Покори меня (ЛП) - Валентайн Мишель

Билл кивает.

— Приятно знать, что мы имеем дело с порядочным парнем. На минуту я начал волноваться, что он какая-то знаменитость с громким именем, которому действительно было бы наплевать на это место.

Это заставляет меня рассмеяться, и я качаю головой. Билл Пирсон, возможно, умнее, чем я думал вначале.

— Ты прав. Знаменитости — те еще занозы в заднице. Но поверь мне, когда я говорю, что у моего друга самые лучшие намерения, когда дело доходит до этого места.

Я поворачиваюсь к Холли, которая терпеливо ждет у входной двери.

Натягиваю бейсболку еще ниже на лоб, чтобы прикрыть лицо, и выхожу на улицу с девушкой, которая, как я убежден, ненавидит меня. До тех пор, пока она не смотрит на меня и не улыбается.

И тут я замечаю, что она не только сексуальна, но и невероятно красива. Имею в виду, я знал, что она хорошенькая, но здесь, с солнечным светом в ее волосах, с улыбкой, которая могла бы осветить весь гребаный мир, у меня, черт возьми, перехватывает дыхание. Я трясу головой, чтобы избавиться от этих глупых мыслей. Что, черт возьми, со мной не так? Я так не думаю. Никогда. Если бы я когда-нибудь сказал что-то подобное при парнях, они бы без конца подкалывали меня.

Её улыбка исчезает так же быстро, как и появилась, когда Холли замечает, что я качаю головой, испытывая отвращение к самому себе.

— Ты нравишься папе. Надеюсь, ты хороший парень и поступишь правильно по отношению к нему и к этому месту.

Отлично. Она, наверное, думает, что я веду себя как болван или что-то в этом роде. Если скажу ей правду о том, почему качаю головой, будет в десять раз хуже. Нужно держать себя в руках и напоминать оставаться сосредоточенным. Мне никогда не увидеть обнаженную Холли Пирсон, стонущую мое имя.

ГЛАВА 3

ДЕРЗКИЙ ПАРЕНЬ

ХОЛЛИ

Металлические ключи кажутся свинцовыми, когда я вытаскиваю их из кармана, чтобы впустить нас в дом. Мне неловко даже от мысли спать под одной крышей с этим сексуальным мужчиной. Хотя я никогда не позволю, чтобы между нами что-то произошло, это не мешает мне краем глаза поглядывать на Трипа чаще, чем следовало бы — я всего лишь человек и не слепая. Приятно любоваться видом, хотя я знаю, что его порода засранцев — источник неприятностей. Я видела, как он обращается с женщинами, и не позволю себе быть для него чем-то вроде завоевания.

— Здесь мило, — говорит Трип у меня за спиной, когда я поворачиваю ключ и толкаю дверь.

— Спасибо. Небольшой, но зато наш, — вежливо отвечаю я и смотрю на парня через плечо, зная, что он сказал это только из вежливости.

Трип смотрит вверх, изучая стропила нашего недостроенного крыльца. Меня напрягает мысль о том, что парень судит о нас по внешнему виду этого места. У папы никогда не было ни времени, ни денег, чтобы привести здесь в порядок большинство вещей. Не то чтобы он не хотел, но все это стоит денег, а их у нас давно нет. Такими темпами, нам повезло, что у нас все еще есть электричество.

Широко открываю дверь и делаю шаг назад.

— Добро пожаловать.

Трип ухмыляется и качает головой, прежде чем взмахнуть рукой перед собой.

— Дамы вперед.

Я закатываю глаза и пожимаю плечами. Включаю свет в маленькой прихожей, пока Трип закрывает дверь. Несмотря на то, что сейчас два часа дня, нам все равно весь день приходится тратить электричество на освещение из-за того, как темно в этом старом фермерском доме. Я была совсем маленькой, когда Грейс и папа купили это место. Он требовал ремонта, но мог осуществить мечты отца — открытие мототрека. Двадцать лет спустя дом все еще нуждается в ремонте.

В детстве состояние этого места смущало меня, но теперь, когда стала старше и знаю цену деньгам, просто рада, что у нас есть крыша над головой. Мне уже все равно, что обо мне думают другие.

— Как давно вы здесь живете? — спрашивает Трип, осматриваясь, обходя комнату и заглядывая в гостиную и кухню.

— Всю жизнь. — Я поднимаюсь на первую ступеньку на лестнице. — Твоя комната наверху.

