Осколки Богов - Анастасия Смитюк

мужчиной, нащупывая рану и пытаясь понять по ее местоположению и ширине, задето ли что-то из важных органов.

Светлые волосы она заплела в косу, чтобы не мешали.

– Да уж… Если ты выживешь, то будешь тем еще везунчиком, – прошептала она, поднимаясь.

С кем бы он ни сражался, тот, кто пронзил его мечом – если судить по ширине пореза, – был очень умел.

– И вот надо мне тратить время? – бурчала она под нос, но при этом шла за водой к Зеркальному Озеру, что было совсем рядом. – Опали меня огонь Богини!

В мире Оскарион много прекрасных мест, и большинство из них связано с какой-то легендой или историей. Так и Зеркальное Озеро. Легенда гласит, что оно было создано полубогом Омисом, сыном Бога Воды. Когда приспешники Бога Тьмы напали на одну из деревень, Омис заманил их в лес, а после потратил почти все свои силы, призывая мощную стихию и обрушивая прямо на них.

Много таких легенд, как и самих полубогов. Боги вообще не особо следят за своими гениталиями и потомством. Им, возможно, и хорошо в момент оплодотворения, а обычные смертные потом страдают, когда один или несколько этих полубогов, познавая свою силу, разрушают целые города.

От одного такого полубога пострадала она сама. Правда, в ее памяти не отложилось ничего с того события из-за слишком юного возраста, но напоминание все равно будет с ней до конца дней в виде абсолютной темноты, окутывающей со всех сторон.

Только по этому поводу она никогда не страдала: не помнила, каково это – видеть, и всегда ориентировалась на другие чувства. Она ощущала окружающий мир – деревья, растения и животных – каждой клеточкой своего тела. Видела без глаз. И лес видел ее, принимая за свою и помогая.

Набрав в бурдюк воды, она вернулась к мужчине, попутно собрав несколько трав.

Достав из своей походной сумки ступу, начала их толочь. Нащупала на ремне несколько склянок, по зазубринам определила, в какой что лежит, а после вылила нужную выдержку к смеси. Приблизившись к лежащему, начала развязывать его рубаху, попутно нащупав еще несколько мелких ран на груди.

– И за что мне это…

Бурча, она начала ощупывать и руки. Поняв, что они тоже в мелких порезах, избавилась от рубахи, хоть снимать ее с мужчины без сознания оказалось непросто. На ногах, слава Богине, она не нашла ран.

Закатав рукава простого платья, девушка принялась смывать грязь и кровь с тела тряпкой, а места возле ран промывала водой, стараясь лишний раз не касаться, после наложила компресс из толченых трав. Достав из сумки лоскуты, она обвязала первый вокруг его талии, где была самая большая рана, еще один – на плечо, последний – на ладонь, видимо, он схватился за меч, а противник его резко дернул. Более мелкие порезы она просто намазала и, устав, уселась прямо на траву, вытирая пот со лба.

Жизнь, может, к такому ее и готовила, но она оказалась не готова использовать свои знания так скоро. Ей предстоял долгий и очень трудный путь, да и, по-хорошему, нужно было уйти уже сейчас, оставить мужчину на волю Богини, ведь она сделала все, что было в ее силах. Но вместо этого она прислонилась к стволу дерева неподалеку и расслабилась, почти сразу засыпая от усталости.

***

Очнулась она от шороха. Выпрямившись, тут же прислушалась, а когда разобрала приближающиеся шаги, то резко поднялась.

Никого оружия у нее не было, но она быстро вытащила из пояса склянку и откупорила деревянную крышку, когда совсем рядом оказался кто-то чужой, огибая дерево.

И пусть она не видела, но чувствовала, как тот резко остановился, а потом почти со свистом дернулся вперед.

– Ах ты, ведьма! – раздался крик.

Увидев своего друга раздетым и без движения лежащим на сырой земле, гном схватился за топор и был готов ринуться в бой за честь товарища. Естественно первой мыслью было, что того оглушили, ограбили или даже ранили, а не залечили.

– Остановись, Оргин, – слегка приоткрыл глаза лежащий мужчина.

Девушка дернулась на новый голос, а потом повернула к нему голову, заглядывая в душу пустыми зрачками.

– Надо же, очнулся, – хмыкнула она и вновь повернулась к новоприбывшему. – Ты не ошибся, только не ведьма, а колдунья, – и прикрыла невидящие глаза, будто к чему-то прислушиваясь. – А ты… если я правильно поняла, гном?

– Ух-х… точно колдунья, – она не видела, как он поежился, но слышала, как сплюнул на землю. – Хоть отвернись, жутко от твоих глаз.

– Оргин!

– Ну а что? Это же уж…

– Лучше помоги встать.

Усмехнувшись, девушка повернулась к больному.

– Не рекомендую вставать хотя бы до завтра. Твоя рана вновь начнет кровоточить, и тогда встречу с Богом Вечного Сна тебе не избежать.

Мужчина посмотрел на свой перевязанный бок и приложил к нему руку, чувствуя под тканью что-то еще. Ступу он нашел взглядом быстро, а потом посмотрел на слегка позеленевшие кончики тонких пальцев девушки.

– Ты лечила меня.

– Можешь не благодарить.

Она наклонилась к своей сумке, положила в нее ступу и затянула ремень, выпрямляясь.

– Что ж, не скажу, что была рада встрече, но всего хорошего. Промой утром раны и перевяжи, да и постарайся сильно не перенапрягаться.

Отвернувшись, молодая колдунья собиралась уйти.

– Стой, куда ты?

– В путь, – коротко бросила она.

– Почти ночь уже.

– Если ты не заметил, солнце мне особо и не нужно, – повернулась в его сторону. В этот момент ему показалось, что она смотрит прямо на него, словно видит.

– И далеко тебе идти?

– Да, мой путь достаточно неблизкий.

Гном переступил с ноги на ногу, чувствуя себя немного виноватым за неприятную реакцию.

– Слушай, девочка, не стоит тебе идти сейчас, особенно если путь длинный. Мало ли кто ходит по лесу ночью. Воры, убийцы, разбойники. Утром двинешься в путь, а я сейчас костер разведу и такого вкусного чая сварю!

– О да, за его чай можно душу отдать, поверь.

– По рецепту моей матушки. А уж в чем-чем, а в чаях она толк знала. Садись.

Колдунья колебалась. Все же она была довольно нелюдима и мало разбиралась в существах: всю жизнь прожила в уединении в лесу с тетей, сталкиваясь с посторонними, лишь когда они приходили за снадобьями, лекарствами или лечением.

– Давай-давай, – гном взял ее за руку, кинул на землю свернутый плащ и помог ей сесть.

Позже они сидели у костра и пили чай, который гном сварил в походном котелке. У него и его товарища с собой тоже оказались походные сумки, и, видимо, для кого-то «самым