Степень искренности (СИ) - Райн Эльна

Их союз выгоден обоим. Дориану нужны дети и послушный супруг рядом. Джею нужен статус и имения недалеко от имений Фахо. Никаких чувств — чистая выгода. Да и какие могут быть чувства в их обществе? Браки зачастую устраивают родители. И, если повезет, супружеская пара может полюбить друг друга после брака. Но чаще возненавидеть.

За мыслями Джей не сразу осознает, что музыка заканчивается. Он по инерции идет в сторону, освобождая место для пар, которые желают танцевать следующий по установленному порядку танец. Он выискивает в немалой толпе дворян Иена. Чутье подсказывает ему нахождение истинного. Но за людьми его не видно, а уйти искать, покидая общество Райвена, неприлично.

— Могу ли я отлучиться? — спрашивает он разрешение у хозяина бала. Дориан Райвен кивает ему, но вдруг путь Джею преграждает незнакомый альфа.

— Вас я и искал, дорогой мой друг! — тот обращается к Дориану, после же переводит взгляд перед собой. — Представьте же мне своего очаровательного спутника, — голос у незнакомого альфы приятен на слух, бархатистый и глубокий. Но он так широко раскрывает рот во время разговора, что видно твердое небо.

— Благородный Джейми из клана Фахо, — Райвен взмахивает рукой в его сторону, а Джей приседает в реверансе. Альфа оборачивается к нему со словами: — А это мой добрый друг, — указывает на незнакомого, — Джером из клана Антарей.

«Антарей, значит», — изумляется Джей, присматриваясь к новому знакомому. Антарей — один из самых влиятельных кланов в Итане. Перед ним никто иной, как баловень судьбы: скандально известный интриган и соблазнитель Джером.

Джей быстрым движением приседает еще раз и уходит.

Иена он находит на одном из балконов-террас. Вопреки ожиданиям, брат один. Возможно, тот красивый омега понял, что ловить нечего: Иен проигнорировал его чары.

— Я так устал, — Джей опирается руками о перила и вздыхает. — А это ведь начало. Не могу припомнить, как у меня получалось на прошлом сезоне балов танцевать до рассвета?

Иен слышно усмехается.

— Меня раздражает обязанность вести светский образ жизни, — говорит альфа и наконец поворачивает голову в его сторону.

Взгляд у него печальный, а голос вопреки стальной. Внешний вид сильного и рассудительного альфы контрастирует с внутренней усталостью воина, повидавшего смерть и боль. Джей единственный, кто замечает это. Остальные видят оболочку: красивого Иена, холодного и незаинтересованного в развлечениях и долгих нудных беседах.

— Мне стоит вернуться, — произносит Джей. — Глава клана Райвен ждет меня.

— Вы не вступите с ним в брак, — осаждает его Иен неожиданно низким тоном. — Он стар и недостоин вас.

— Но его земли находятся…

— Вам не обязательно уезжать из имения Фахо.

— Боюсь, что у отца иное мнение, — качает головой Джей, пытаясь вытянуть ладонь из сильной хватки. — Да что с вами?

— Не покидайте меня, — Иен смотрит прямо в глаза, будто гипнотизирует. И от этого пробирающего взгляда сердце колотится так быстро, что Джею становится дурно. — Вы единственная моя радость.

Он сглатывает и отворачивается. Последняя фраза пробирает намного глубже взгляда. Иен все так же держит его ладонь, даже сквозь ткань перчаток чувствуется тепло.

Происходящее настолько выходит за рамки, что Джей теряется и не знает, что делать.

— Можете… можете отпустить? Если увидят, — он заикается из-за сбитого дыхания.

Но Иен, вместо отпустить, подносит его ладонь и прикасается губами к внутренней стороне. Целует! Джей от неожиданности сильно дергает и освобождает руку, сразу же пряча ее за спиной. Никто же, никто не видел?..

Иен наклоняется к нему и произносит более твердым тоном:

— Я не намерен вас отпускать, — и уходит.

Джей смотрит ему вслед и усиленно трет руку о ткань рубашки.

Он до последнего надеялся, что Иен сохранит благоразумие и не станет расценивать его больше, чем брата. Но его взгляды, слова, прикосновения…

Похоже, что это начало конца.

Начало их грехопадения.

