Плохие решения (ЛП) - Этан Джон

- Завтрак готов, - сказала Джина. - Ты ешь или нет?

- Да. Да, поем. Спасибо.

Он выключил телевизор и прошел на кухню. Марисса и Блейк сидели друг напротив друга за столом. Марисса ела тост с авокадо с кружкой кофе, в то время, как Блейк ел миску хрустящих тостов с корицей. Завтрак Скута - яичница-болтунья, два ломтика бекона и кусок тоста с пустой кружкой рядом с тарелкой - ждал его на одном из коротких концов стола.

- Доброе утро, ребята. Не видел, как вы пробежали мимо меня, - сказал Скут, садясь на свое место.

Мгновенно разозлившись, Марисса огрызнулась:

- Мы не "пробежали" мимо тебя, ты просто проигнорировал нас.

- Что? Да ладно, я не игнорировал тебя. Я был... Я тебя не слышал, вот и все.

- Не важно.

Скут слегка улыбнулся и сказал:

- Марисса, ты серьезно думаешь...

- Просто брось это, Скут, - сказала Джина, наливая кофе в его кружку. - Во сколько ты уезжаешь?

Скут увидел, что она уже одета для работы: белая блузка, черная юбка и чулки. На нем все еще были фланелевые пижамные штаны и белая футболка.

Он сказал:

- Ну, я собираюсь выйти в ночную смену, так что, думаю, я уеду ночью.

- Что? Почему?

- Я езжу на такси с утра до заката. Иногда я все равно не возвращаюсь до ночи. Я скучаю по тому, чтобы быть здесь, пока вы, ребята, рядом и бодрствуете, понимаете? Я хочу... быть здесь. Я хочу быть...

Отцом, - он хотел сказать эти слова, но знал, что это только разожжет спор. Он не хотел переступать.

Он сказал:

- Я хочу быть рядом. Это все.

Блейк посмотрел на сестру, затем на мать, затем переключил свое внимание на хлопья. Марисса усмехнулась отцу, прижимая тост к подбородку. Джина уставилась на Скута, уголки ее рта дернулись, пока она боролась с собственной усмешкой. Соблюдай приличия, - сказала она себе. Она фыркнула и вернулась к кухонному столу.

Скут откусил кусочек тоста, и хруст прервал тишину. Он почувствовал, как взгляд дочери пронзил его насквозь. Ему было больно сознавать, что дочь ненавидит его, но он не мог решить эту проблему во время завтрака.

Он кашлянул, чтобы прочистить горло, затем сказал:

- Итак, Блейк, теперь, когда я буду рядом больше, ты хочешь куда-нибудь сходить? Может быть, посмотреть фильм или сходить в парк? Ты, гм... Ты все еще хочешь попробовать покататься на скейтборде? Мы можем пойти в магазин спортивных товаров и купить тебе...

- Ты не можешь купить любовь, - сказала Марисса, с отвращением качая головой.

- Я не пытаюсь "купить любовь", дорогая. Я просто...

- Не называй меня "дорогая". Пожалуйста, серьезно, пожалуйста, не называй меня так, - перебила Марисса.

Она наклонилась вперед, упершись грудью в стол, и поманила Блейка. Мягким, понимающим голосом она сказала:

- Ты не должен его слушать. Ладно? Я возьму тебя кататься на скейтборде, если ты когда-нибудь захочешь.

Скрежеща зубами, Скут сказал:

- Марисса, пожалуйста. Я просто пытаюсь... Я хочу... Я... - oн заставил себя улыбнуться и посмотрел на Блейка.

Затем он пожал плечами и сказал:

- Это твое решение, сынок. Я могу взять тебя, твоя сестра может взять тебя, это не имеет значения. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Итак, что ты скажешь?

Блейк попытался сосредоточиться на глазах отца, но, как нервный тик, он не мог удержаться, чтобы не взглянуть на его покрытую шрамами щеку. Шрам указывал на историю насилия. Трудно было найти человека, который выглядел бы злым во время еды, но его отец казался ему монстром. Он сидел за обеденным столом со своим личным бугименом.

Почти шепотом он сказал:

- Нет, спасибо.

Скут продолжал улыбаться, глаза его были пусты, как у мертвеца. Он сказал:

- Все в порядке, сынок. Все в порядке. Может быть, в другой раз.

