Любовь. Письма на заметку - Шон Ашер

же любовь к Стране налетает на меня, точно сильный ветер, и неодолимо влечет меня цепями на поле брани, и воспоминания обо всех благословенных моментах, что я испытал с тобой, скучиваются надо мной, и меня переполняет благодарность Богу и тебе за то, что я так долго вкушал их. И как же трудно мне отринуть их; и сжечь дотла надежды на грядущие годы, когда, даст Бог, мы будем любить и любить друг друга, глядя, как наши мальчики возрастают и достойно мужают подле нас. Я знаю, что порой оспариваю Божье Провидение, но что-то шепчет мне (может, то веет молитовка моего Эдгара), что я вернусь к моим любимым невредимым. Если же нет, никогда не забывай, дорогая моя Сара, как сильно я любил тебя, и что последний мой выдох на поле брани прошептал твое имя.

Прости мне многие проступки и многие боли, что я причинил тебе. Каким бездумным, каким сумасбродом я иногда бывал! С какой радостию омыл бы я слезами каждое пятнышко на твоем счастии и боролся бы со всеми несправедливостями мира сего, дабы защитить тебя и детей моих от невзгод, но я не могу, я вынужден смотреть на тебя из духовного мира, рея подле тебя, пока твой славный кораблик одолевает грозные бури – и ждать с покорностью, когда-то мы свидимся вновь, дабы более не расставаться.

Но – Ох, Сара! если мертвые могут воротиться на эту землю и парить незримо подле тех, кого они любят, я всегда пребуду с тобой, в самый светлый твой день и самую темную ночь, в твоих счастливейших событиях и мрачнейших часах, всегда, всегда, и когда ветерок овеет щеки твои, то будет мое дыхание, а когда прохладное дуновение огладит трепещущие жилки на твоих висках, то будет осенять тебя мой дух. Сара, не оплакивай меня как мертвого, думая, что меня уж нет в живых, жди меня, ибо мы встретимся вновь.

Что до моих малых мальчиков, они вырастут подобно мне и так и не узнают отцовской любви и заботы.

Уилли слишком мал, чтобы долго меня помнить, но мой голубоглазый Эдгар сохранит мои забавы средь самых смутных воспоминаний своего детства.

Сара, моя уверенность в твоей материнской заботе и воспитании их характеров беспредельна. Скажи двум моим Матерям, что я призываю на них Божие благословение.

Ох! Сара, тогда я жду тебя, приди же ко мне и приведи зде моих детей.

Салливан

10

Я положил на вас глаз

29 ноября 1866 года, в Йоркширской деревушке Миддлсмур, фермер средних лет по имени Саймон Фоллоуфилд набрался храбрости и сделал брачное предложение – не лично, а в письме, причем особе, которую он даже толком и не знал, некой юной леди из той же деревни по имени Мэри Фостер, которая, как на грех, то и дело попадалась ему на глаза. Не вызывает удивления, что Мэри отклонила щедрое предложение Саймона. Сработал ли его «План Б», остается под вопросом.

Саймон Фоллоуфилд – Мэри Фостер

29 ноября 1866 года

Дорогая моя мисс,

Вот, я берусь за перо, дабы писать вам в надеже, что эти несколько строк застанут вас в добром здравии, в каковом я сам нахожусь, пиша сие, слава Господу Богу. Вы должно удивитесь, что я набрался такой дерзости, что пишу вам, этакой леди, и надеюсь вы не осерчаете на меня за это. Я едва смею высказать, чего хочу, до того я робею перед ледями и сердце мое дрожит точно веретено. Но я видал однажды в книге, что трусливое сердце нипачем не завоюит прекрасную даму, так что вот.

Я фермерствую помаленьку, а возраст мой за сорок годков с лишком и со мной живет моя мать и ведет хозяйство, и она с недавних пор очень оплошала и не может толком крутиться по дому и я думаю мне подеется польза от жены.

Я положил на вас глаз не вчерась и думаю, что вы премилая молодая особа и можете составить мое счастие, ежели надумаете. Мы держим девку доить три куровы и делать работу по дому, и она малость отлучается летом, чтобы набрать пырея да репу натаскать по околоткам. Я на ферме и сам хозяйничаю и захаживаю на Базар Пэйтли, и иногда держу по несколько овец и на про питание между 3 и 4 свиней за вычетом Рождества, и сие пользительно весьма в хозяйстве для готовства пирогов и пирожков и всяково прочево, и я продаваю окорока для уплаты части за ячневую муку.

Моих сбережений порядка 73 фунта в Банке Найсбро и в нижнем этаже у нас премилая маленькая гостиная с синим ковром, и очаг сбоку камина и старуха курит по ту сторону. На стенах воздеты Золотыя правила над длинной скамьей, и вы могли бы день деньской сиживать в мягком кресле и вышивать и чинить мои причиндаллы, и могли бы ставить чай акурат к моему приходу, и могли бы взбивать масло для Базара Пэйтли, а я бы возил вас в церкву в рессорной коляске кажный Воскресный день и прилагал все мои силы на ваше счастие. Так что я с надеждой жду вашего ответа. Я в рассвете сил и мужаства и женюс на вас в Майский День, а ежели матушка раньше приставится я буду желать вас раньше. Если токмо вы меня примите, дорогая моя, мы могли бы быть очень счастливы вместе.

Я надеюсь вы дадите мне знать ваше решение с обратной почтой, и если вы благосклонны за мной не заржавеет. Нус покуда всё от вашего благожелателя и истинай любви…

Саймон Фоллоуфилд

P.S. Я надеюсь вы ничево такова не скажете. Если вы меня не примете у меня имеется другая премилая особа на глазу, и я думаю женица на ней если вы меня не примете, но мне сдаеца вы лутше сгодитесь для моей матушки, она бывает временами очень сварлива. Так что я вам загодя говорю, она будет Хазяйка.

11

Это ведь любовное письмо, не так ли?

Поэт Джон Джей Чапман, родившийся в Нью-Йорке в 1862 году, в двадцать пять лет наказал тростью астронома Персиваля Лоуэлла за то, что тот нанес оскорбление его подруге и будущей жене, Минне Тимминс. Однако, выяснилось, что Лоуэлл был в действительности ни при чем, и тогда Чапман наказал себя, сунув левую руку в огонь, в результате чего кисть пришлось ампутировать. Тимминс, в свою очередь, не покинула Чапмана после столь варварского поступка и через год