Марш Обреченных. Финал - Вадим Климовской

"Что сейчас и происходит!"

"Седьмая клятва эльфов династии Эльсдинов:

Умереть, спасая честь! Умереть, спасая чистую кровь!"

Эльрих проглотил комок в пересохшем горле.

"Интересно сколько сегодня эльфов погибнут за их глупость и ротозейство? Сколько эльфаров не доживут до рассвета? А ведь все… все! — до единого — его поданные! Брошенные Советом и военачальниками в смертоносную мясорубку!"

Древний фолиант законов вечности "Крови Эльсдинов" лихорадочно задрожал в его старческих руках. Какой ужас! Мы провалили оборону! Мы обрушили фундамент Эльсдара к ногам врага!

Многие в Совете Магического Круга считали, что истоки мудростей, написанные в анналах "Крови" еще диктовались самим богом Дьеном, а записывали писание далекие предки начинателей рода Эльсдинов. Те, исторические события стараются описать в любом хронологическом трактате, и притом, каждый философ и летописец. Сия знаменательная традиция вошла в обычай всех мыслителей и ученых эльфийского народа. Пару строк из сюжета легендарного, исторического события можно было прочитать почти в каждом ученом труде.

Теперь же, король Эльрих Эльсдин остро чувствовал, как тысячелетние устои и вершины рушатся, сминаются в щент и разлетаются страшнейшим камнепадом в пропасть…

Порыв ветра и шелест открываемых дверей вырвал монарха из мрачнейших раздумий.

— Ваше величество, Круг создал семнадцать порталов — мощных и устойчивых. Придворная свита покидает дворец. Остальные готовятся…

— А гражданские? Мои верные поданные, Сульян, вы позаботились о них? Вы позаботились о моем народе?

— Так точно, ваше величество! — с оттенком негодования отрезал советник. — Из семнадцати порталов — десять, Круг любезно предоставил городской страже и те…

— Десять?! — взъелся король. — Почему десять, советник Сульян?!

— Ваше величество, очень много… — Сульян запнулся: — вещей Магического Круга и ваш личный адъютант затребовал три…

— Мы отбываем в последнюю очередь, господин советник! Мой личный приказ — Круг и Министерство отбывают последними! Разрешаю вместе с гражданскими покинуть Эльсдар королевским семьям и их родственникам! Все остальные — чиновники, советники, адъютанты и служащие королевского аппарата — уходят за стариками и детьми! Под прикрытием солдат! Надеюсь всем понятно? — Король Эльсдин прошелся взглядом по помрачневшим и побелевшим от шока лицам, вряд ли кому-то из присутствующих понравилось сие известие? Хотя другого обращения к себе им и не следовало ожидать.

Для кардинальных поступков времени в прошлом было предостаточно, тогда еще, когда дайкины только начали проявлять наступательные шаги в их земли, сейчас настал миг для подвигов во имя короны и династии.

Советники Вирдан, Вормат и Харуш застыли с окаменевшими минами, остальные не менее пораженные действительностью, держатся на одном дыхании. Эльсдин хоть сейчас с тяжелым камнем на сердце, но ликовал. Поражение Эльсдара — роковая ошибка Сульяна и Римза, это им требуется понять во всей своей полноте, подхалимы лишь марионетки.

— Господа, действуйте!

Эльрих не стал больше никого щадить, возможно, в начале, когда спецотряды Тайной службы ломились через лес, следовало покарать нескольких чиновников, чтобы растормошить остальных лежебок и тугодумов при дворе? Но он, к сожалению, так не поступил, дал шансы на устранения ошибок и вот он результат!

Дайкины уже под стенами дворца!

Советники исчезали из зала один за другим, задержались Главный Министр Внешних Порядков Берхат Альрин и министры, Эльрих мог только догадываться, зачем они остались? Почему не покинули тронный зал вместе с Советом? Имеют настолько здравомыслящие и перспективные планы, что их решения заставили последних уединиться с королем?

Тем хуже для вероломного Круга, будет лишняя пища для размышлений Сульяну и его лизоблюдам!

— Я вас внимательно слушаю, господин Берхат?

— С вашего позволения, ваше величество, должен напомнить, что кроме эльфийских душ, требуется побеспокоиться о Главном архиве и библиотеке, а также не забыть артефактную…

— Бросьте Альрин, об артефактах пускай побеспокоится Совет, ему виднее, что сломя голову выгоднее спасать? Магические орудия убийств или собственные никчемные жизни? — вспылил монарх.

Как и Берхат, все оставшиеся министры не отважились прокомментировать столь откровенное замечание.

— В библиотеке сотни книг, ваше величество, они дороги…

— Берхат, скажите-ка, неужели вас так особенно волнуют исписанные лжецами страницы?

Глава Внешних Порядков потупил взор, не решаясь смотреть монарху прямо в старческие, мудрые очи. Затянулась неловкая пауза.

— Дьен с вами Берхат, идите! Спасайте! Спасайте инкунабулы и фолианты — это все, что способно, остаться навеки от наших жизней, ведь самое ценное, подаренное природой, мы умудрились практически растерять! Позорно растерять! Прочь!! Все прочь!!!

Эльриха Эльсдина крупно трясло, он медленно вышел на середину тронной залы, с полным бешенства взглядом, провожая удаляющиеся и ускользающие фигуры некогда верных вассалов. Дьен подскажи, хоть когда-нибудь они смогут завоевать его доверие? Когда-нибудь? Если останутся, конечно, в живых.

На ватных, шатающихся ногах король Эльсдин возвратился к королевскому трону, опустился в царственное кресло и уронил голову в ладони.

Едва ощутимые шаги, крадущиеся! О Дьен, дайкины пробрались сквозь дворцовую стражу? Сквозь заслоны защиты солдат и эльфаров?

— Ваше величество!! Ваше вели… — тихий шёпот.

Эльрих в изумлении приподымает очи и поражено взирает на… советника Желина Харуша, за его спиной мелькает высокая, статная фигура.

— Харуш?

— Ваше величество, простите меня, я пришел с благими намерениями…

— Чего ты хочешь, Харуш? Оставьте меня в покое! Круг… — гнев сильно душил короля.

— Я пришел не от Круга.

— Тогда?.. — монарх недоуменно сощурился.

— Я привел Себастьяна. Себастьяна… — на короткий момент советник запнулся, но тут же с той же уверенностью закончил. — Себастьяна Харуша, эльфара Магического Круга на помощь.

Эльрих сдвинул брови от негодования. Эльфар Себастьян Харуш, так он же??

Фигура выступила из-за спины своего отчима и скинула с головы капюшон боевой мантии, острые признаки полукровства налицо, лишь только островерхие ухи и глаза, выдавали в нем причастность к эльфийскому роду.

— Я знаю твоего приемыша, Харуш, — несколько грубо засвидетельствовал король, — но в чем может он помочь в данную минуту? Погибнуть ради чистой крови? Отомстить за смерти чистокровных своим… родственникам?