Джина захлопала в ладоши, потом сказала:

- Оки-доки. Пора в школу. Вы, двое, готовы идти?

- Да, - сказал Блейк.

Марисса кивнула.

Дети схватили свои рюкзаки, висевшие на стульях, и направились к выходу, не сказав ни слова отцу.

Джина схватила сумочку с кухонной стойки и ключи с вешалки для ключей. Следуя за своими детьми, она сказала:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Поскольку ты "хочешь быть рядом больше", пожалуйста, помой посуду.

Скут услышал, как хлопнула входная дверь. Затем он прислушался к тому, как открываются и закрываются двери внедорожника, затем к урчанию двигателя, пока не перестал его слышать. Он остался один. Скут не пытался ничего выиграть, но все равно чувствовал себя побежденным. Он закончил завтрак, затем вымыл всю посуду. Он постоял в гостиной и с минуту смотрел на входную дверь, как будто ожидал, что Джина или дети вернутся.

Ничего.

Он запер дверь на цепочку и поднялся в спальню. Он смыл засохшую, покрытую коркой сперму со своего ноутбука водой и салфетками. Затем лег в постель и открыл еще одно личное окно. Он оставил дверь открытой, чтобы слышать остальную часть дома. Никаких сюрпризов, - подумал он.

В Гугле он поискал: Местный эскорт.

Он знал, что Backpage был закрыт из-за его связей с проституцией и торговлей людьми, включая случаи, связанные с несовершеннолетними. Итак, он посетил небольшие, ответвленные сайты объявлений. К его ужасу, большинство сайтов были заполнены мужчинами, ищущими женщин - такими же, как он сам.

Он наткнулся на нескольких эскортниц. Многие предлагали услуги как по вызову, так и по месту. Место – когда клиент посещал проститутку, вызов – когда проститутка посещала клиента. Цены варьировались от $100 в час до $40 000 в час. Некоторые женщины предлагали секс и минет бесплатно, но он скептически относился к их существованию. Он читал каждое название, ошеломленный вариантами.

100% РЕАЛЬНЫЕ фотографии! Все – естественная красота! Готовы к дикому родео? Только на Манхэттене.

Ангел на земле, скоро покидающий Нью-Йорк, скидка для incall.

Все включено! 24 Часа! Перуанская бомба! Никаких фальшивых фотографий!

Все-вы-можете-съесть "киску" и бесплатный десерт!

Каждое название было пронизано смайликами.

Он нашел независимую эскортницу-японку, которую звали Аяне. Она, по-видимому, посещала Соединенные Штаты в качестве эскорт-тура. Она брала $500 в час за прием по вызову и $600 в час плюс транспортные сборы за организацию выездного мероприятиия. На фотографиях она выглядела очень красиво - светлокожая, худощавый живот, широкие бедра, упругая задница, большая грудь. Она напомнила ему его любимых японских порнозвезд.

Он набрал номер, указанный в ее объявлении. От гудков у него заболела голова, а волосы на теле встали дыбом. Телефон скользнул по его липкой руке.

- Алло? - ответил мужчина глубоким и хриплым голосом.

Скут сбросил звонок и бросил телефон на кровать. Он зажмурился и схватил себя за волосы.

- Не перезванивай, не перезванивай, не перезванивай, - прошептал он.

Прошло две минуты. Телефон не звонил. Он вздохнул, затем пробормотал:

- Какого черта я делаю?

Он знал ответ на свой вопрос. Вопрос, который он действительно хотел задать, был: Kакого черта я это делаю? Зависимость было трудно понять, особенно тем, кто не знал, что они зависимы. Его пенис был наполовину эрегирован. Он прерывисто вздохнул и провел рукой по пижамным штанам. Он медленно приближался к точке невозврата.

Он продолжал искать, пока не обнаружил форум, обсуждающий эскорт и бордели по всему миру. Он пошарился по нему. Самый престижный бордель в его городе назывался "Бар и гостиница Винни". Чтобы прочитать отзывы, ему нужна была учетная запись. И чтобы зарегистрировать учетную запись, ему нужно было подтвердить свою личность. Он не чувствовал себя комфортно, делясь своими личными данными.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Скут поискал бордель в Google. Прищурился, просматривая фотографии в результатах поиска.