Танец безликих - Анастасия Акулова

— Хелен! Ну что, выпустили? — Раздался совсем рядом чей-то оживлённый возглас, выдернув меня из размышлений.

Чуть вздрогнув от неожиданности, обернулась, видя перед собой улыбающееся личико цветущей Аэлин.

— Как видишь, — пожала плечами я, исподволь дружелюбно улыбнувшись.

— О, так ты служанка? — Она внимательно оглядела меня, чуть поморщившись, — Впрочем, не важно. Ты…

— Ты кто такая?! — Бесцеремонно перебил её визгливый голос.

Обернувшись, увидела перед собой ту блондинку, что была вчера ночью в комнате Кристофера. Надо же, её что-то не устраивает… Как будто я во всём этом виновата! Моя б воля, так ноги б моей не было в этом замке.

— Перед тобой отчитываться? — Слегка изогнула бровь. Терпеть не могу наглых. Кроме себя любимой, конечно.

— Впрочем, я итак поняла, — улыбнулась девушка, откинув назад красивые белокурые волосы. Позади неё стала стремительно собираться стайка любопытных, — От тебя за версту воняет. Что, ты настолько ему не понравилась ночью, что тебя даже в наложницы не пожаловали?

— Если бы хоть часть твоих слов была правдой, то я бы не то, что наложницей, я бы сразу стала главной женой и водила бы его на поводке, — Буду молиться, чтобы Кристофер НИКОГДА не услышал этих слов, иначе убьёт сию секунду, — Мне для этого не нужен многолетний опыт работы в самой древней женской профессии, что явно прослеживается в тебе, дорогуша. Впрочем, кому-то и это не помогает быть привлекательнее. Кажется, это не меня вчера из покоев выставили…

Если честно, я просто забавлялась. После нескольких крайне напряжённых дней злость сама по себе рвалась наружу, не имея адекватной причины. К тому же, не выношу заносчивых индюков, глядящих на бедных людей свысока. Чем они лучше нас? Тем, что им всё преподносят на блюдечке с голубой каёмочкой, тогда как нам приходится добывать себе всё самим, переступать ради этого через себя? А эта ещё и сама нарвалась. Так кто ж знал, что у неё снесёт крышу от парочки ядовитых слов?!

На лице блондинки, казалось, выступили красные пятна, нос заострился, как у стервятника, приготовившегося клюнуть. А потом… потом она хлёстко ударила меня по щеке. Хорошенько так. Я едва не упала.

Только спустя минуту застывшей тишины я выпала из ступора и осознала, что случилось. А вместе с этим накатила ТАКАЯ злоба…

— Перед тобой госпожа, — белобрысая стерва гордо вскинула голову, разглядывая меня таким взглядом, будто я раздавленная блоха, — Знай своё место, рабыня.

Сознательно или нет, но именно последним словом она переступила грань, которую переступать было никак нельзя. Я просто не чувствовала своего тела и не вполне осознавала свои действия, потому уже через долю секунды скрутила и ткнула мерзавку носом в холодный пол.

— Госпожа ты или кто там, но не советую бросаться такими словами, — прорычал пробудившийся зверь в моём лице, с омерзением стряхивая с рук огромный выдранный клок волос.

— Как ты смеешь!! Схватите её! — Жалобно пищала та, пытаясь подняться, но остальные девушки в шоке смотрели на нас и даже не двигались с места. Наконец, отмерев, пару из них сделали несколько шагов по направлению ко мне с явным намерением выполнить приказ, но их остановил холодный, властный голос:

— Нет.

Если бы голос не был женским, я бы сказала, что это голос Кристофера — интонация одинакова. И кто же, интересно, тут встал на сторону справедливости?

Передо мной стояла аккуратная женщина средних лет, с красивым, но покрытым сетью мелких морщинок лицом, в дорогом платье и украшениях, с безукоризненно собранными волосами, коих едва-едва коснулась седина, и уверенным взглядом.

— Но, госпожа… — робко попытался возразить кто-то из девушек.

— Эта мерзавка ударила меня! — Взвизгнула блондинка, явно до глубины души поражённая и оскорблённая тем фактом, что кто-то посмел дотронуться до её августейшей особы.

— Ты первая подняла на неё руку, — бесстрастно отозвалась женщина, — Девушка защищалась. Ты, Лила, понесёшь наказание.

— ЧТО?! — Казалось, эта мегера готова тут же совершить убийство.

— Пока что я управляю гаремом, так что не смей мне перечить, — холодно отрезала госпожа, хлопнув в ладоши, — Стража! Заприте госпожу Лилианлу на несколько часов без еды и воды.

Как только закрылась дверь за стражниками и визжащей Лилой, все дружненько обернулись ко мне.

Да, я точно «победитель по жизни»…

— А теперь рассказывай. Я точно знаю, что раньше тебя здесь не было, — бескомпромиссно приказала старшая госпожа, но, тем не менее, поглядывая на меня с добродушным интересом.

