Странник - Максим Зарецкий

себе ещё на территории секты, Айден выполнил. Теперь перед ним, помимо стандартной практики всех техник и углубления их понимания, стояла задача по взятию красного ранга. И это… это была крайне непростая, и, чего уж там говорить, опасная задача. Сколько было практиков, уткнувшихся в потолок своего развития и не сумевших прорваться к красному рангу, а где-то и обезумивших от этих попыток. Не так часто, конечно, как это было с тем же чёрным рангом, но всё равно.

Подходить к этому вопросу спустя рукава было смерти подобно, так что Айден собирался заняться подготовкой к своему прорыву со всей ответственностью. И даже несмотря на то, что у него были подарки от хранительницы осколка, которые должны были облегчить этот процесс.

Снежное облако, лежащее сейчас рядом с ним, зашевелилось, привлекая к себе внимание. Она напомнила о том, что помимо его великих планов нельзя забывать о практике меча и особенно основ, про которые Айден вспомнил только сейчас, попав в эту долину. Хорошее замечание и верное. Он мысленно поблагодарил духовный клинок, вернувшись к обдумыванию своего нынешнего положения.

А что насчёт той мелодии, которую он отчётливо услышал из осколка в момент завершения рисунка Мелодии? Айден тогда лишь усилием воли смог успокоиться и не спешить. Находясь на вершине одного из поднимающихся горных пиков, он смотрел на возвышающийся над лесом долины осколок и мысленно пытался просчитать следующие действия с этим загадочным зовом.

То, что спускаться к нему надо без принцессы — это очевидно. Не стоит девушке видеть секреты храма Дракона, особенно если они предназначены только для членов фракции. Гарантировать в таком случае безопасность Фэлл он в этой ситуации не мог. Да и знать о том, что Айден, и без того весь из себя такой загадочный и сильный, ещё более загадочен, девушке совсем не обязательно. Впрочем, он был уверен, что все эти походы по внутренним помещениям Звезды принцессе быстро наскучат, и всё закончится тем, что она вернётся к своей обычной практике и тренировкам.

Интересно, что, если его опять закинет в какое-нибудь карманное пространство с ограничением по времени, и это всё выльется по своей сути в заточение, как это случилось с территорией обучения?

— Ты опять задумался? — как обычно, появление принцессы легко считывалось, она специально старалась не скрывать своего присутствия так, чтобы Айден всегда мог её почувствовать. — Удивительная мелодия у тебя получилась недавно. Мне показалось или тут действительно летали драконы?

— Не показалось, моя мелодия создаёт и такие иллюзии, — чуть-чуть приукрасил Айден. — Можно сказать, это одно из её отличительных особенностей.

— Красивые существа, и красивая мелодия, — кивнула девушка, немного улыбнувшись. — Всё-таки мастера звука — это невероятные люди, каждый раз ты узнаешь что-то новое. Во дворце дяди их трое, и каждый исполняет что-то своё, неповторимое. А мастер цитры даже близко не способен на такое удивительное…

Она замолчала, задумавшись о своём. Айден отстранённо подумал, что вершины парящих пиков как-то сами по себе стали местом, где они оба любили пообщаться и посидеть, любуясь окружающими красотами.

— Ты не хочешь возвращаться? — полуутвердительно спросил парень, чуть повернув голову и вглядываясь в застывший профиль принцессы.

Тишина опустилась на место, где они находились, и лишь далёкие крики каких-то птиц, летящих среди гор-столпов, нарушали её.

— Не хочу, — после минутного молчания, наконец, ответила она. — Здесь я в сотни раз свободнее, чем с людьми дяди. Птица в золотой клетке, так, кажется, такое называется. Когда у тебя нет выбора, ты идёшь куда прикажут, делаешь, что прикажут, живёшь как прикажут и не задаёшь никаких вопросов. Но что, если такой выбор всё-таки появляется? У меня он появился.

— Вечно бежать не получится.

— Я знаю.

На этом разговор как-то сам по себе угас. Айден, понимая внутреннее состояние принцессы, вновь достал чайничек из карманного пространства и молча разлил чай по чашкам. Иногда слова не нужны и даже вредны. Красноречивая тишина.

Как до этого и просила Фэлл, они начали изучать Звезду уже вместе, правда, именно поисками места, где звучал зов, Айден занимался только когда оставался один, спускаясь чуть ли не на самые нижние уровни осколка.

Как он и говорил принцессе, интересного в том, что они видели, было не так много. Пустые коридоры, пустые помещения, мягкий, приглушённый свет, каким-то чудом ещё работающий, и это говорило о том, что искатели так и не нашли места с кристаллами энергии, питающие эту часть разрушенного осколка Звезды.

Придумать какое-то объяснение для принцессы на случай его пропажи из-за появления наследия храма Дракона Айден так и не смог и просто создал что-то вроде духовного послания, которое должно было сработать, если он пропадёт на несколько дней и не появится в домике искателей. Там он в общих чертах объяснял причину своей пропажи. Как и то, что ждать его в таком случае совершенно точно не обязательно.

Конечно, парень осознавал, что со стороны это могло выглядеть не очень хорошо — словно бы бросал девушку одну, но это если не задумываться, что в отличие от принцессы, он то всё ещё практик зелёного ранга, и выбраться из долины самостоятельно ему не так уж и просто.

К сожалению, даже примерно себе представляя, где искать, ему приходилось блуждать по коридорам Звезды обыскивая каждый павильон, зал и помещение рядом с местом, откуда слышался зов. И дело это было далеко не самое быстрое.

Как Айден и предполагал, первоначальный интерес принцессы, связанный со Звездой, начал постепенно угасать, и он вновь всё чаще спускался в осколок один. Хотя, надо сказать, Фэлл сейчас составляла ему компанию просто, чтобы пообщаться лишний раз и побыть рядом, явно тяготясь одиночеством, а не ради «изучения» осколка.

Девушка рассказывала о своей жизни, тренировках во дворце и императорском клане, при этом всё ещё даже и не думая затрагивать что-то секретное, ограничиваясь тем, что не являлось внутренними делами клана. Эти рассказы были столь красочны и интересны, что Айден непроизвольно заслушивался, а перед его внутренним взором словно наяву появлялись будни императорского клана и его членов, принцесса оказалась талантливой рассказчицей.

На её фоне сам Айден чувствовал себя косноязычным увальнем, рассказывая об отце и стае, мастере Кормаке, что заменил ему на какой-то момент самого отца и стал учителем. И его предательстве, пускай и не шокировавшем парня, но всё равно сильно ударившем по его вере в людей.

С замечанием Фэлл, что не стоит рубить с плеча и нужно вначале