца, сводили в туалет, а потом осторожно прогуливали по парку. Он был слаб, но на ногах держался. Гур аккуратно поддерживал мальчика с помощью магии воздуха, а я полегоньку уплотняла затягивающиеся разрывы в ауре. Разговор шел на нейтральные темы. Гур говорил о том, какая теплая установилась погода и что лето наступит уже совсем скоро. Я соглашалась с ним, рассказывая, что на огородах появились дружные всходы различных овощей.

Вдруг принц указал на какое-то растение под ногами и сообщил, что это четырехлистник крапчатый. Полезен при лечении угрей. Мы подивились такому знанию и перешли на разговор о лечебных травах. Выяснилось, что его высочество знал около ста видов полезных растений с целебными листьями, корешками, цветами или ягодами. Десяток таких растений он обнаружил в окрестностях лужайки. К тому же, его высочество неплохо ориентировался в методах получения лечебных взваров и примочек. Рассказывая о травах и о наставнике, мальчик слегка оживился, кожа стала понемногу розоветь. Мы одобрительно охарактеризовали столь мудрого человека, как наставник Корит, и поздравили принца с таким учителем.

Завершив укрепляющую прогулку, мы вернулись в дом.

Жека. Моральная платформа

Бог — это некое предположение. Ницше

Величайшие распри производят меньше преступлений, чем религиозный фанатизм. Вольтер

Через неделю к нам доставили карету для возвращения принца во дворец. После суеты сборов, последних наставлений и прощаний, карета, сопровождаемая многочисленной охраной, наконец убыла. Мальчишка практически оправился, стал веселым и разговорчивым. Совершенно покорил волчонка, указав на камешек, лежавший на берегу пруда. Сказал, что он называется «жадеит» и помогает при болезнях почек. Оунир и представить не мог, что камни могут иметь утилитарное значение, помимо эстетического воздействия. Поколебавшись, наш аристократ духа предъявил принцу свою коллекцию для экспертной оценки. Тот достаточно быстро опознал четыре камня, дав им лечебно-медицинскую характеристику, остальные геологические образцы ему были неизвестны. По-видимому, его высочество пробудил в сыне глубокий интерес к практической минералогии.