Осень жизни нашей - Евгений Гаврилин

Единственно, в чем бы я не согласился с авторами, так это в возрастной оценке завязки такой серьезной дружбы. Мне думается, основы серьезной и длительной мужской дружбы закладываются все же позже, в юношеском возрасте. Детские годы, наверное, формируют в большей степени некие начальные представления о неформальном общении ребят между собой. Вот почему главным полем взаимных интересов является игровое поле. Общение в процессе игры формирует общие интересы или вызывает антагонизм в той или иной степени. Тем не менее этот этап необходимо пройти каждому мальчишке, без этого в юности выстраивать отношения со сверстниками будет крайне сложно.

Отношения между ребятами складываются, как правило, во дворе дома (с соседскими ребятами) и в школе – с одноклассниками. По силе воздействия трудно отдать предпочтение, в какой среде более крепкими и серьезными закладываются основы настоящей дружбы. Это зависит от множества факторов, но, наверное, не в этом суть. Важно другое. Сложилась настоящая дружба или нет. Под настоящей я понимаю дружбу, которая не подвластна времени, которая выдержит любые испытания и которая придет на помощь в самое трудное для тебя время.

Мне думается, выстраиванию именно таких дружеских отношений должно уделяться главное внимание родителей, и это же должно быть заботой учителей и преподавателей в школе. Нашему поколению в этом плане повезло. Нас обучали педагоги в высшей степени благородные и убежденные в необходимости привития нам, школьникам, таких непреходящих ценностей, как любовь к своей Родине, как верность нашей дружбе.

Вспоминаются многие эпизоды школьных лет, которые сегодня становятся до конца понятными и которые вызывают чувство благодарности и признательности нашим учителям, их таланту воспитателей, сумевших в труднейших условиях военного и послевоенного времени не ожесточиться, а, напротив, привить нам чувство доброты и трепетной юношеской дружбы между одноклассниками и даже зачастую выходящей за пределы класса, а порой – и школы.

На память приходят эпизоды школьных лет, которые только долгое время спустя я смог правильно понять и оценить. Многие годы в нашей школе директорствовал Василий Михеевич Лобанов. Удивительной судьбы человек. Участник Великой Отечественной войны, потерявший при форсировании Днепра ногу. Уволившись из армии в звании капитана, он пришел учительствовать в нашу школу и вскоре стал ее директором. Так вот какую интересную методику воспитания нас, пацанов, частенько применял Василий Михеевич. Скажем, совершен в классе какой-нибудь проступок, но, естественно, никто из ребят не признается. Тогда директор удаляет из школы всех без исключения ребят и просит прийти в школу с родителями. Конечно, никто родителей на следующий день не приводит. Директор снова удаляет всех из школы и снова требует привести родителей. Так повторяется три дня, затем все становится на свое место, и директор как бы забывает о своих указаниях. И только много лет спустя я понял, что Василий Михеевич, будучи великим педагогом, проверял, насколько крепка наша солидарность и дружба, и в то же время он как бы давал понять, что дороже и значительнее настоящей дружбы ничего нет. Это понимание осталось у нас на всю жизнь. Искреннюю благодарность этому замечательному человеку его воспитанники сохранили на всю жизнь.

Перед глазами стоит эпизод прощания со школой, с друзьями, когда после окончания десятого класса необходимо было отправляться в город Харьков для продолжения учебы в военной академии. Дома у нас собрались мои друзья – Юра Мезин, Олег Девятов, Женя Соловьев, Женя Коробов. Нам не верилось, что завтра мы расстаемся. За десять лет учебы в школе мы очень подружились, и было как-то печально оттого, что нам предстоит разлука на многие годы, может быть, на всю жизнь. Верить в это никак не хотелось. Было что-то противоестественное в том, что должно было произойти. Мы всю ночь провели на стадионе, ходили, лежали на траве и говорили, говорили, говорили, словно хотели наговориться на всю оставшуюся жизнь. До сих пор я не могу забыть этот разговор – длиною в целую ночь. До чего все же трогательна и чиста настоящая юношеская дружба! Прошло много лет, мы разъехались в разные концы страны, а некоторые – и мира, но при редких, порой неожиданных, встречах, несмотря на мужскую суровость и сдержанность (мы же уже совсем взрослые, седые и лысые), прежде всего в глаза бросалась именно та самая трогательность и безумная теплота, которой порой не хватает во взаимоотношениях в коллективе.

