Virgo Regina - Ахэнне

Горьковатый дым заполнил мувер.

— Вези к Лени, — скомандовала Гвендолин. Причмокнула заалевшими губами: Лени заведует инкубатором. Всегда можно разжиться интересными… экземплярами.

Недурная идея.

Все равно 'любимчик' Альтаир сейчас слишком занят. Ха.

Белесый затылок коротко кивнул. В зеркале мелькнуло выражение лица техника: что-то среднее между безразличием и неприязнью. Гвендолин потянулась за тугим хлыстом с костяшками-клыками на концах плетей.

Мувер описал грациозное сальто мимо еще двух муверов — синего и желтого, синий попытался перегнать Гвендолин, но отстал.

Они приземлились у здания в форме актинии с колыхающимися щупальцами-цветами; 'актиния' производила впечатление живого, дышащего существа, и ради красивой иллюзии круглосуточно работали около сотни техников. Что и говорить, Лени любит театральные эффекты.

Они затормозили на взлетной площадке в виде лепестка.

Перед тем как выйти, Гвендолин изо всех сил, с оттяжкой, хлестнула водителя зубастой плеткой. Костяные выросты разорвали плотную ткань комбинезона, брызнула кровь.

— Госпожа! — взвыл техник, — За что?!

— Просто так, — бесстрастно ответила Гвендолин. Поправила губную помаду и, постукивая каблуками по гладкой поверхности площадки, двинулась к богато разукрашенному искусственным жемчугом главному входу.

Камилл остался один.

Он посидел несколько минут, пока удар Гвендолин растворялся по телу, точно едкая кислота в воде. Затем развернул 'книжку'-зеркало.

Царапина. Не умрет от этого. Но порван комбинезон. Это хуже, придется вечером тратить полчаса из пяти часов, отведенных на сон — чинить униформу. Проще попросить выдать новую, конечно, но Камилл не любил просить.

Иногда он думал, что лучше всего ему подошла бы жизнь отшельника. Первопроходца на какой-нибудь новой планете, например. Спартанские условия, но и свобода.

Камилл устроился поудобнее на водительском месте. Включил негромкую ненавязчивую музыку, расслабился. Кондиционер приятно охлаждал царапину. Жизнь казалась вполне терпимой.

Возможно, он задремал, но чутье подтолкнуло его к бодрствованию за двадцать секунд до того, как появилась госпожа в сопровождении курносой пухлой блондинки в розовом мини-платье. Блондинка вела на поводке крупного мужчину.

Камилл вытянулся в приветственной стойке, краем глаза изучая 'новенького'. Очередной элитник. Госпожа решила пополнить коллекцию… хм, может быть, стоит помочь Альтаиру?

Он не додумал. Женщины и новый раб поравнялись с мувером. Блондинка передала поводок Гвендолин.

— Спасибо, Лени, — Гвендолин чмокнула подругу в румяную щеку, — Он очень мил, как раз то, что нужно.

— Всегда рада тебя видеть. И рада помочь, — засмеялась Лени. — Я уверена, ты оценишь Натанэля. Он просто чудо.

Новенький по имени Натанэль стоял с видом очередного украшения. Статуэтки в спальне, мраморного изваяния. Правильные до искусственности черты лица и фигура, будто вылепленная по канонам 'золотого сечения' усиливали сходство. От ветерка шевелилась прическа Натанэля в виде стянутых на затылке дрэдов. Элитники любят подобные эксперименты с волосами, татуировками, пирсингом. Делать им нечего, мысленно скривился Камилл.

Гвендолин погладила Натанэля по мускулистой шее, перетянутой тонким стальным ошейником.

Н-да, Альтаиру стоит поторопиться с выполнением задания. Госпожа меняет фаворитов, и Камилл мог бы помочь.

Но не считает нужным выкладывать козыри раньше времени.

— Чего лыбишься? — рявкнула Гвендолин. Камилл поспешно отобразил виновато-покорное выражение лица:

— Вы ошибаетесь, госпожа, я только…

Он задохнулся. Новый удар плеткой лег аккурат на старый.

Больно, черт подери.

Камилл невольно согнулся — и Натанэль, доселе неподвижный, тоже дрогнул, будто на него срикошетил зубастый хлыст.

— Вези домой, — приказала Гвендолин. Потянула элитника к себе. Натанэль подчинился, но не сразу, помедлил менее секунды, и все же Камилл отметил долгий взгляд темно-сердоликовых глаз.

'Какого черта'.

Камилл с трудом удержался, чтобы не хлопнуть дверью.

*

— Почему она это делает с тобой? — Натанэль заговорил первым. Дома. Хозяйка оставила новое приобретение с техником наедине, коротко бросив что-то наподобие 'позову позже'. Камилл ожидал, что элитник пойдет осматриваться, но Натанэль остался в ангаре. Медом им всем тут мазано что ли?

— Делает — что? — буркнул Камилл.

— Бьет тебя, — Натанэль подбирал слова с паузами, будто недавно научился говорить. Своеобразная манера говорить.

— А, — Камилл уткнулся в механизм мувера. Стандартный техосмотр. И повод избавиться от элитника. — Не бойся, тебе не грозит. Ты же 'высшая каста' и все такое.

Натанэль двинулся к выходу. Техник загремел какими-то железками: убирайся быстрее. Без тебя тошно.

Камилл подпрыгнул, услышав голос элитника в сантиметре от собственной щеки:

— Я не о себе. Я спросил что-то не то?

Со звоном брякнулся на пол гаечный ключ.

— Ничего. Слушай, Натанэль или как там тебя. Занимайся своими делами, меня не трогай. Иди к госпоже. Куда хочешь. Я-то тебе зачем?!

Натанэль не двинулся. Дыхание его было теплым, и ощущалось на коже подобно лапке маленького животного. Вроде кошки, если верить стереопленкам с Материнской Планеты. Камилл старательно игнорировал присутствие элитника, а тот будто нарочно испытывал терпение.

Камилл не выдержал.

— Еще тут?! Какого дьявола тебе от меня надо?

— В мувере есть аптечка, — заметил Натанэль. Осторожно отодвинул Камилла, извлек из бардачка миниатюрную эмалированную шкатулку, — Почему бы не воспользоваться?

— Не твое дело, — снова окрысился Камилл. Брякнул очередным инструментом о капот, — Знаешь, мы, техники сначала о деле думаем, а уж потом — о собственной заднице!

В тот момент Камилл думал об Альтаире. Думал почти с ненавистью. Натанэль такой же, конечно. Элитники… клонируют их что ли? Дабы не портить генетику, ха.

— Ты ранен. Я не думаю, что это хорошо, — шкатулка блеснула, перехватив ровное желтоватое освещение.

— Разберусь как-нибудь. Иди, а? — Камилл начинал злиться по-настоящему. Что от него надо этому новенькому?

— Извини. Я хотел помочь.

Искра вместе с аптечкой легла рядом с правой рукой Камилла. Натанэль медленно двинулся к выходу.

У Камилла выскользнул еще один инструмент. Он выругался, едва не запустил им вслед элитнику, но вместо этого окликнул:

— Натанэль!

— Да? — тот развернулся всем корпусом. Сходство с ожившей статуей усиливалось бледной кожей и светлой одеждой. И в ангаре нет ветра, чтобы шелохнуть хотя бы прическу.