Мировое (не)счастье - Одем-Аниэль

— Ну маленькая моя, не плач, — вампир заметно нервничал, не зная, как остановить истерику. — Давай домой поедем? Или ты еще в храме что-то должна сделать?

— Нееееее, — проскулила Майя, — Д-д-д-домоооой.

— Хорошо, моя сладкая.

Маркус легко подхватил любимую на руки, раскрыл крылья и уже таким образом уселся на коня. Крылья пришлось сложить, чтобы не пугать животное, а вот супругу он не смог бы отпустить от себя ни на секунду. Так что со стороны они выглядели немного странно: мужчина сидя на коне держит на руках женщину, которая только попой слегка касается седла. Но Маркусу было все равно, с его физической формой он и не такое мог провернуть, а Майя просто прижалась к надежной груди и пыталась успокоиться. В таком виде они и добрались до дома, правда в пути девушка умудрилась задремать.

— С возвращением! — Никас с улыбкой встретил парочку на входе.

— Пссс, она спит, — прошептал Маркус, осторожно занося свою ношу в дом. — Я ее отнесу в кровать, а ты собери всех на кухне. Где дети?

— Спят, — немного удивленно, но уже тише ответил рыжий. — Что случилось?

— Пока не знаю, иди давай.

Вампир сумел аккуратно донести Майю до кровати, даже накрыл одеялком, а вот раздевать не стал. И не потому что не хотел, боялся разбудить. Немного полюбовавшись, он развернулся и тихо покинул комнату. Вся шестерка уже собралась в ожидании вернувшегося из храма, несмотря на то, что ночь была в разгаре.

— Ну и что случилось? — Тасилион первый подал голос, на правах старшего, пусть не мужа, а просто по возрасту.

— Не знаю, — Маркус рассеяно взлохматил волосы, — Меня в храме не ждали, потому я все это время просидел под дверью. Но наша малышка вылетела оттуда расстроенная, со слезами на глазах. Я ничего не смог у нее узнать, но она попросилась домой, потому я не стал ее пытать на месте.

— И что мы тогда тут делаем? — встрял Мирт.

— Пытаемся решить, что делать дальше, — огрызнулся вампир. — Сейчас она спит, не думаю, что стоит ее будить. А завтра … Есть два вариант: либо я ее кусаю и сам все узнаю, либо мы ее ублажаем и любовью, и лаской выпытываем правду. Первый вариант быстрее, а еще точнее, потому что солгать она не сможет. Зато второй … вдруг она хочет что-то от нас скрыть, а я узнаю, еще и вам расскажу. Не хочу, чтобы она обиделась на меня только за то, что я хотел ей помочь.

— Тогда давайте все-таки пытки, — Тасилион улыбнулся, а когда на него посмотрели как на умалишенного, он довольно облизнулся. — Не знаю, о каких вы подумали, я о любовных. Я устрою ей завтра незабываемый полет, а то она давно уже меня просила. Шарис — ну, ты сам знаешь, что надо делать. Ты на кухне почему-то сводишь ее с ума. Парни, присоединяйтесь, нам надо не просто задобрить нашу любимую жену, а сделать так, чтобы она сама нам рассказала свои самые страшные тайны. И да, Мирт, тебе придется наплевать на свои принципы и дать ей в руки меч.

— Какой меч! — возмутился дроу. — А если она пораниться? Да она детей регулярно на руках таскает, еще и такую тяжесть ей давать?

— Тогда сам реши, что ей дашь, — огрызнулся Маркус. — Наше сокровище хочет научиться сражаться, значит завтра ты именно этим и будешь заниматься. И не на подушках, а на чем-то реальном.

— Я даже мысли не могу допустить, что она возьмет в руки что-то опасное, — возразил Мирт, а его ушки нервно задрожали от негодования, — Ни одной супруге дроу еще не приходилось защищать саму себя! Это оскорбление меня как мужчины!

— Женские слезы — вот оскорбление мужчины, — встрял эльф. — Если моя малышка плачет, я верну шею любому, кто ее довел. И если она сказала, что хочет взять в руки оружие, значит ты, мистер «я тут главный драчун», дашь ей в руки подходящее оружие и покажешь пару приемов. Хотя можешь испечь ей торт, думаю от шока она его примет, может даже решит променять на него скалку.

— Сам разберусь, — буркнул Мирт себе под нос.

Они все уже пытались заниматься выпечкой, и у него она всегда получалась самая убиваемая: ею можно было только прибить кого-нибудь, потому что даже откусить кусочек, чтобы отравиться, не получилось бы. Сам Тасилион не рискнул пробовать на зуб его творчество, даже в облике дракона, заявив, что драконий стоматолог очень уж дорогое удовольствием, даже для их разношерстной семейки. В общем весь гарем разбрелась по своим комнатам, размышляя, как и супруге настроение поднять, и самому обскакать конкурентов.

Утром Майя проснулась от нежных поглаживаний. Она уловила аромат завтрака, но нежные и такие чуткие пальцы заставляли замереть, наслаждаясь такой привычной лаской. По щеке скатилась слезинка, и ее тут же прижали к мужской груди.

— Почему такая красавица плачет? — тихо поинтересовался Шарис, не прекращая наглаживать плечи девушки, переходя на ее шею или же скользя по предплечьям к кистям. — Неужели завтрак так плохо пахнет?

— Он чудесен, — прошептала Майя.

— Может я разучился дарить моей любимой наслаждение? — предположил наг, при этом слегка изменил пальцы, отрастив там когти, и нежно прошелся по спинке девушки, вызывая у той довольный стон.

— Ты — лучший, — всхлипнув ответила девушка.

— Тогда что печалит мое сокровище? — мягко спросил мужчина, нежно пройдясь кончиком хвоста по лодыжке.

Майя лишь сильнее прижалась к супругу, пряча на его груди лицо и стараясь не разреветься от нежности. Наг ошарашенно прижимал к себе девушку, уже не смея и дальше ласкать супругу с далеко идущими целями. Полежав обнявшись в тишине минут пять, он все-таки смог уговорить одну плаксу на завтрак. Майя кивнула и даже села, но получив поднос с едой, попросила оставить ее одну.

— Ну как? — прошептал песец, стоило Шарису покинуть комнату и закрыть за собой дверь.

— Никак, — буркнул наг.

— Мда…

Большего белобрысый себе не позволил, Шарис своим хвостом мог с легкостью придушить такого мелкого оборотня, как он. Потому он просто рысцой отправился к себе, еще раз продумывая свой план.

Май доела все, даже булочку, и теперь стояла перед зеркалом в ванной. Красные глаза, мешки под ними, да она вообще была какая-то тусклая, от чего настроение упало еще больше, хотя казалось некуда. Приведя себя в порядок, она выскользнула из комнаты, чтобы тут же угодить в чьи-то объятья, не зная, что день ее изрядно побалует вниманием.

— Малышка, пошли полетаем? — игриво спросил Тасилион. — Погодка так и шепчет, так и