Нельзя верить (СИ) - ElliAnni

Книгу, содержащую в себе необходимую информацию по экономике, русоволосая нашла несколько недель назад на самой дальней полке. Она была всего в двух экземплярах, но от чего-то никто не пользовался данной литературой, напрасно игнорируя столь ценный предмет. Если и учить материал к тестам и экзаменам, то только по ней.

Недавно россиянка сдала ее обратно за ненадобностью, запомнив и выписав себе все необходимое в тетрадь. А теперь, когда литература вновь приобрела свою значимость, ее невозможно отыскать на полке книжного шкафа. Кто успел взять книгу, когда она никому не была нужна?

Русоволосая задумалась. Сегодня в библиотеке было пустовато по сравнению с остальными днями. Старшие курсы сюда практически не заходят, а младшие ленятся хотя бы посмотреть учебники или записи профессоров.

Может Австрия взял книгу? Он в последние дни старается занять первые строчки рейтинга, но все так же и остается на третьем месте. Если ему захотелось снова испытать удачу и побороться за первое место, то Россия обязана еще усерднее учиться, чтобы показать всем ее способности. Если ей нужно стать первой, русская ею будет.

— США, ты еще долго? — послышалось чье-то ворчание недалеко от выхода из библиотеки. — Мы вроде как собирались на вечеринку. Джимми позвал нас еще вчера, и мы должны были прийти где-то час назад.

Недовольное бубнение с элементами злости и разочарования, смешанного со скукой — речь так знакома русской, что не узнать человека было невозможно. Канада, младший брат американца, всегда следовал за ним по пятам, иногда спасая старшего от необдуманных поступков. Сказать о нем что-то плохое россиянка не могла, как и найти в шатене что-то хорошее. Простой безобидный парень, хотя временами он мог повести себя как Штаты, что не давало русоволосой с ним сблизиться. Зато Украина смогла поладить с канадцем, хотя для старшей не совсем понятна эта дружба и какая выгода от их отношений.

— Подождешь. Я не дочитал. — Рыкнул блондин, перевернув страницу книги.

— Ты же сам сказал, что все знаешь, и мы можем идти тусоваться. — Недоумевал канадец. — Нафига тогда снова к книжке присосался?

— Потому что я тоже умею забывать. Естественное физиологическое состояние.

Поразительно, но американец сдерживал свой нрав, чтобы не обидеть брата, хотя обычно он показывал многим свои эмоции и характер. Увидишь его в ярости, сразу хочется уйти подальше. Слов блондин не подбирал, говорил прямо все свои мысли.

— Завтра почитаешь. А сейчас мы идем тусоваться! — широко улыбнулся младший, скрестив руки на груди. — Идем!

— Да понял я! Не пизди возле уха! — подорвался с места США, злобно закрыв книгу. — Пошли!

Поведение американца менялось невероятно быстро, ставив в недоумение приближенных к нему людей. То спокоен, то кричит. Порог его терпимости невероятно низок, что весьма печально для будущего управления землями и народом.

— Книгу свою брать не будешь? — усмехнулся Канада, не обращая внимания на рык брата.

— Она никому тут не нужна. Пошли! А то еще те ныть будут!

Выйдя из комнаты, шумно споря о вечеринке и друзьях, Штаты не знал, что книгу, которую он оставил на столе при свете лампы, заберет его самая главная соперница. Русская плевала на него, цель ее — помочь сестре с будущей аттестацией, а учебник им в этом поможет.

Ее усмешка могла бы вывести блондина из себя, как же хорошо, что он не видел настроения россиянки. Хотя ей бы хотелось рассматривать злобное выражение лица мужчины. Ничего. США же считает, что знает все. Значит, книга ему не нужна. Пусть выкручивается, как хочет, теперь это ее вещь, нечего Штатам ее оставлять где попало.

* * *

Удивительно, но Украина сдержала свое обещание, вытащив свою сестру в самый центр Мадрида. И как бы та не сопротивлялась, ссылаясь на учебу и работу, она сумела хитростью вывести старшую на улицу, а затем усадить в машину. Конечно, поругаться перед шопингом они тоже успели, но даже это не остановило украинку от похода по магазинам.

Шопинг в Мадриде — любимое занятие гостей столицы Испании. Совершать здесь покупки приятно и выгодно, особенно в периоды распродаж. Огромные торговые центры, элегантные бутики и уютные блошиные рынки предлагают все, чего душа желает, от милых безделушек до шикарных кабриолетов. Хоть город и не считается столицей моды, здесь работает много талантливых дизайнеров, а обновление гардероба обойдется гораздо дешевле, чем в Париже или Милане.

Младшая знала куда идти, таща следом за собой недовольную и уставшую сестру. Она обязана увидеть всю прелесть покупок и блеск дорогих и шикарных магазинов! Надоели эти официальные наряды и униформа академии. Хочется надеть что-то современное, легкое, яркое! Украина готова весь день провести в торговом центре до самого закрытия, лишь бы не возвращаться раньше времени в общежитие. Телохранители в гражданском позволяли им без проблем бродить по этажам, не боясь проходящих мимо людей. Даже если девушек узнают, мужчины быстро справятся с назойливыми или враждебными объектами.

— Надо было Бразилию пригласить… — задумалась украинка, показывая старшей две байки. — Голубая или розовая?

— Слушай, в следующий раз действительно позови других. У меня уже сил нет с тобой тряпки выбирать. — Ворчала русоволосая. — Голубая. Ты часто носишь вещи с этим цветом.

Довольно напевая под нос испанскую песню, младшая вновь закрылась в примерочной, слыша глухой и недовольный стон русской. Для нее шоппинг, словно пытки без перерыва. Но украинка хочет, чтобы ее родная сестра научилась одеваться не только по приказу опекунов и руководителей, но и по своему вкусу. Слишком долго она игнорировала тот факт, что россиянку постоянно контролируют, отбирая право выбора. Стоит и взбунтоваться.

— Ну, как?

— Она должна быть такой свободной?

— Конечно. Иначе, я бы не взяла ее. — Покрутившись еще немного перед зеркалом, девушка вновь заперлась в комнатке, примерно представляя сумму в чеке. — А ты себе ничего не выбрала?

— Не горю желанием. — Широко зевнула Россия, усевшись на небольшой пуфик возле зеркала.

— Что значит “не горю”! Ты серьезно, сис?! Я понимаю, что тебя воспитывали в строгости после смерти отца. Но ты же девушка! Надень платье, нанеси лёгкий макияж, распусти волосы, улыбнись, наконец! В нашей семье все девчонки красавицы. Отец нам всегда это твердил, да и приезжие гости не молчали, нахваливали нашу внешность. А ты скрываешь все под… Этими костюмами и постоянным хвостом! Бесишь меня!

Конечно, в ее словах присутствовал смысл, но с чего Украине ругаться на нее? Русская всегда так жила, и она привыкла к невзрачной одежде или простым прическам. Тем более, зачем ей наряжаться, если никто не