Такая встреча у нас произошла через пятнадцать лет после окончания школы с Юрой Мезиным. Мы с ним совершенно случайно встретились в метро. Он с супругой приехал в отпуск из Сирин, где много лет работал в нашем торговом представительстве. Договорились собраться вместе с женами на даче у его мамы. Такие встречи незабываемы. До этой встречи прошло много лет, но мы понимали друг друга с полуслова, как будто не было полутора десятков лет разлуки. Вот тогда я понял, что крепче школьной дружбы вряд ли что есть. И крепость эта зиждется на ее чистоте и искренности. Ведь дружба завязывается молодыми, еще не испорченными всякими пороками (политика, экономика, не дан бог, бизнес и т. п.) людьми, которые умеют (или которых научили) уважать друга, помогать бескорыстно, не обращая внимания и не придавая никакого значения достатку, цвету кожи, национальности и т. п.

В подтверждение этих слов можно привести факт моей дружбы с Моней Фрейлехманом. Был у нас в классе такой ученик, еврей по национальности. Ничего особенного, дружили мы очень нормально и по-настоящему. Вместе занимались, готовились к экзаменам, играли в футбол, ходили на лыжах. Он был очень хорошо физически развит и показывал весьма высокие результаты в беге на длинные дистанции. Никакой аллергии у меня, да и у других ребят, на его национальность никогда не было. Поневоле возникает вопрос, откуда тогда в последние годы все чаще и чаще мы слышим о расцвете антисемитизма? Интересный вопрос, не правда ли? И не менее интересный ответ напрашивается. Моня был из очень бедной семьи, да и мы все были примерно такими. Может быть, при таких условиях и антисемитизм возникнуть не может. Сегодня общество в большой степени расслоилось, появились очень богатые и очень бедные – вот и возникла благодатная среда для него «родимого». По-моему не мешало бы задуматься над этим политологам. Ну, бог с ними, с политологами!

Интересный и весьма показательный в свете рассматриваемой проблемы переход от школы к взрослой жизни. Для меня он начался с приездом в город Харьков и поступлением для продолжения учебы в военную академию. Самым сложным в этот переломный период было отсутствие друзей. Как мне не хватало той чуткости, того взаимопонимания, которые ощущал на протяжении всех школьных лет. Убежден, что практически каждый из нас, кто попадал в схожую ситуацию, испытывал подобное состояние. Это был, наверное, один из самых тяжелых периодов моей еще очень непродолжительной жизни. Наряду с этим я понял одну важную истину – без крепкой дружбы живется, мягко говоря, не совсем комфортно. Следовательно – надо дружить!

Безусловно, в воинском коллективе установление дружеских отношений имеет определенную специфику. Вполне естественно, что эта специфика рождена самой сутью и особенностями службы, а также вполне стройной системой организации быта и жизни членов воинского коллектива.

Коллектив, в который ты попадаешь, становится твоей семьей. Ты двадцать четыре часа проводишь вместе с этими людьми: живешь в одном помещении, питаешься в одной столовой, сидишь на занятиях в одном классе, занимаешься самоподготовкой, спортом и т. д. и т. п. В общем, как говорится, почти как в одной подводной лодке.

В этих условиях просуществовать без тесного контакта, без установления настоящих дружеских отношений, наверное, можно, но довольно скучно и, по большому счету, неправильно. Ты же молод, полон энергии, головокружительных замыслов, которыми ну страсть как хочется поделиться! А с кем? Конечно же, с близким тебе по духу человеком, которому можно открыть самое сокровенное и который может понять тебя и даже если будет критиковать, то по-доброму, без обиды и не раскроет доверенную тобой тайну «по секрету всему свету».

Молодость характерна тем, что она мобильна в смысле установления контактов с сокурсниками. Буквально в счнтаные дни после поступления в академию начали складываться хорошие отношения практически со всеми слушателями нашей учебной группы.

Кстати, о тайне или тайнах. Тайны есть у каждого человека. По самой сути, тайну положено носить в себе и никому не доверять. Но ведь страсть как хочется с кем-нибудь поделиться этой самой тайной! Неужели вы никогда не испытывали подобной потребности? Не может этого быть! А в юности, когда видишь все в радужном цвете, когда ты на вершине блаженства, когда тебе кажется, что ты самый счастливый человек на планете? Ну, не отрицайте, это ведь так естественно – давать выход этой безумной энергии. Ты начинаешь искать того единственного и неповторимого среди друзей, которому можно доверить свое сокровенное. Нужен один, самый близкий друг, именно один, поскольку многим тайну не доверяют.