Сафари во времени - Екатерина Тимохова

Эпизод третий

Непонимание и недосказанность

Москва, июль 2015 год

Подо мной простирался бескрайний океан голубых небес. Маленькие и большие облака, словно пролитые воздушные сливки, мчались прочь от самолета. Глубоко внизу, под гигантскими крыльями летающей машины пестрыми квадратами мелькала земля. Я сидела у иллюминатора и, прислонившись лбом к холодному стеклу, смотрела вниз. Неожиданно прямо перед моими глазами возникла огромная гора. Она вздрогнула, точно от сильного толчка или взрыва, дернулась и разделилась на две совершенно одинаковые части.

- Приезжай скорее! - вдруг услышала я голос подле себя. Повернулась налево и увидела человека. Сначала неясно, потом более определенно, внешность юноши стала приобретать выразительные черты. Незнакомый парень, невысокий, худой, с круглым открытым лицом, и умным выражением глаз. "Ему можно верить" - пронеслось в моей голове.

- Кто ты? - спросила я, а он будто обиделся, что я не узнала его, и исчез.

Я закрутила головой, чтобы понять, куда он пропал, но вместо него разглядела на соседних креслах еще двоих незнакомцев. Их неопределенные, размазанные фигуры тянулись ко мне длинными и корявыми пальцами. От них бурным потоком исходила в мою сторону злая энергия. Их лица, искаженные застывшими злыми масками, напугали меня до ужаса, и я вскрикнула.

- Принц! Они здесь! Берегитесь! - кричала я.

- Все будет хорошо, - услышала я спокойный голос Алексея Пешехонова. Обернулась. За мной, одной рукой крепко держась за кресло, другой придерживая меня, стоял он. Его карие, почти черные, глаза сверкали на солнце. Светлые волосы топорщились в разные стороны. Темные брови ярко выделялись на незагорелом лице, а губы растянулись в приветливой улыбке. Я упала ему на грудь и прижалась. Мне стало так тепло и уютно, как будто солнце сошло с небес и поселилось у меня внутри.

Я проснулась, резко вскочив на кровати. Огляделась. Незнакомая комната. Из окон льётся солнечный свет. Кровать с балдахином из белого шелка. Паркетный пол, деревянная мебель. Шкаф, тумбочки, комод и кресла покрыты светлым лаком. Повсюду мягкие и теплые тона. Это точно была не моя съемная квартира. Где же я? Откинувшись на подушках, я стала думать о прошедшем вечере. Воспоминания всплыли в голове незамедлительно. Я еще раз окинула комнату взглядом, теперь уже неприязненным. Моя одежда разбросана по полу, косметичка закинута под кресло, сумка, которую я вчера собрала на скорую руку, валяется на боку возле комода. Этот беспорядок - мой маленький протест вынужденному одиночеству. После ужина Вадим увез меня в далекое Подмосковье. Теперь я в ссылке, наказанная собственным молодым человеком. Просто кошмар!

- Да уж, и приятный же денек меня сегодня ожидает! - расстроилась я.

При слове "приятный" мысли обратились к сегодняшнему сну. Как же это было упоительно - прильнуть к широкой груди нашего нового фотокора. Я прижала к себе скомканное у груди мягкое одеяло и крепко-накрепко зажмурилась, втягивая носом приятый запах свежего белья.

- М-м-м, - вырвалось у меня, и я заулыбалась своим мыслям. - И почему же это был только сон?

Я встала с кровати, переоделась, собрала волосы в высокий хвост и спустилась вниз. Часы в гостиной показывали без четверти десять. Я нашла кухню, взяла в холодильнике питьевой йогурт, снова вернулась в гостиную. Взгляд мой упал на сотовый телефон, в сердцах брошенный вчера на барную стойку.

- Я слушаю, - раздался в трубке голос моей подруги.

- Эй, привет! Приезжай за мной, - попросила я.

- Куда? - удивилась Катрина, и я рассказала ей подробную историю своего тюремного заключения.

- Не понимаю, зачем тогда мне ехать к тебе? Тебя там оставили для пользы дела, вот и сиди - принимай решения.

- И это говорит моя лучшая подруга? - вскрикнула я.

- Лучшая подруга, которая желает тебе счастья! И не желает быть уволенной с хорошей работы, - добавила Катрина. -- И вообще, не понимаю, о чем ты думаешь? Куй железо, пока горячо. Звони Вадиму и кричи в трубку "да", пока он не оглохнет. Подобное предложение ты вряд ли когда-нибудь получишь еще раз.

- Но я не хочу замуж, - хныкала я в трубку.

- Не глупи, - ответила она, - сделаем так. Сегодня я занята. А завтра с утра приеду к тебе. Все обсудим. Не брошу тебя в этот трудный час. А сейчас - купальник, крем от загара и вперед на террасу, загорать! Отдыхай, пока есть возможность!

- Спасибо, Кать, - ответила я, а из трубки сначала раздался звук воздушного поцелуя, а затем гудки.

Я поднялась с дивана и взглянула на террасу через окно. Голубое небо, сочная зелень вокруг, огромные бутоны роз и других цветов. Все звало меня выйти наружу. Необутая, не накрашенная, я выскочила за дверь и вдохнула свежего воздуха. На лице самопроизвольно заиграла улыбка.

- Привет, соседка, - так неожиданно раздалось рядом, что я вскрикнула.

- Ох, не думал, что напугаю тебя так, прости.

- Пешехонов?! - не верила я своим глазам.

- Тебя что, мама не учила, что некрасиво называть людей по фамилиям? - улыбнулся Алексей.

- Это невероятно! - просипела я. - Ты что здесь делаешь?

- Живу я здесь, - отозвался Пешехонов.

- Живешь именно там, где Вадим купил себе дом?

- Не-а, - помотал головой Алексей, - это твой парень купил дом там, где я живу. Не без моей, правда, помощи.

Перед глазами всплыло его досье. Элитный район, в котором он жил. Так вот, что это за место! Вчера я даже не спросила у Вадима, куда он меня везет. Слишком была на него обижена. Значит, мы теперь соседи. Час от часу не легче.

- Пойдем ко мне, я только что заварил свежий кофе.

- Лёш, я не думаю, что это хорошая идея. Вадик - он такой ревнивый, если узнает, нам обоим будет плохо, - честно призналась я.

- А мы ему не скажем, - Алексей взял меня за руку и потянул в сторону своего участка, который был отделен от дома Вадима лишь небольшим заборчиком из кустовых роз. Он легко перекинул одну ногу через кусты, но взгляд его упал на поникшие бутоны, и он вернулся обратно.

- Цветы надо полить, - сказал Алексей.

- Что? - я не поняла.

- Розы, - указал молодой человек на цветы, - они почти завяли.

Он уверенным шагом направился к невысокому сараю у дома Надежнецкого. Раскрутил длинный шланг и включил воду.

- Эти два дома принадлежали нашей семье, - объяснил Алексей, когда увидел мой недоуменный взгляд. - Дед в советское время работал в Главном Государственном архиве. И за хорошую службу ему выдали большой участок земли. Построили два дома - один для моих родителей, другой для бабки с дедом.