========== Глава 6. Бал ==========

После танцев и застолья гости разбиваются на группы. Одни уходят к столам с угощениями, другие играть в карты. Третьи же собираются вокруг рояля на диванах сплетничать и слушать музыку. Джею выпало остаться в последней категории, рядом с Дорианом Райвеном. Он все не может перестать думать о недавнем инциденте на балконе, и потому старается отвлечься.

— …Слышали ли вы о недавнем скандале в клане Бъякурон? — говорит кто-то, и Джей прислушивается, услышав название одного из влиятельных столичных кланов. — Их второй по старшинству альфа посмел пренебречь помолвкой с женихом из клана Аапит. Он заявил, что желает вступить в брак с другим омегой, да не обычным, а омегой из своего же клана! Они близкие родственники по крови, их отцы приходятся друг другу братьями. Неслыханно!

Джей вздрагивает, внутренне холодея. Остальные гости удивляются, омеги охают, прикрываясь веерами. Некоторые возмущены, на лицах других неприкрытое отвращение. Вот она — реакция общества.

— Омегу из Бъякурон нынче отправили в монастырь до конца дней, — продолжает тот же человек. — А альфу же вскоре свяжут узами брака с его законным женихом, но из-за низкой репутации его и весь его клан не захотят видеть подле Их Величества Императора. И в круги знати им путь закрыт.

— Как я мог пропустить сию весть? Ах, это неслыханная дерзость! Но как эти двое грешников посмели опуститься столь низко? — вздыхает омега средних лет, учащенно обмахиваясь веером.

— Они понесли должное наказание, — добавляет Дориан Райвен, а его представленный ранее друг из клана Антарей в сердцах восклицает:

— Но если они любили друг друга? Что им остается — мучиться порознь?

— Любовь — роскошь, позволенная немногим, — отвечает Райвен, и гости кивают его словам. — Важнее честь, репутация и долг. Тот человек безрассуден, который отдает преимущество чувствам пред долгом. Альфа из рода Бъякурон оступился и теперь изгнан из кругов дворянства. Это более чем должное наказание, — повторяется.

Джей еле сдерживается, чтобы не вступить в спор, защищая разлученных влюбленных. Суждения главы клана Райвен соответствуют общественному мнению, но это мнение печалит. Джей, как никто иной, понимает мотивы альфы и омеги, которые, несмотря на родственную связь и обет перед Храмом, сумели бросить вызов. Они смелые. Или отчаявшиеся.

Их история — очередное доказательство тому, что им с Иеном так же не позволили бы сойтись.

Джей качает головой и наблюдает за игрой на рояле очередного омеги, и замечает каждый нечистый звук, каждую ошибку, неровный темп. Ему самому пришлось половину жизни провести за роялем: папа и учителя добивались того, чтобы его игра стала более чем безупречной.

Все свободное время Джей разучивал ноты. Ему хотелось, как и любому ребенку, бегать, веселиться, но при каждом побеге его вылавливали и сажали за инструмент. Омега из Аристократов должен уметь музицировать: петь или играть на музыкальном инструменте. И поскольку голос у Джея больше похож на скрип старой двери, то ему выпала судьба мучиться с роялем.

— Слышал я, что благородный Джейми Фахо прекрасно музицирует, — Дориан Райвен перебирает пальцами бородку и усмехается. — Покажите же нам ваше мастерство, — приглашает жестом, — прошу.

Джей переводит взгляд с Дориана на не менее ненавистный рояль. Он, честно, не может решить, кто из этих двух деревяшек раздражает его больше.

Выбора, как всегда нет. Он подходит к инструменту под пристальными взглядами. Проводит рукой по клавишам, слушая в образовавшейся тишине скрежет ногтей по гладкой поверхности. За спиной начинают шептаться, но Джей уже не обращает внимание. Он безразлично садится за рояль, выпрямляет осанку, заносит руки над клавишами, мысленно выбирая одну из сложных мелодий, которую знает.

Во время игры он вспоминает самый чудесный из снов, в котором он берет топор и со всей силы рубит злосчастный инструмент. Так, что клавиши и щепки летят во все стороны, а струны со звуком лопают и закручиваются спиралями. Рояль оживает, прыгает от него по комнате на своих трех — о, уже двух! — ножках, но в итоге оказывается повержен и убит, а остатки его сожжены в камине под торжествующий хохот Джея.