Его взгляд следует по лестнице на второй этаж.

— Я подумал, почему бы не начать с осмотра твоей комнаты?

Качаю головой, пока Трип следует за мной вверх по лестнице.

— Этому не бывать.

Парень смеется у меня за спиной.

— Если отрицание того, как сильно ты меня хочешь, заставляет лучше спать по ночам, то продолжай в том же духе.

На верхней площадке я оборачиваюсь, и Трип останавливается на ступеньке ниже меня, так что наши глаза оказываются на одном уровне. Я в двух секундах от того, чтобы наброситься на него и сказать, как мне противно, что он не помнит меня, но решаю, что если Трип решил прикинуться дурачком, то и я тоже.

— Здесь две спальни. Дверь справа — моя, а твоя слева. Нам придется делить ванную, она в конце коридора.

Взгляд его зеленых глаз мечется от одной стороны коридора к другой, с осторожностью разглядывая коричневые стены и белые двери.

— Значит, мы здесь только вдвоем?

Я наклоняю голову и сужаю глаза.

— Для тебя это будет проблемой?

Он ставит ногу на верхнюю ступеньку и слегка наклоняется ко мне, сокращая расстояние между нами.

— Не для меня, но не могу сказать того же о тебе.

Я складываю руки на груди, тем самым привлекая к ней больше внимания. Сейчас мне хочется пнуть себя за то, что не надела форменную рубашку.

— Почему это должно стать для меня проблемой?

Трип ухмыляется.

— Не думай, что я не заметил, как ты трахаешь меня глазами. Я бы сказал, через неделю или около того мне придется закрывать свою дверь на засов, чтобы ты не прокралась ко мне и не добилась своего.

Я горько смеюсь. Какой эгоцентричный придурок.

— Не льсти себе. Ты не в моем вкусе.

Парень изучает мое лицо. Через несколько секунд он поднимает брови, как будто у него мелькнуло воспоминание, а затем в его глазах мелькает проблеск узнавания.

— Ты в этом уверена? Прошлой ночью мне так не показалось.

Я тут же бледнею. Дерьмо. Он помнит.

— Это была пьяная ошибка. Вчера вечером я была не в себе. Поверь мне, это не повторится в ближайшее время.

— Я же говорил тебе, милая, что умею читать людей. Это вроде как моя фишка. Рано или поздно придется признаться себе, что я тебе нравлюсь. Вчера в баре я много выпил, и мне показалось, что ты похожа на вчерашнюю девушку, но не был уверен. До меня только сейчас дошло, что это была ты. В этом темном коридоре ты выглядела в точности, как и прошлой ночью. Я знаю, что ты хотела меня. Я чувствовал это в твоем поцелуе.

— Как я и сказала, со мной у тебя нет ни единого шанса.

— Неужели? — Трип от души смеется, поднимается на лестничную площадку передо мной, и его лицо внезапно становится серьезным. — Я бы сказал, что ты была чертовски близка к тому, чтобы позволить мне сделать с тобой все, что я хочу. Если бы твой парень не утащил тебя, мы бы отлично провели время. Кстати, где он сейчас?

— Моя личная жизнь тебя не касается. — Трип подходит ко мне ближе, я качаю головой и делаю шаг назад. Он пытается заманить меня в свою игру, сокращая дистанцию. — Знаешь, на меня это не подействует.

Трип морщит лоб.

— Что именно?

Я машу руками перед собой, привлекая внимание к его телу.

— Это… твое очарование плохого мальчика. Я не восприимчива к этому и не сплю с парнями, которых не знаю.

Он проводит пальцем по моей руке.

— Милая, я еще даже не начал очаровывать тебя. Когда я это сделаю, обещаю, мне не придется просить дважды, чтобы раздеть тебя. Ты будешь умолять взять тебя и заставить твое тело почувствовать себя хорошо, как прошлой ночью.

Я закатываю глаза и пытаюсь притвориться, что мое сердце не колотится со скоростью пятьдесят миль в час.

— Ты заблуждаешься.

Трип облизывает губы и так пристально смотрит мне в глаза, что я прикусываю щеку изнутри, чтобы не ерзать под его властным взглядом.

— Я знаю, ты очень стараешься заставить себя поверить в то, что говоришь. Честно говоря, я нахожу твой инстинкт самосохранение очаровательным. Но знаю, как беззащитны женщины, когда я решаю их соблазнить.