Ледяной Дракон - Ричард Кнаак

— А теперь ступайте, или вам охота еще разок попытать счастья со своими погремушками против дракона в расцвете сил? Будь уверен, у меня хватает глаз и ушей в этих лесах. За тобой присмотрят, чтобы знать точно, что ты убрался отсюда вместе со своей шайкой и больше не появишься тут без приглашения — которого тебе не дождаться.

Главарь заколебался, потом кивнул, признавая свое поражение, и дал знак к отступлению своим людям. Разбойники неохотно двинулись прочь, последним шел главарь. Он не спускал ненавидящих изучающих глаз с двух магов, словно они были предателями своего племени. Когда последний из его людей исчез в лесу, он отправился за ними.

Хозяин леса Дагора зашипел, но на этот раз — в знак полного удовлетворения.

— Косность и невежество угрожающе разрастаются в наше время. Этим бездельникам удалось забраться так далеко, потому что я немного задержался. Мне пришлось одернуть кое-кого из моего клана. Некоторые наглецы собирались отобрать у вас выводок до того, как вы доберетесь до Мэнора.

— Из твоего собственного клана? — удивилась Гвен.

— Драконы — это драконы, люди — это люди. Я обхожусь и с теми и с другими одинаково. Надеюсь, вы и ваша свита будете держаться поближе ко мне остаток пути. Мы сбережем много времени, если двинемся тайными лесными тропами.

— Милорд…

— Да, Кейб Бедлам?

Кейб почувствовал себя неуютно. Зеленый Дракон таким образом дал ему понять, что отлично помнит Натана и других Хозяев Драконов, волшебников, которые противостояли Королям в Поворотной Войне и низвели их могущество до нынешнего уровня, хотя и потерпели поражение в самом конце.

— Этот диск…

— Этот? — Когтистая лапа снова нырнула в седельную сумку. — Я при случае собираю и изучаю всяческие диковины, оставленные нашими предками. Леди Гвендолин не первая, кто рискнул бросить вызов Мэнору. Мэнор, заброшенный после того, как раса искателей пришла в упадок, хранит еще много тайн. Думаю, нижние уровни построены еще более древними расами. Искатели всегда действовали обдуманно — даже слишком. Эти простофили, ваши обидчики, привезли прекрасные образцы их амулетов, но для каждого амулета искатели делали амулет защиты. Возможно, излишняя предусмотрительность и погубила их расу. Они умели заглядывать слишком далеко в будущее, а кто-то сумел извлечь из этого пользу для себя.

Зеленый Дракон направил своего виверна вперед, чтобы возглавить караван. Когда он проехал мимо, Гвен шепнула Кейбу:

— Скоро сам увидишь, наследие искателей — это его конек. Потому он и был любезен с Натаном. Оба хотели узнать, как могла столь могущественная раса так стремительно прийти к упадку.

— Как квель? Она кивнула.

— Эта земля помнит много древних рас. И каждая со временем приходила в упадок, уступая место более молодой. Теперь близится расцвет человеческой расы. Натан не хотел, чтобы мы повторили путь наших предшественников, а Зеленый Дракон пытается заблаговременно найти пути сближения обеих рас. Поэтому им удалось найти общий язык.

Это было не совсем то, что ожидал услышать Кейб. Но какой-то тревожный звонок раздался у него в голове, разбудив воспоминания, принадлежавшие еще Натану. Что-то очень важное из истории искателей, но вспоминать это сейчас было все равно что брести в густом тумане, не зная дороги.

Выводок не на шутку разволновался. На малышей, всю свою короткую жизнь находившихся под крылышком дам королевской крови и под присмотром недоверчивой челяди, появление Зеленого Дракона произвело сильное впечатление. Они никогда не видели взрослого дракона вблизи, но сразу же признали в нем родню.

Дракончик королевской породы, которого Кейб считал старшим в выводке, уверенно выпрямился во весь рост, стоя на задних лапах. Его голова казалась немного приплюснутой, хотя напоминала скорее человеческое лицо, чем звериную морду. Хвост тоже немного подтянулся.

Он учится, понял молодой волшебник. Малыш учится менять драконий облик на человеческий. Ему нужен был только наглядный пример!

Подражая старшему, скоро научатся и остальные. Сначала два других отпрыска императорской породы, потом их менее высокородные собратья — будущие герцоги или воины своего племени, — а под конец и единственная самочка (по крайней мере, Гвен настойчиво утверждала, что это самочка; Кейб предпочел поверить ей на слово). То, что самки учатся дольше, не их вина. У них другой обмен веществ. Они медленнее осваивают трансформацию, зато результаты у них гораздо лучше. Человеческий облик самок настолько близок к совершенству, что сам Кейб однажды едва не попал в сети трех таких обольстительниц, встретившихся ему когда-то в том самом месте, куда они сейчас направлялись.

Кейб всегда старался не заглядывать далеко в будущее, во многом зависевшее от того, что на уме у Королей. Пока они выжидали, не предпринимая враждебных действий, но сдаваться наверняка не собирались.

Кейб пришпорил своего коня, чтобы догнать Лорда Драконов.

— Почему ты не расправился с похитителями, пока была возможность? Они наверняка появятся снова.

Глаза Зеленого Дракона сузились и стали похожи на две красные щелочки.

— Их было слишком много, а мне не хотелось рисковать. Стрела, пущенная меткой рукой, могла бы оборвать жизнь наследника трона. Я предпочел избежать столкновения. Пусть попробуют еще разок, тогда они точно простятся с жизнью. Но в другой раз.

Удовлетворенный ответом, Кейб приотстал и поравнялся с Гвен. Караван медленно потянулся следом. А в это время с высоты на них смотрели зоркие глаза, но не те, о которых упоминал Зеленый Дракон, гордившийся своей осторожностью и предусмотрительностью. Высоко среди вершин деревьев притаилось крылатое существо, не без раздражения следившее за происходящим.

Зеленый Дракон был совершенно прав, когда сказал, что для всех своих изобретений искатели придумывали и амулеты защиты. Вооружившись одним из таких талисманов, крылатый наблюдатель мог сколько угодно оставаться не замеченным ни волшебниками, ни драконами.

Наблюдатель подождал, пока караван скроется из виду, потом бесшумно и молниеносно расправил крылья и взмыл в небеса, держа путь на северо-восток.

Грифон был один в своих королевских покоях. Он мысленно перебирал в памяти события последних дней. Словно разгадывая головоломку, он переставлял факты то так, то эдак, пытаясь понять, есть ли между ними связь. Именно так он правил городом. Так он узнавал больше, чем за время сотен встреч с бесчисленными министрами, которых обязан был выслушивать. Он сильно сомневался, что кто-нибудь из чиновников в состоянии помочь ему разобраться хотя бы с одной из стоявших перед ним проблем.