— Простите, госпожа, вы ошибаетесь. — Донельзя невинно улыбнулась я, — Мы, служанки, неприметны, как тени. Вы могли и не заметить меня.

— Что ж… Пока что я сделаю вид, что поверила, — та внимательно взглянула на меня с изрядной долей подозрительности. — Чем же ты разозлила мою невестку?

Значит, Лила и впрямь жена Кристофера. Ну да, должно же ему хоть в чём-то не повезти!

— Э-э… мы несколько… не сошлись во мнениях, — расплывчато ответила я, отведя взгляд.

Ничему жизнь не учит. Каких только извращенств не повидала, и всё равно краснею в ситуациях, подобных нашему «знакомству» с Лилой — банда всегда потешалась над этим моим качеством. Наверное, это врождённое.

— У неё есть мнение? — Заговорщицки хихикнула госпожа, но тут же вернула себе безукоризненно строгий вид, — Впредь чтоб такого не было. Пока я управляю этим гаремом, склок в нем не будет. А ты, если зарекомендуешь себя хорошо, через неделю-две станешь моей личной служанкой.

— Это было бы честью для меня, госпожа, — смиренно произнесла я, выполнив некое подобие реверанса.

Царственно кивнув, та неспешно удалилась, шурша юбками дорогого платья.

Девушки, спустя пару мгновений, разошлись по своим делам, не забывая кидать на меня раздражающие любопытные взгляды. Только появилась, а уже знаменитость. Правда, оно мне и даром не надо. Тем более что господин великий маг весьма недвусмысленно намекнул на то, что вскоре я умру.

Чёрт, да как же выбраться из этого змеюшника?!

Думая об этом, я непроизвольно сжала кулаки. И только тогда вспомнила, что у меня есть телепорт! Тоесть, по крайней мере за непробиваемые двери гарема я могу выбраться в любой момент. Только бы надо его, этот момент, подобрать так, чтобы всё не пошло насмарку…

Ободрённая этой мыслью, я перестала замечать излишне пристальное внимание к моей персоне, спокойно расположившись на кровати для наложниц. Хм, а это определённо удобней, чем спальный мешок, который всегда заменял мне пресловутый предмет мебели.

— Чего улеглась?! — Кто-то невежливо ткнул меня палкой в бок, вырывая из блаженной Нирваны, — Ты вообще-то служанкой стала, а не госпожой. Подымайся.

С трудом сдержала вспышку раздражения. Ненавижу, когда мне приказывают. И всё же покорно встала, давясь вздохом сожаления.

Передо мной стояла типичная надсмотрщица — такая, какой я её себе представляла. Хмурая полная дама невысокого роста с маленькими злыми глазками и палкой-костылём в руке, хотя она в ней мало нуждалась. Для устрашения, что ли?

— Итак, — она, поправив маленькую форменную шапочку, внимательно посмотрела на меня. — Как зовут?

— Хелен. — С некоторой неохотой произнесла я. Чувствую себя, как на допросе.

— И?.. — Нетерпеливо протянула надсмотрщица, зло зыркнув на меня своими маленьким чёрными глазами.

— Просто Хелен. — С терпением истинного ангела пробормотала я, ибо только вышеупомянутое терпение помогало мне не вести себя, как сбежавшая из дома для душевно больных истеричка.

— Ты мне тут не увиливай! — Вскинулась женщина, — А ну быстро назвала фамилию!

В тишине отчётливо слышался рвущийся наружу скрежет моих зубов. Ненавиж-жу это место, этот гадюшник!

— У меня её нет. — Просто и честно ответила я.

Вернее, может и есть, но я не знаю. Не знаю, кем была, кем рождена. Не помню. Просто в какой-то момент я оказалась на улице. Почему, зачем, за что — я не знала и не знаю до сих пор. Я даже не помню имён своих родителей. В банде мне дали фамилию Уайт — но моя ли она?

— Десять ударов по пяткам за пререкания. — Холодно вынесла вердикт та, — А теперь… — Она быстро вынула что-то из кармана и почти молниеносно натянула мне на руку. Переведя взгляд на сию конечность, узрела тонкий и не лишённый лоска красивый браслет, хоть и дешёвый на вид.

— Что это? — Поинтересовалась, рассматривая вещь.

— По правилам гарема статус женщины определяется по количеству таких браслетов на руках, — сухо и с неохотой пояснила та, — Мы, надсмотрщицы, их не носим, так как не можем стать служанками, наложницами и так далее, к гарему мы принадлежим лишь формально. Вы, служанки, носите один браслет, как низшее сословие. Наложницы носят их по одному на каждой руке, фаворитки — по два на каждой руке. Мать и жёны господина носят от трёх и более. Всё, хватит вопросов. Тебе велели поручить большую часть работы в замке.