Между нами искра - Кэролайн Халс

точно знает, что вы не настроены на длительные отношения?

— По-вашему, я должен проявить эгоизм?

— Я спрашиваю, почему вы испытываете вину, встречаясь с ней, когда вы четко заявили о своих намерениях.

Джордж раздраженно поерзал в кресле.

— Ей почти сорок лет. Нельзя водить женщину за нос, особенно если она демонстрирует понимание и не торопит вас, но в то же время слишком крепко прижимает к себе детей своих подруг. — Он поменял положение. — Я думал, вы посоветуете мне не спешить ввязываться в новые отношения, а сначала оправиться от развода.

— Я хочу повернуть ситуацию иначе, чтобы вы смогли посмотреть на нее под другим углом.

— А, значит, вы все-таки меня осуждаете! Грейс не ответила.

— Извините, я просто хочу быть хорошим человеком. Это все, что мне осталось.

— А если такого понятия, как «хороший человек», не существует?

— Оно должно существовать. Иначе… — Джордж услышал, как голос у него сорвался на фальцет, — что мне делать?

4

Это была превосходная идея — на пенсии устроиться работать в супермаркет, подумал Томми, петляя по отделу сезонных товаров с коробкой свечей, ароматизированных лимонным сорго, в руках.

Он хотел заняться менее утомительной деятельностью, но не готов был уходить на покой. Томми знал, что продать семейный магазин будет трудно, но понимал также, что никто из детей — ни Хелен, ни Пит, ни Стелла — не пожелает перенять у него эстафету. Однако полностью избавиться от магазина казалось очень уж радикальным решением.

И потом вдруг возник идеальный компромисс. Нейтана, мужа Хелен, сократили, и он искал работу. Таким образом Томми сумел оставить унаследованный от отца магазин в семье, передав его Нейтану в надежде, что однажды тот вручит ключи от него своим детям. Совершенно необходимо, чтобы магазин пережил Томми — ведь это дело жизни двух поколений Фоев.

И вот Томми стал подсобным рабочим в супермаркете и по-прежнему использовал свой опыт, чтобы помогать посетителям, расхаживая по проходам в красивой униформе с большими карманами: веселенький бейдж на груди, и никакой тебе нервотрепки.

Какой-то мужчина толкнул к Томми свою тележку:

— А где у вас тут печеная фасоль?

— Пятая секция. — Томми повел рукой. — Посередине слева, между зеленым горошком и консервированными томатами.

Он присел, открыл коробку со свечами и стал аккуратно расставлять их на полке этикетками вперед.

Торопливыми шагами приблизилась другая покупательница:

— Не подскажете, где найти йогурты?

— Секция тринадцать. Там в конце выставлены упаковки по акции: три по цене двух. Не пропустите.

Женщина улыбнулась:

— Спасибо.

Он кивнул и продолжил расставлять свечи.

— Томми! — Подошла Ванесса, заместитель заведующего. — Можно вас на минутку?

Томми подавил вздох, переводя взгляд с коробки со свечами на начальницу.

— Сейчас?

— Да, — ответила Ванесса, — прямо сейчас.

Томми проследовал за ней в подсобное помещение, и они оба сели на низкие мягкие стулья. В углу гудел торговый автомат для сотрудников.

— Как дела? — Ванесса закинула ногу на ногу. — Как вы освоились?

Томми просиял:

— Все хорошо.

— А как насчет работы с посетителями?

— Они, кажется, всем довольны.

— Боюсь даже вам сказать… — «И нисколько она не выглядит испуганной», — подумал Томми. — От клиентов поступают жалобы.

Томми немного увлекся своими мыслями, так что до него не сразу дошел истинный смысл ее слов. Сообразив наконец, о чем речь, он перестал улыбаться и сел прямо.

— Томми, вы удивлены тем, что я сказала?

Старик оправил передник.

— Я просто не могу поверить.

Ванесса заглянула в блокнот.

— Одна женщина спросила у вас, где найти жаровню для барбекю, и вы ответили: «Вы собираетесь сами нести такую тяжелую вещь? Неужели у вас нет сильного мужчины, чтобы помочь?»

— Я просто проявил доброжелательность.

— Ей это не понравилось.

— Я выразил ей сочувствие! Я не намекал, что она не может найти мужчину! На самом деле она была довольно привлекательная, может быть, немного полновата, но с очень приветливым лицом.

У Ванессы дернулись губы.

— Другая покупательница пожаловалась, что вы сказали ей: «Выше нос, может, еще обойдется». Вы помните это?

— Нет, — ответил Томми, — что-то не припомню. Ванесса чуть помолчала.

— Но я часто такое говорю. — Он пожал плечами. — Если это молодая блондинка, которая искала безглютеновый хлеб на прошлой неделе, то она казалась издерганной, да еще и дочка изводила ее капризами. Я просто хотел ее подбодрить.

Начальница нахмурилась и переспросила:

— Вы часто такое говорите? Кому?

— Грустным женщинам! Некоторые девушки выглядят так, словно несут на плечах все тяготы мира.

— Всегда только женщинам?

Томми наморщил лоб.

— Будет странно, если я стану заигрывать с мужчинами, не так ли?

— Пожалуйста, больше не надо.

— Быть приветливым с покупателями?

— Произносить реплики, которые могут их обидеть.

— Но кто же обидится на такие невинные фразы? Ванесса показала рукой в сторону торгового зала. — Люди. Например, я.

Томми удивленно уставился на нее. Он был так поражен, что лишился дара речи.

* * *

— Это уж слишком, — говорил Томми тем же вечером, глядя на Маргарет поверх дымящихся тарелок с куриным карри. — Куда катится мир, если нельзя посоветовать девушке улыбаться, чтобы выглядеть симпатичнее?

Маргарет покачала головой.

— Молодежь теперь как будто нарочно ищет повод для раздражения.

— Я никогда не имел в виду ничего дурного, — добавил Томми.

— Разумеется, нет, — сказала Маргарет. — Вот тебе и интернет. Он совершенно меняет людей.

— Знаешь что, — Томми подцепил на вилку кусок курицы, — я больше не буду помогать женщинам донести сумки до машины. Сколько бы детей на них ни висело. Сколько бы жаровен и багетов они ни тащили.

Маргарет покачала головой.

— И я тебя не виню.

Томми оторвал кусок лепешки наан.

— А тебе делают такие замечания в магазине? Теперь, когда Нейтан управляет им, он указывает тебе, как разговаривать с клиентами?

Жена не ответила.

— Как сегодня дела в магазине? — в конце концов поинтересовался Томми. — Дверь все еще туго открывается?

Маргарет положила нож и вилку.

Он нахмурился:

— Что такое?

— Томми, — она выразительно посмотрела на мужа, — пожалуйста, перестань все время спрашивать меня, как мне работается в магазине.

— А что тут плохого?

— Это совершенно непродуктивно. Нужно идти дальше.

Томми опустил глаза.

— Да, ты права.

Но Маргарет понимала, что он расстроен: когда Томми сунул Голди под стол кусок лепешки, она притворилась, будто не заметила.

При поддержке Маргарет Томми постепенно оправился от потрясения. В следующие несколько дней он объяснял покупателям, где продаются яйца или анчоусы, серьезно и без комментариев, а увидев приближавшуюся Ванессу в деловом платье без рукавов, спешил спрятаться в секции с холодильниками, пока опасность не миновала.

Но в среду утром, когда Томми после вдохновляющей на трудовые