Осень жизни нашей - Евгений Гаврилин

Я отчетливо помню такую ситуацию, в которой оказался на четвертом курсе академии. Плененный чарами девушки, Людмилы, как говорится, я влюбился по уши. Много ей писал. Письма от нее приходили редко, напряжение нарастало. Требовалось как-то найти выход из этой напряженности. У меня был хороший друг – Женя Артамонов. Он тоже вел интенсивную переписку с одной девушкой. И мы с ним вели долгие беседы тет-а-тет, обсуждая и делясь нашими мыслями и чувствами. Незабываемые беседы! Меня просто покоряла тактичность и искренность суждений и оценок Евгения, полное отсутствие пошлости (ведь каждое дело опошлить можно, а в среде казарменных «лоботрясов» это запросто!) Особенно запомнились наши беседы на полигоне во время практических занятий. Мне думается, вот те самые беседы оставили удивительный след в наших душах. Прошло пятьдесят лет, но каждый раз, встречаясь с Евгением Яковлевичем, я испытываю к нему какую-то совершенно необъяснимую нежность и от него ощущаю какое-то трогательное к себе отношение. Ловлю себя на мысли: а не отголоски ли это тех наших удивительно задушевных курсантских бесед? А что, очень может быть!

В курсантские годы у меня появилось много друзей, настоящих друзей. Особенно крепко мы подружились с Олегом Людоговским, Стасом Фоминым, Женей Артамоновым, Славой Тупицыным. Эту дружбу мы пронесли сквозь многие десятилетия. Мы были, несомненно, разные люди и по характеру, и по уровню подготовки и много еще по чему. Но, видимо, было что-то главное, что составляло основу и базис нашей дружбы. По прошествии многих лет можно почти наверняка сформулировать эти основополагающие принципы, позволившие многие годы сохранять нашу дружбу и взаимную привязанность. Не претендуя на стопроцентную истинность своих суждений, я бы отметил несколько, на мой взгляд, интересных моментов.

Во-первых, это искренность наших отношений. Наверное, сегодня молодому поколению, которое упорно хотят направить «за “Клинским”», трудно поверить в то, что в наши годы отношения между молодыми людьми строились только и исключительно на сугубо человеческих мотивах. Основа этих отношений: искренность, отсутствие какой-либо меркантильности и презрение всякого стремления к обогащению. Мы понимали, что главное призвание человека – работать, и это не просто слова, это было наше внутреннее убеждение. Как мне представляется, это убеждение и давало нашей дружбе очень здоровую основу Не зря ведь говорили в старину, что краше труда ничего нет. И, видимо, в этом и есть начало всех начал. Наблюдая, как сегодня молодежь всей мощью пропагандистской машины отваживают от необходимости трудиться (вспомните хотя бы телепередачу: «Как стать миллионером?»), понимаешь, что ее ведут в никуда. Зачем это делается, пусть ответит сам себе каждый.

Конец ознакомительного фрагмента.