Изменение обязательств - Ирина Валерьевна Блохина

вправе требовать от остальных товарищей надлежащего исполнения обязательств, одновременно выступая при этом в роли должника по отношению к ним. Таково своеобразное проявление взаимности в данном договоре. Поэтому не случайно партнеров по договору простого товарищества именуют одинаково – участники или товарищи58.

Последствием изменения количественного состава субъектов такого правоотношения может стать прекращение обязательства, изменение долей участия, прав и обязанностей остальных субъектов обязательства.

Однако не всегда появление новых лиц следует расценивать как изменение субъектного состава обязательственного правоотношения. В частности, согласно ст. 680 Гражданского кодекса РФ наниматель и граждане, постоянно с ним проживающие, по общему согласию и с предварительным уведомлением наймодателя вправе разрешить безвозмездное проживание в жилом помещении временным жильцам (пользователям). Но так как временные жильцы не обладают самостоятельным правом пользования жилым помещением, ответственность за их действия перед наймодателем будет нести наниматель. Таким образом, временные жильцы не становятся субъектами обязательства по найму жилого помещения, и, следовательно, изменения обязательства в субъектном составе не происходит.

Зато в соответствии с п. 2 ст. 686 Гражданского кодекса РФ в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор найма жилого помещения продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями. Здесь налицо изменение субъектного состава обязательственного правоотношения с возможным образованием множественности лиц на стороне нанимателя.

Таким образом, изменения в субъектном составе могут происходить как на стороне должника, так и на стороне кредитора. При этом модификации могут касаться не изменяющих обязательство характеристик субъектов (имя, организационно-правовая форма и т.п.), происходить в результате замены субъекта (цессия, перевод долга); также в обязательстве могут происходить количественные изменения субъектного состава (появление или исчезновение субъекта правоотношения без замены на иное лицо).

2.2 Изменение обязательств на стороне кредитора

Дореволюционное российское законодательство в виде общего правила признавало, что все обязательства способны к изменению субъектов на активной стороне, насколько возможность того не преграждена содержанием обязательства или законом. При этом форма передачи прав указывалась в основном относительно каждого вида обязательственных отношений. Если обязательство, например, было выражено в письменной форме, то передача происходила или надписью на документе, или же вручением документа59.

Действующее законодательство допускает перемену кредитора в обязательстве в первую очередь путем уступки права (цессии). Последствием такой уступки является переход права цедента другому лицу – цессионарию. Существенным признаком цессии, или уступки требования, является свободная замена одного кредитора другим без согласия должника.

В.И. Синайский в свое время отмечал, что, если бы такое согласие требовалось, то возникло бы новое обязательство между должником и цессионарием с содержанием прежнего обязательства, а не произошло бы изменения обязательства. Короче, было бы обновление обязательства на стороне кредитора (новация), т.е. прекращение обязательства заменою его новым обязательством. А это повело бы в свою очередь к особым последствиям, связанным с новацией60.

По поводу правовой природы уведомления должника свою позицию высказывал Дернбург. Он считал, что цессия обязательства производит переход требования, но возможна при этом промежуточная стадия, во время которой цедент, хотя на самом деле не состоит больше верителем, тем не менее по отношению к должнику может еще легитимироваться, как веритель. Только вследствие уведомления, сделанного цессионарием должнику, прекращается легитимация цедента на принятие уплаты61.

Аналогичная позиция нашла отражение в п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, где сказано, что если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору.

Уступка права может совершаться как на возмездной основе, так и безвозмездно, т.е. осуществляться путем дарения, продажи и т. д. С точки зрения соотношения формы и содержания обязательства сделка, служащая основанием перехода права (дарение, продажа и т. д.) есть форма, а сама цессия – содержание соответствующего правоотношения.

Как справедливо отмечал Г.Ф. Шершеневич, акт передачи права, называемый цессией, отличен от сделки, служащей ему основанием, от дарственного или возмездного отчуждения, хотя чаще всего оба акта сливаются, по-видимому, в одно. По существу эти акты так же отличны, как передача материальных вещей и лежащий в основе ее договор62.

Что «обязательства причисляются к имуществам движимым, право распоряжения которыми сводится также к праву передачи их по договорам, и что для цессии необходимо какое-либо основание (кауза), хотя бы это основание не было видно в самом акте цессии» отмечал также В.И. Синайский63. Он указывал, что цессия, как замена одного кредитора другим, является средством обращения прав требования в оборот, содействуя в нем обращаемости имущественных благ. Она исключается лишь там, где сами стороны или закон не допускают цессии или, наконец, существо отношений исключает ее возможность, как, например, в личных обязательствах и в двусторонних обязательствах64.

К. Анненков в целом допускал цессию прав, возникших из договора. Он указывал, однако, что кредитор не мог только освободиться от своего долга по обязательству, вследствие чего передача этих обязательств в целом невозможна65.

В современном законодательстве возможность одновременной передачи стороной прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) закреплена, при этом к сделке по передаче соответственно должны применяться правила об уступке требования и о переводе долга (ст. 392.3 Гражданского кодекса Российской Федерации). Это означает в любом случае необходимость получения согласия кредитора по встречному предоставлению под страхом ничтожности сделки, как минимум в части перевода долга (п. 2 ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Препятствием для свободного обращения прав является также запрет без согласия должника уступать требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное для него значение (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие при этом четкого правового регулирования прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, ведет к расширительному толкованию имеющихся законоположений как в процессе правоприменения, так и в ходе научных исследований.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»66 сказано, что «если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации)».